Сказка на ночь для дракона - Дарина Ромм

На следующий день по плану у нас был Юсуповский дворец и петербургские крыши. Затем Кунсткамера и петербургские крыши. Потом Мариинка и… — ну, вы поняли… Крыши манили Аметиста, как валерьянка кошку.

У меня уже глаз дергался, когда слышала его журчащее: «Региночка, сегодня у нас с вами Марсово поле, а потом предлагаю экскурсию по крышам старых питерских домов». Мое категорическое «нет» Аметист так же категорически не слышал, уговаривая прогуляться по пыльным чердакам с мастерством и упорством распространителя Орифлэйм с бриллиантовым статусом.

Если закрыть глаза на патологическое влечение к питерским крышам, в остальном мой гид был идеальным мужчиной и настоящим профессионалом — умен, начитан, галантен и не приставуч. А экскурсии, которые он для меня проводил, были просто волшебны.

Как он рассказывал про убийство Распутина в Юсуповском дворце! Я будто присутствовала в той комнате, где великий старец ел отравленные пирожные, и своими глазами видела, как он смакует их, не подозревая о дополнительном ингредиенте в любимых сладостях.

Мои уши слышали выстрелы, которыми заговорщики добивали чрезмерно живучего старца и его хрипы на ступеньках комнаты. А щеки кололо студеным ветром с Невы, когда его мертвое тело тащили по сухому декабрьскому снегу. От голоса Аметиста мороз шел по коже, и красочные картины вставали перед моими глазами, затягивая в жутковатую реальность тех давних событий.

Когда я спросила давно ли он работает гидом, Аметист лукаво улыбнулся:

— Региночка, быть гидом не работа, это мое хобби. Я имею дело только с особенными, эксклюзивными людьми. И вы одна из них, Регина Гарольдовна.

«О, как!» — восхитилась я. Таких слов мне еще никто не говорил. Максимум, могли назвать необычной, а чаще просто — дурковатой. Оказывается, люди просто ничего не понимают в неординарных личностях моего уровня.

После такого комплимента настроение подпрыгнуло и даже ноги, гудящие от бесконечных перемещений по музеям и дворцам, гудеть стали потише. И я в который раз подумала, что Аметист Вольдемарович просто душка и во всех отношениях приятный мужчина. Если бы не его пунктик с крышами, то просто идеал. Хотя, надо отдать должное, Аметист уже несколько дней даже не заикался о них, видимо поняв тщетность своих усилий.

Поэтому я расслабилась, с удовольствием досматривала еще неосмотренные завлекательные уголки Питера и прикидывала, как провести оставшиеся два дня моего фантастического вояжа.

Мы с Аметистом как раз обедали на террасе ресторанчика с видом на Неву, когда за соседний столик присела компания замученных музеями туристок, и девушки принялись делиться впечатлениями об их экскурсии на… крыши.

Я закатила глаза, а Аметист захихикал в кулачок, бросая на меня странные взгляды.

— Ну, что вы так смотрите, Аметист Вольдемарович? Я только-только расслабилась, не слыша ваших дифирамбов этому виду экскурсионной программы, а тут — на тебе!

— Регина, я от всей души хотел показать вам эти волшебные виды и помочь прикоснуться к той части истории города, о которой ни в каком музее не расскажут, и ни в каком путеводителе не напечатают. Но раз вы так боитесь, то я не смею больше настаивать.

Аметтист выставил в мою сторону ладони, будто отодвигаясь, и покачал ими из стороны в сторону, ясно давая понять, что с такими безнадежными он больше не связывается.

— Я не боюсь, просто не люблю, — буркнула сердито. Хитрец Аметист прицельно наступил на мою ахиллесову пяту: стоило кому-то обвинить меня в трусости, и все — я была готова хоть по карнизу пятиэтажки пройтись с закрытыми глазами, но доказать свою смелость.

Аметист Вольдемарович кашлянул, отвернулся от меня и ловко вклинился в разговор за соседним столиком, рассказав потрясающе интересный факт из истории одного дома, на крыше которого девушки как раз побывали. Девицы завороженно слушали, и даже пару раз ахнули в самых горячих местах. И еще долго перешептывались между собой, когда Аметист умолк.

Закончив обед девушки, жарко поблагодарили моего спутника, а одна тайком от меня сунула ему свою визитку. Вот, нахалка малолетняя! Нет, мне лично все равно. Но тем не менее, вдруг бы я ему женой приходилась? Законной и с тремя щекастыми детишками в комплекте?

Карточку Аметист взял довольно равнодушно, но в карман все-таки сунул, и потащил меня к следующему «интереснейшему архитектурному объекту».

Глава 3

Когда вечером, в своем ампирно-великолепном номере я готовилась отбыть в объятия Морфея, позвонила менеджер из «Счастливого билета», милейшая Татьяна Павловна.

Долго извинялась и благодарила, что я изволила ответить на ее звонок, невзирая на столь поздний час. Так-то она бы ни в коем случае не посмела меня потревожить, но тут такое дело, что она была вынуждена, хоть и не хотелось, но никуда не денешься, пришлось из-за этой ситуации, которая возникла так неожиданно…

Совсем потерявшись в ее трансцендентных словесных потоках, я уже собралась просить перейти ближе к делу, как Татьяна Павловна резко сменила тон:

— Регина Гарольдовна, нам требуется подтверждение, что вы боитесь высоты и по этой причине отказываетесь от включенной в вашу программу экскурсии.

Так, кто-нибудь понял, о чем она сейчас?

Не став утруждаться попытками понять глубины чуждого мне сознания, я взяла, и вот так прямо и конкретно спросила:

— А-а?

И добавила для большей ясности:

— Э-э?

Татьяна Павловна, не будь дурой, сразу догадалась, что я настроена на серьезный деловой разговор и сантиментов не потерплю, поэтому кинулась в объяснения:

— Понимаете, Регина Гарольдовна, вы наш эксклюзивный клиент и безукоризненное исполнение программы вашего тура — наша приоритетная задача.

«Продолжайте, продолжайте, Татьяна Павловна. Чувствую, вы на правильном пути», — уже было обрадовалась я.

— Так вот, Регина Гарольдовна, — продолжила дама. — Список обязательных экскурсий в вашем туре был утвержден заказчиком и изменению не подлежит. Но, так как у нас возникли особые обстоятельства, мы вполне можем отказаться от проведения экскурсии «Под крышами старого города».

Только я решила возликовать по поводу столь разумного решения, как Татьяна Павловна сообщила:

— Но для этого, нам нужно ваше письменное подтверждение, что вы боитесь высоты. Завтра Аметист Вольдемарович передаст вам на подпись бланк отказа с указанием причины и вашим согласием на уменьшение его гонорара.

— О-а? — мое красноречие уже зашкаливало. На том конце провода тяжело вздохнули:

— Да-да, письменное подтверждение. И нам придется уменьшить вознаграждение вашего гида, так как он не справился со своей задачей.

Перед моими глазами, как живое, встало лицо Аметиста Вольдемаровича, укоризненно глядящего на меня своими милыми глазками.

Я представила, как завтра