Триумф нежности - Джудит Макнот

— Карен, я зайду в дамскую комнату и после этого уйду!

— Роб так и не объявился? — рассеянно спросила Карен.

— Я ухожу, — с тихой решительностью ответила Кэти.

Карен только пожала плечами и вернулась к собеседникам илыжам.

Дамская комната находилась за баром, и Кэти пришлосьпоработать локтями, продираясь сквозь толпу. Наконец она облегченно вздохнула,преодолев последние преграды. В безлюдном коридоре было потише. Роб так и непришел. Кэти не знала — радоваться или огорчаться этому. Восемь месяцев назадона была безумно, страстно увлечена им, его умом, его ироничной нежностью. Унего было все: прекрасная внешность, обаяние, шарм и надежное будущее главыодной из крупнейших в Сент-Луисе акционерной брокерской фирмы. Он был икрасивым, и благоразумным, и вообще замечательным. Но… женатым.

Кэти вспомнила их последнее свидание, и ее лицо исказилосьот боли. После изумительного вечера в ресторане они вернулись в ее квартиру ивыпили. Часами она думала о том, что произошло потом. Он заключил ее в объятия,взял на руки. В ту ночь, впервые, она не собиралась останавливать Роба, еслиего попытки зайдут слишком далеко. В течение последних месяцев он сотни разговорил ей, что любит ее. Она поверила. Но у нее хватило решимости изменить ихотношения, после того как Роб откинулся на софу и обреченно вздохнул: «Кэти, завтрав светской хронике появится статья обо мне. И не только обо мне, но и о моейжене, о сыне. Я женат».

Ошеломленная Кэти потребовала, чтобы он никогда не звонил ейи не пытался встречаться. Он пытался неоднократно. Кэти упорно не отвечала наего звонки на работу и вешала телефонную трубку дома, как только слышала егоголос.

Это было пять месяцев назад, и только однажды Кэти позволиласебе горьковато-сладкое наслаждение подумать о нем. Только несколько дней назадона наконец-то поверила, что полностью освободилась от него. Но когда в средуона услышала по телефону знакомый до боли голос Роба, это заставило еезадрожать всем телом. «Кэти, не вешай трубку. Все изменилось. Нам необходимовстретиться и поговорить».

Ему не понравилось место встречи, которое выбрала Кэти, ноона настояла на своем. Гостиница «Глубокое ущелье» шумная и многолюдная, тамлегко Погасить его нежную настойчивость, если эта настойчивость входит в егонамерения. К тому же каждую пятницу сюда приходила Карен, и в крайнем случае Кэтирассчитывала на ее поддержку.

Дамская комната была полна, и Кэти пришлось подождать. Онавышла через несколько минут, рассеянно ища в сумочке ключи от машины.

У входа в бар была толпа, и Кэти пришлось остановиться.Мужчина, стоящий рядом с ней около телефона-автомата, вдруг спросил ее с легкимиспанским акцентом:

— Извините, вы не могли бы назвать адрес этого места? Кэтиповернулась, чтобы взглянуть на высокого, гибкого мужчину, который смотрел нанее с едва заметным нетерпением.

— Вы это мне? — поинтересовалась Кэти. Его лицо былобронзовым от загара, волосы — густыми и такими же черными, как глаза цветаоникса. Он был одет в потертые джинсы и белую рубашку с закатанными рукавами.Незнакомец явно не принадлежал к обычным здешним постояльцам, которые всегданапоминали Кэти смесь коммивояжера и компьютера. Он был слишком… естественным.

— Я спросил, — повторил голос с испанским акцентом, — немогли бы вы назвать адрес этого места? У меня сломалась машина, и я пытаюсьвызвать техпомощь.

Кэти машинально проговорила названия двух улиц, на углукоторых находилась гостиница, проигнорировав узкие черные глаза иаристократический нос на нездешнем надменном лице. Высокие смуглые иностранцы стяжелым мужским запахом может и привлекали некоторых женщин, но только неКэтрин Конелли.

— Спасибо, — ответил он ей и повторил в трубку названияулиц, которые сообщила ему Кэти.

Повернувшись, Кэти уперлась лицом в чей-то темно-зеленыйсвитер, натянутый на мускулистую грудь, которая загораживала ей путь в бар.

— Позвольте пройти!

Свитер услужливо пропустил ее к дверям.

— Куда это ты? — дружелюбно спросил его владелец. — Еще такрано.

Кэти подняла глаза и увидела широкую улыбку и нескрываемоевосхищение.

— Я знаю, но мне необходимо уехать. Иначе в полночь япревращусь в тыкву.

— В тыкву превратится твоя карета, — поправил владелецсвитера. — А вот одежда превратится в лохмотья.

— Второе случается чаще со времен Золушки, — вздохнула Кэти.

— Умная девочка, — одобрил ее собеседник. — Ты Стрелец, нетак ли?

— Ошибаешься, — ответила Кэти, извлекая ключи со днасумочки.

— И какой же твой девиз?

— Медленно и осмотрительно, — бросила она. — А твой? Онзадумался на мгновение.

— С аппетитом, — ответил он многозначительно, откровенноисследуя каждый изгиб ее изящной фигуры. Протянув руку, он слегка коснулсяшелковистой ткани платья Кэти. — Мне нравится любить интеллигентных женщин: яне чувствую угрозы с их стороны. Решительно подавив в себе желание посоветоватьему обратиться к психоаналитику, Кэти вежливо сказала:

— Мне действительно пора ехать — назначена встреча.

— Счастливчик.

Кэти шагнула в темноту. Ее окатила душная летняя ночь,вызывая чувство одиночества и подавленности. Девушка остановилась у входа поднавесом, и ее сердце отчаянно заколотилось: знакомый «корвет» проскочил накрасный свет на перекрестке, развернулся и остановился около нее, взвизгнувтормозами.

— Извини, я опоздал, Кэти. Садись. Поедем куда-нибудь ипоговорим.

Кэти посмотрела на Роба через открытое стекло машины ипочувствовала такую волну страстного желания, что это причинило ей боль. Он всетакой же невыносимо привлекательный, и только улыбка, всегда самоуверенная ипобедная, была теперь какой-то виноватой. Сердце у нее защемило, но она нашла всебе силы возразить:

— Уже поздно. И мне не о чем разговаривать с женатыммужчиной.

— Кэти, поговорим в другом месте. Не обижайся, что опоздал.Очень неудачный перелет, к тому же и в Сент-Луисе задержали посадку. А теперьбудь хорошей девочкой — садись в машину. И не надо терять время на споры, уменя его нет.

— Почему у тебя нет времени? — упорствовала Кэти. — Тебяждет жена?

Роб тихо выругался, проехал несколько метров и поставилмашину в темное место около здания. Он вышел и прислонился к дверце, поджидаяКэти. Легкий ветерок растрепал ее волосы и играл складками платья, когда Кэтинеохотно шагнула к нему в темноту.