Новогодняя игрушка для негодяя - Сусанна Ткаченко

— Какая муха его укусила? — спросила Валентина, переглянувшись с Машей.

— Впервые вижу Сёмочку таким злым. Вы с ним знакомы, что ли, Кира?

Зрит в корень!

— Да нет, просто сегодня утром неудачно столкнулись на улице, — не вдаваясь в подробности, созналась я.

Рассказать историю целиком у меня бы никогда язык не повернулся.

— Не повезло, — констатировала Валентина и протянула мне увесистую папку, — неси, Кира, не зли зама по сбыту ещё сильнее.

Ничего не оставалось делать, как подчиниться.

Фирма занимала весь пятый этаж пятиэтажного делового центра, и где находятся кабинеты администрации, я знала ещё с тех пор, как Людмила Витальевна провела меня по всему офису. Поэтому сложность у меня сейчас была только одна: передвигаться на дрожащих ногах в сторону нужной двери с табличкой «Зам. директора по сбыту продукции».

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍В приёмной меня встретила секретарь Темнова. Надо сказать, что, увидев за столом женщину в возрасте и далеко не модельной внешности, я на миг зависла: настолько образ отличался от расхожего, а уж с Сем Темом вообще никак не вязался.

Дама подняла на меня взгляд и строго спросила:

— Кто? По какому вопросу?

— Я из Саll-центра, Семён, — блин, отчество, как назло, вылетело из головы от страха, — просил принести распечатки.

— Заходи, — бросила суровая дама, не обратив внимания на мой конфуз, и я толкнула дверь кабинета.

Он сидел за столом в кресле, одетый в деловой тёмный костюм и светлую рубашку, сосредоточенно над чем-то работая. Такой его непривычный вид был настолько диковинным, что я невольно уставилась на Семёна и захотела протереть глаза. Прямо не офис, а разрыв шаблона какой-то. Как уложить в голове фото Сем Тема с Голливудских холмов, где он зажигает с полуголыми красотками, у «Феррари», с другими красотками, на яхте — со следующими и прочие изображения, которые я регулярно просматривала в Инстаграме от чистого безделья с тем Семёном Темновым, что сейчас корпел над документами, я не представляла.

— Давай сюда распечатки, чё застыла?

А, нет. Всё нормально. Хам. Как был в универе, так и остался.

Но спасибо ему за это. Здоровая злость придала уверенности ногам, и я, бодро прошагав к столу, положила папку перед носом начальства, немного не рассчитав силу.

— Смелая, смотрю. Молодец. Через неделю заменишь мою секретаршу. Дарья Дмитриевна уходит на пенсию, и я решил, что ты мне подходишь, — не отрываясь от бумаг, сказал босс, и я чуть не упала в обморок от неожиданности.

Чего? Это как он понял, что я ему подхожу? Он решил, что я отобью его от любого грабителя? Или что? Не хочу я к нему в секретарши. Да я лучше уволюсь!

Минуту открывала и закрывала рот, всё никак не находя слов, а потом опять вспомнила Герду Генриховну, суды, проблемы и, наконец, заговорила севшим голосом:

— Простите, — как же его отчество то, блин — Семён Иванович…

— Степанович!

— Точно! На «С» же!

— Семён Степанович. Но я не могу. У меня нет высшего образования. Я не справлюсь с такой ответственной работой.

Он оторвался от бумаг, смерил меня с ног до головы коронным презрительным взглядом, так что я почувствовала себя неуютно в новом, красивом, но недорогом тёмно-синем платье и выдал:

— Справишься, как тебя там?

— Кира Лисичкина.

— Так вот, Лисичкина, придётся. Принимай дела у Дарьи и учти, будешь отлынивать — пожалеешь.

Это точно месть. Однозначная и беспощадная. За всю беседу он поднял на меня глаза всего раз, и в том говорящем взгляде читались неприязнь, торжество и обещание всех земных кар.

Но что же мне делать? Бежать? Это выход, конечно, но разве я могу? Вышла в приёмную и обречённо подошла к столу секретаря.

— Здравствуйте, ещё раз. Дарья Дмитриевна, да? А я Кира Лисичкина. Семён Степанович сказал, что я поступаю к вам на стажировку.

Дарья Дмитриевна подняла глаза от экрана монитора, чему-то нахмурилась, но ответить не успела. В приёмную вошёл Алексей Апполлионов.

— О, Кирочка, как хорошо, что я вас встретил! Вы в нашей фирме работаете, да?

— Да, — растерянно ответила, просто не понимая, что хорошего он может найти в нашей встрече?

— Прекрасно! Будете моим секретарём. А то Маргарита уходит в декрет…

Что, блин, происходит?

Дарья Дмитриевна воззрилась на пришлого шефа с тем же недоумением, что и я.

— Но, Алексей Александрович, — осмелилась возразить эта отчаянная женщина, — Кира уже готовится в секретари к Семёну Степановичу…

— Ах вот как? — Апполлионов посмотрел недобро сначала на бедную Дарью Дмитриевну, а потом на меня и выдал. — Никаких приказов не подписывайте, Кира, идите туда, где до этого работали. Дальнейшие распоряжения поступят позже.

И скрылся в кабинете Темнова.

— Ох, не завидую я тебе, девочка, — проговорила секретарь Темнова, качая головой. У неё даже взгляд с сурового превратился сочувствующий, — попала как кур в ощип. Сейчас как наши местные куры узнают… ох, бедняжка. Ну да ладно. Ты иди, иди пока на обед, Кира, и молись, чтобы всё обошлось.

Её совету я, естественно, последовала, хотя и не совсем понимала: что и какие куры должны «сейчас узнать»? По дороге в свою каморку вспоминала все молитвы, которые знаю, но, видимо, всевышний меня в этот раз не услышал.