Я слышу - Наталия Никульшина

ГЛАВА 2

- Ты что, опять без слухового аппарата?! С ума сошла?! – возмущался Коршун, снова обдавая меня запахом сигарет. – А если бы я не успел затормозить?! Куда ты прешься?!

Ух, какой он! Глазищи горят! Классны-ы-ы-й!!!

- Да я…, - промямлила я, радуясь, что оказалась на этой дороге, и что затормозить он все же успел. А то тогда уже бы и операция не понадобилась. И я бы не увидела этот орлиный нос снова.

- Что – я?! – плевался Коршун. Вот псих, чего он так кипятится? Кажется, у кого-то был трудный рабочий день. Ну, если он так поздно с работы едет. – Какого черта ты по сторонам не смотришь?!

- Прекратите на меня орать! – возмутилась я. Нет, он конечно, классный. Но, в конце концов, чего он мне тыкает? – Ну, подумаешь, не заметила я машину!

- К окулисту, значит, сходи! – рявкнул он и зашагал обратно в машину.

- Как-нибудь без вас разберусь! – обиделась я и, развернувшись, направилась в другую сторону. Ты посмотри, советчик нашелся!

- Эй, Кузнецова! – донеслось в спину.

Я обернулась.

- Что, Коршун?! – нет, ну а чего? Он тоже фамильничает, значит и я могу. И мы сейчас не в больнице, он не врач в данный момент, а обычный псих, который сначала меня чуть не задавил, а теперь, вместо того, чтобы извиниться, истерит тут.

- Давай, подвезу тебя, - прозвучало намного мягче.

- Сама дойду, - буркнула я. Нечего было на меня орать, взял и все испортил.

- Ну и дура! – дверь машины хлопнула, Коршун пролетел мимо меня.

Я чуть не задохнулась от такого хамства. Чего?! Он что, совсем офонарел? Черт, а мне ведь послезавтра к нему на прием идти. А хотя, это и хорошо. Там и выскажу, кто из нас «дура»!

Дома я поговорила с Лизой и сказала ей, что согласна на операцию. Я хочу слышать. Нет, я хочу слушать. Музыку. И если Коршун пообещает, что я смогу насладиться наушниками – я согласна смиряться и с остальным шумом. Наверное, музыка – это то, ради чего вообще стоит иметь уши. Нет, я конечно точно не знаю пока, но люди в наушниках кажутся счастливее меня. И я тоже хочу иметь еще один свой маленький мирок. Он у меня всегда был, а потом мой мир стал звенеть. А наушники – это всегда свой, отдельный ото всех, мир.

Вы когда-нибудь задумывались, что звучит в ушах человека, сидящего напротив вас в автобусе? А ведь там – другая жизнь. Там своя история. Короткая, минуты на три, но точно интересная. Я вот люблю подумать, о чем была песня, что ее автор хотел мне сказать. Но, к сожалению, мне это пока трудно дается. Чтобы понять, о чем была песня, мне нужно прочитать ее текст. По губам ведь не выйдет, если я не вижу, кто поет. А я хочу слушать музыку, а не читать ее.

Только вот доктору – психопату мне довериться страшно. Что, если на операции что-то пойдет не по плану? Ну, всякое ведь бывает. И какой будет реакция Коршуна? Он кинется спасать пациента, или станет истерить? Нет, я все понимаю, нервы, люди на прием разные приходят, но он же доктор! Он в любой ситуации должен быть собран и спокоен. Но, с другой стороны, а когда ему отдыхать? Так, а вот с чего я вообще над всем этим задумываюсь?

Лиза, кстати, очень обрадовалась моему решению. Обещала, что завтра они с Серегой все купят. Наверное, надоело жить с глухой сестрой, которой зачастую все по два раза приходится повторять. Ну, дома я обычно без аппарата хожу. Рисую или читаю книжки, звук мне не нужен.

А на следующий день я на работе так увлеклась рисованием, что не сразу заметила, что рука сама изображает птицу. Какую – надо говорить? Он такой шикарный получился, просто глаз не оторвать! А, казалось бы, обычный Коршун… блин, с маленькой же буквы.

- Классный! – оценил Гоша.

- Набей мне его, - вырвалось у меня.

Гоша глянул с удивлением, я на него смотрела точно так же. Но идея мне понравилась. Я вообще люблю спонтанные решения, они обычно самые верные. Считаю, что если в голову что-то пришло – надо действовать (в пределах разумного, конечно). А еще я верю в судьбу, и что все в жизни происходит не случайно. Так, например, я встретила Гошу, а он открыл во мне талант к рисованию. Выходит, что Гоша появился не зря. Так и со всеми. И с Коршуном. Почему-то же я попала именно к нему на прием, хотя рядом там еще два кабинета с такими же специалистами. Все не зря. И это не дает мне разобраться с тем, кому я доверю в итоге свои уши.

- Ты же говорила, что пока больше не хочешь татухи, - напомнил мне Гоша.

- А я маленькую, это не считается. Ну, посмотри, какая птичка!

- Не спорю, - улыбнулся он. – А что будет значить твой орел?

- Это коршун, - исправила я. – Не знаю. Будет меня охранять. Сделаешь?

- Да без проблем! Где?

Я задумалась.

- А давай на шее, сзади! Там под волосами будет не видно, Лизка с Серегой не станут истерить.

Гоша великодушно выполнил мою просьбу, домой я ушла с новой татуировкой. Глянув на часы, поспешила к дороге, где меня вчера чуть не задавили. Это было в такое же время, вдруг, он снова там проедет? Зачем я туда пошла? А вот не знаю. Доктор уж очень симпатичный. Нет, не красавчик, какие в кино бывают. Но вот что-то в нем есть такое…

На дороге я его не увидела, а был только один шанс. Если буду тут стоять – он поймет, что я его жду, если все же проедет мимо. Эх, надо было вчера согласиться, пусть бы подвез. Интересно, а сколько ему лет? Женат? Ладно, завтра на него гляну.

Чтобы не палиться, что мне хочется увидеть лора, я подошла к кабинету четко в свое время. Сегодня я с аппаратом, поэтому могу слышать, что кричат из кабинета. Прозвучала моя фамилия, я ринулась на прием. Даже платье специально нацепила посимпатичнее.

Но в кабинете, на месте Коршуна, сидел другой доктор. Постарше, посолиднее. Не такой симпатичный и не Коршун. Я обреченно присела на стул и вздохнула.

- Здравствуйте.

- Добрый день. Алиса Сергеевна, у вас тут в карте пометка. Вы подумали насчет операции?

- А где…, - черт, а как его зовут?! – Ну, доктор, который меня смотрел?

- Дмитрий Васильевич еще оперирует. Немного задерживается, я его подменяю.

- А он давно оперирует? В смысле, опыт у него какой?

- Ну…, - врач пожал плечами. – Да как все. Как пришел работать. А что?