Гарем-академия 3. Капитан - Варвара Мадоши

— Я, кажется, забыл представиться. Хеннет Гетат, генерал четвертого ранга, командую гарнизоном. И вас направили в мое подчинение. Не в подчинение командующего округом, не в отряд генерала Желтой Камелии, а ко мне, — “Ну да, — подумала Даари. — Просто никто не знал, что со мной делать!” — При этом, как я посмотрю, воинской специальности у вас нет. Один курс Его Величества Императорской Академии в Ло-Саароне, где вы все еще числитесь, потом заочная форма обучения… не знал я, что она там вообще есть!

Даари прикусила рвущуюся фразу, что ее и не было, это из-за нее ввели. Генерал явно в такой информации не нуждался.

— …Потом ускоренные курсы рядового бойца, экзамен на знание Устава — и все. Чего я не знаю в этой картине?

Он внимательно и с плохо скрываемым раздражением смотрел на Даари, и она еле удержалась, чтобы не сказать “Всего!”

— Ничего, господин генерал.

— Да, конечно… — он нахмурился. — Вот что. Мне насчет вас не поступало никаких распоряжений. У вас есть письмо для передачи лично в руки?

Даари вытаращилась на него во все глаза. Потом, когда пауза слишком затянулась, она вдруг поняла, что он имел в виду:

— Я не фаворитка Владыки, — сказала она. — И не шпионка… то есть, прошу прощения, не сотрудник службы госпожи Салагон. Я вообще никто! Я даже магию делать не умею! — она подняла руки в перчатках. — Мне присвоили статус мага, но я только вижу магические каналы, даже манипулировать ими приходится в перчатках!

— И как это отличается от возможностей мага? — хмуро спросил генерал.

— Я не могу творить магические каналы, — повторила Даари. — Если вокруг нет ни одного, я не смогу ничего сделать. То же самое — если перчатки порвутся или потеряются. Поэтому меня не послали в Корпус Магов или в линейку подчинения командования округом. И боевой подготовки у меня нет, потому что назначение в войска — это… ну, внезапное решение.

— В связи, я так понимаю, со скандалом на финале турнира в Академии? — спросил генерал, выдавая тем, что за новостями из столицы он все-таки следит.

— Да, — честно ответила Даари.

— Если вас отправили сюда вместо тюрьмы, я тем более должен был получить информацию! — рявкнул адмирал, уже не церемонясь. — Вместо этого полный молчок! Тишина! И вот что я должен делать?!

“Какой неуравновешенный тип, — подумала Даари. — Почему он это спрашивает у меня? Но по-человечески его понять можно…”

— Не знаю, господин генерал, — сказала Даари. Потом ей в голову пришла идея: а в самом деле, почему бы не предложить? А то с командира гарнизона станется запихать ее в какое-нибудь совсем уж неблагоприятное место, особенно если он и впрямь решит, что Даари отправили на границу искупать грехи. Что было не так… Ну, не совсем так. На сей раз выбор между службой и тюрьмой для нее не стоял. В смысле, ей такого выбора не дали.

— А можно я буду работать в гараже? — спросила она.

— Формулируйте правильно: прошу направить меня на работу в гараже, — автоматически поправил генерал. — А то звучит уж больно… Почему в гараже?

— На грузовике, который вез меня сюда, не совсем хорошо отрегулированы чары… Можно кое-где подзатянуть, машина будет ехать ровнее. Из беседы с шофером я поняла, что это общая беда всей вспомогательной техники. Я редко имела дело с повозками и другими механизмами, но разбираюсь в чарах и имею исправлять то, что было сплетено не мной. В Академии имела много практики по снятию чужих чар.

— Хм… — пробормотал генерал. — Ладно, почему бы нет? Завтра с утра… или даже прямо сейчас… напишите рапорт, занесете моему адъютанту. Удовлетворю.

Так началась для Даари пограничная служба.

Глава 1. Интриги и расследования

Даари не хотелось никому рассказывать о том, как так получилось, что она вместо Академии оказалась в Пограничье, да еще на “горячем” его участке, где прорывы демонов и нечистых тварей обнаруживают если не каждый день, то каждую неделю точно. Однако сама она думала об этом часто. В некотором роде этот поворот стал для нее спасением: после того, что произошло в финале Большого Турнира Даари вообще могла бы закончить свои дни либо в секретной лаборатории Сиары Салагон, либо в тюрьме. Либо в могиле… но тут уже по собственной глупости, а не по закону.

А Дракон за нее вступился.

Ну, типа.

Правда, теперь смешно было бы ожидать, что вступится еще раз.

Чаще всего мысли возвращались к подготовке к Снегострою — тогда Даари начала проявлять инициативу. Ей казалось, что она берет судьбу в свои руки, и что покровительство Дракона ей поможет, а оказалось…

Но обо всем по порядку.

***

Поле, которое формируется вокруг магических каналов, неспособно удерживать что-то тяжелое, вроде камня или бетона. Снег — дело другое. Поднятый в воздух, он замирает в потоках поля изысканным кружевом, создавая почти любые фигуры. Насколько хватит у мага фантазии и искусства. Тут мало быть просто мастером созидательного чароплества, нужны еще художественные таланты, чутье, умение.

По глазам Гешвири Даари видела, что она весьма скептически относится и к фантазии, и к чутью, и к умениям своего капитана. А могла бы усомниться и в психическом здоровье — то, что она создала по эскизу Даари, вполне этого заслуживало.

— Вот это? — спросила дочь Утреннего Лотоса. — Вот это вызовет эмоции?!

Перед ними в провокационной позе лежала на снегу созданная из снега женщина: метра три в длину (нельзя было это назвать ростом, поскольку фигура лежала) с раздвинутыми ногами. Из промежности женщины высовывался длинный скорпионий хвост. Да и сама эта дама выглядела… своеобразно. Более или менее человеческое тело покрывали торчащие чешуйки, а вместо сосков на вздыбленных к небу огромных грудях красовались загнутые когти.

— Ну да, — ответила Даари. — Хочешь сказать, у тебя не вызывает?

— Отвращение! — воскликнула Гешвири.

— Отвращение — это смесь страха и гнева, — сказала Даари. — Оно хорошо детектируется тем типом сети, которой улавливают эмоции во время Снегостроя. Я проверяла. Почему нет-то?

— Потому что ты не первая такая умная, — вздохнула Тоннар. Она стояла рядом, в парке, надетой поверх более легкого форменного пальто, в меховых наушниках, в рукавицах и в войлочных чунях.