Легенда о яблоке. Часть 1 - Ана Ховская

Испуганный и растерянный мальчик уснул в кресле, изредка всхлипывая во сне.

– Брайан… Брайан…

Мальчик вздрогнул, приоткрыл сонные глаза и спустя мгновение уже стоял на ногах.

– Мама?– он вопросительно посмотрел на доктора.

– У тебя родилась сестричка. Но сейчас лучше дать маме отдохнуть. Иди умойся, и в постель,– утомленно произнес Бенджамин.

– У тебя получилось принять девочку?!– удивленно спросил Брайан.

– Конечно,– недоуменно подтвердил тот.

– Почему же ты жеребенка не сумел принять?

– Живчик, я лечу людей, а не животных.

– Какая разница?

– Вырастешь – узнаешь. Беги в ванную,– доктор шутливо шлепнул мальчишку по заду.

Мальчик обиженно сдвинул брови и убежал.

Логан напряженно размял плечи, устало вздохнул и вышел во двор.

– У тебя девочка, Ланц!

Увидев хозяина дома, Бенджамин изобразил притворную радость за отца.

Ланц Дьюго сидел на бревне рядом с конюшней и курил сигару. Логан сразу отметил, что Дьюго был не на шутку пьян.

– С Хелен все в порядке. А мне пора. Если что, ты знаешь, как найти меня.

Ланц ничего не ответил, лишь криво усмехнулся и уставился на окно своей спальни.

***

Первые лучи солнца коснулись крыши дома Дьюго. Запахи свежескошенной травы и азалий вносились в открытое окно спальни Хелен вместе с порывом теплого ветра. Резкий поток воздуха зашевелил распущенные волосы молодой женщины и смел их с подушки на лицо, они защекотали веки, шею и плечи. Хелен открыла глаза и еще с минуту прислушивалась к звукам дома и своим внутренним ощущениям. Вдруг что-то шевельнулось рядом, и женщина мгновенно повернулась. Вмиг пришло счастливое осознание рождения ребенка.

На второй половине кровати, обложенный вокруг подушками, в розовом полотенце лежал младенец и беззаботно водил ножками и крохотными ручками в воздухе. Его глазки были широко раскрыты, и ротик шевелился в кряхтении. Хелен широко улыбнулась, ощутив, как ее наполняют чувства безмерного блаженства и покоя, невыразимого восторга и торжества. Она бережно взяла малышку на руки и умильно прильнула щекой к ее головке с длинными черными кудряшками.

– О пресвятая Мария! Моя дочь! Какая же ты красивая!

Ребенок, словно внимая нежному голосу матери, ответил ей довольным сопением.

– Да, да, да… Ты моя девочка!– просюсюкала Хелен, ласково касаясь пальцем носика младенца.

Скрипнула дверь, и в комнату заглянул Брайан. Неумытый, взъерошенный, он робко топтался на месте, не зная, можно ли ему подойти. Он изумленно смотрел на мать и не узнавал ее. Лицо Хелен было таким светлым, безмятежным, глаза излучали какой-то особенный свет, на губах играла удовлетворенная улыбка. Она не переставала ласково сюсюкать кому-то, завернутому в полотенце.

– О, Брайан, здравствуй, сынок! Иди ко мне, Живчик, познакомься со своей сестричкой!– заметив сына, радостно пригласила Хелен и протянула ему свою руку.

Мальчик неуверенно пересек комнату и осторожно присел на край кровати рядом с матерью. Он осторожно заглянул за край полотенца и с широко раскрытыми глазами замер, наблюдая, как что-то крошечное, похожее на человечка, шевелит ручонками, моргает, издает странные звуки.

– Мама, это моя сестричка?!– удивленно спросил он.

– Да, мой дорогой,– наблюдая за сыном, улыбнулась Хелен и ласково потрепала его за густые волосы на макушке.– Хочешь взять ее за ручку?

– Нет!– отрезал Брайан.– Я боюсь…

– Не бойся, давай свою руку…

Брайан нерешительно протянул матери руку. Она взяла его за пальцы и притянула их к маленькой ручке младенца. Девочка тут же легко сжала пальцы мальчика в свой крохотный кулачок.

– Смотри, какая она сильная!– восхитилась мать.

Брайан не ожидал таких приятных впечатлений и восторженно закивал, осознав, что быть рядом с младенцем ничуть не страшно и даже интересно. Он улыбнулся, и его глаза засветились радостью.

– Ура, мама! У меня есть сестричка!

– А где наш папа?– с волнением спросила Хелен, оглядывая комнату.– Его не было весь вечер и ночью. С ним что-то случилось?

– Нет, он тоже не хотел тебе мешать отдыхать. Он спал в гостиной на диване.

– Иди же позови его,– нетерпеливо попросила мать.

– А я уже здесь!– гордо сообщил Ланц и, довольно улыбаясь, подошел к жене.

Хелен улыбнулась, нежно коснулась руки мужа и кивком пригласила посмотреть на дочь.

– Это твоя дочь, Ланц! Мы так хотели девочку, и вот она – наша радость! Она уже с нами!

Ланц прислонился к спинке кровати и, любуясь дочерью, поцеловал Хелен в висок.

– Она красавица, как и ты! И как же мы назовем нашу принцессу?

– О-о, я уже подумала об этом. Она очень сильная, такая красивая, а глаза, посмотри: у нее синие глаза и волосики такие черные кудрявые! Я назову ее в честь Софи Лорен – София! Она вырастет и покорит всех своей красотой, умом и преодолеет все преграды на своем пути… Моя Софи! Правда красиво звучит – София Дьюго!

Брайан радостно закивал, соскочил с кровати и на бегу громко прокричал:

– Я расскажу всем соседям, что у меня родилась сестричка!

Хелен заулыбалась и опустила голову на грудь мужа.

– Я так счастлива, Ланц!

– Неужели?– усмехнулся ласково Дьюго.– Теперь пора подумать еще об одном младенце?

Хелен возмущенно отстранилась и сказала:

– Матерь божья, какой же ты ненасытный! Я еще не успела забыть о вчерашней ночи, такую боль перенести не в состоянии ни один мужчина.

Ланц снова усмехнулся:

– Хорошо, дам тебе немного времени. А потом мы вернемся к этому разговору. Сейчас отдыхай, корми малышку. Я пойду… договорюсь с отцом Мартином о крещении. Подумай, кого возьмем в крестные?

– Я думаю, это будет Лили.

– Твоя сестра?

– А что, она всегда мечтала о своих детях, но, верно, бог не даст им такого шанса. Пусть у них будет Софи.

– А кто станет крестным отцом? Я думал позвать Кьюсака?

– Хорошо,– согласилась Хелен и облокотилась на подушку, чтобы покормить младенца.

Ланц осторожно отстранился от жены и пересел в кресло у кровати. Оттуда он наблюдал, как Хелен заботливо и нежно обращается с младенцем, и улыбался. Он стал отцом во второй раз – это было самое чудесное, что могло случиться с ним в жизни. Дьюго обожал свою супругу, старался ни в чем ей не отказывать, но был очень строгим и требовательным. Все, что он создал на этом клочке земли, было ради нее и будущих детей. Хотя ферма приносила дохода ровно столько, чтобы прожить небольшой семье в достатке, Ланц знал, что никогда не сможет прыгнуть выше головы и достичь уровня соседних фермерств. Дьюго видел, что иногда Хелен хочется купить себе нарядное платье, туфли или украшение, а не продукты, лекарства, инструменты. Она скромно молчала, ни о чем не просила: они и не могли себе этого позволить. И это омрачало Ланца на протяжении восьми лет брака. Но он надеялся на то, что, когда его сын вырастет, то добьется больших успехов, станет самым успешным фермером и еще заставит всех позавидовать своей семье.