Игры судьбы - Аврельева Алиса

Дмитрий Константинович складывает папку в сумку, бросает короткий взгляд на закрытую дверь и, обойдя стол, встаёт прямо передо мной.

В первую встречу я не обратила внимание на рост мужчины, зато сейчас предоставилась отличная возможность. Высокий. Чтобы посмотреть в его глаза, приходится поднять голову вверх.

— По-вашему, слушать лекцию — это тоже скучная норма? — участиво интересуется Довлатов и опирается рукой на стол.

Не повезло. Вспомнил всё-таки.

— Предполагаю, что нет.

— Хорошо, что для таких предположений у вас есть мозги.

— Было бы странно, если б они отсутствовали. — приподнимаю тонкую бровь, всматриваясь в каждую черту лица преподавателя. Он спокойно стоит в метре от меня, но даже на таком расстоянии от него исходит странная энергия в сочетании с властью.

— Как бы прискорбно это не звучало, но у половины студентов их, в действительности, нет. — Довлатов ухмыляется и властно протягивает ладонь. — Тетрадь.

— Какую?

— Ту, в которой вы что-то активно писали. И я более чем уверен, что это не моя лекция.

Вот это я попала. Обречённо вздохнув, медленно начинаю копаться в своем рюкзаке под сверлящий взгляд мужчины. Врать не хочется, да и придумывать сейчас умопомрачительную теорию просто нет смысла.

— Держите. — осторожно протягиваю тетрадь, на секунду касаясь пальцами руки мужчины. От такого неосознанного действия по спине пробегает табун мурашек, а в районе солнечного сплетения разливается странное тепло.

— Вы «Детский мир» ограбили? — Довлатов скептически рассматривает обложку: на нежном голубом фоне красуются двое зайчат, а над ними висит огромное сердечко.

— Нет, на них скидка была.

— А, ну это полностью меняет ход дела. — мужчина открывает первую страницу и улыбается одной стороной рта. — Социология?

— Да. Понимаете, я пропустила лекцию, и Елена Васильевна попросила отработать занятие. За выходные я не успела переписать материал, поэтому пришлось сделать это сегодня. — говорю так быстро, что сама едва разбираю слова. Ну вот, опять тараторю без умолку.

— Это не мои проблемы. На своём предмете я требую писать материал по моей теме. Так как вы ничего не сделали, я вправе поставить вам неявку.

Я встаю в ступор. А ведь так хорошо начинался день. Вот надо же было Алексею Петровичу уйти именно сегодня!

— Как «неявку»? — слегка хмурю брови и по привычке мну край футболки. — Фактически я была на лекции.

— А какой от этого смысл? Вы даже сегодняшнюю тему не знаете.

— Знаю. — вырывается быстрее, чем я могу подумать. Вскидываю подбородок и натыкаюсь на немигающий взгляд собеседника.

— Хорошо, просветите меня. — кивает преподаватель и, отложив тетрадь на стол, складывает руки на груди.

Опускаю глаза и закусываю губу. Нужно срочно что-то придумать. Никогда не возникало проблем с этим, однако, находясь рядом с Довлатовым, в голове начинает твориться настоящий хаос. Мысль приходит так быстро, что я едва не подпрыгиваю на месте.

— Вы правы. Литература эпохи Просвещения. — да, чушь полнейшая, но это куда лучше гробового молчания.

Дмитрий Константинович кашляет в кулак и еле заметно улыбается, обнажая ряд белоснежных зубов.

— Весьма занимательная тема, наверное. — в его глазах переливаются искорки азарта. Мужчина делает шаг ко мне, и в нос ударяет приятный аромат его духов с нотками кедра и бергамота. Остановившись на неприлично-близком расстоянии, он тихо вздыхает. — Что же мне с вами делать, а?

Пытаюсь не думать о манящем горько-терпком запахе. Что-что, а мужские духи — моя слабость. Могу часами ходить по магазину и «дегустировать» их.

Вот опять мои мысли заняты совсем другой информацией.

— Я могу отработать. — немного пискляво вырывается из моих губ.

— И каким же образом? — низким голосом спрашивает Довлатов и слегка склоняет голову на бок, словно обдумывает что-то очень важное.

— Ну… я могу переписать лекцию, либо сделать реферат. Или всё вместе, хотите? Могу ответить на ваши вопросы в письменной или устной форме, решить тест или контрольную… — не замолкая ни на секунду, перечисляю все возможные варианты.

Взгляд льдистых глаз преподавателя становится любопытным.

— В общем, Александра, — перебивает Довлатов. — Мы с вами поступим следующим образом: завтра принесёте мне на кафедру тетрадь с написанной лекцией. И, да, расслабьтесь уже, а то задерживать дыхание на такое количество времени очень опасно. — усмехается он и сосредоточенно возвращается к своему столу.

— Хорошо. Спасибо. — быстро бубню и закидываю рюкзак на плечо.

— Всегда к вашим услугам. Разве что кроме выходных.

— Буду иметь в виду. До свидания. — почему-то шепотом произношу последнюю фразу и, прежде чем скрыться за дверью, слышу насмешливое: «До завтра».