Девушка, которая строит замки - Евгения Константинова

Когда вечером я уже собиралась уходить с работы, Вадим Владимирович позвонил по внутреннему телефону и попросил зайти.

— А может еще партию?

Я решила, что если выиграю, то его интерес к игре со мной пропадет. И мне повезло, Вадим Владимирович один раз ошибся, а это спровоцировало череду ошибок.

Но мой план не сработал, его проигрыш возбудил в нем азарт, он предложил, даже можно сказать — затребовал еще партию. Он играл белыми, развлекая меня при этом разговорами, и начал с защиты двух слонов. Играл медленно, как бы демонстрируя, что вовсе не ставит цели непременно выиграть.

— … однажды в детстве меня обыграла девочка. Девчонки вообще были редкими гостями в нашем школьном шахматном кружке…

— Что-то мне подсказывает, что вы, Вадим Владимирович, не успокоились, пока не взяли реванш, — он улыбнулся хитрющей и в то же время извиняющейся улыбкой.

— И, кстати, я не в восторге от своего имени, а имя в сочетании с отчеством лишний раз напоминает о не слишком удачной семейной традиции называть всех на букву «В».

— Хм, надо было с этого и начинать. Можно и Вадим. Кстати, — решила я его поддержать, — мне с моим именем тоже несладко пришлось. В детстве звали Сашей, а в сочетании с фамилией, заканчивающейся на «ь», складывалось ощущение, что это имя и фамилия мальчика. Иногда случались забавные ситуации, например, в летнем лагере меня записали в мальчишеский отряд. При этом я росла пацанкой: короткая стрижка, брюки с шортами и в качестве игрушек — рогатки, при первом общении все мальчиком меня и считали. Правда, иногда я этим беззастенчиво пользовалась. Однажды на летнем турнире по шахматам играла с одним мальчиком; и девочки, и мальчики в одном потоке играли. Мы тогда, помню, рогатки обсуждали: какая рукоять наиболее удачная и какая длина резинки правильная, а потом случайно пересеклись в школе. Он остолбенел, увидев меня в школьном платье. Хм…, — я замолчала, вспоминая эти моменты. — А потом захотелось всё поменять и в то же время быть не как все, поэтому отрастила длинные волосы, и когда все делали начесы на голове, у меня была коса, когда девчонки носили джинсы, я — платья, и… мое имя перестало казаться мне мальчишеским.

— Хм, интересная трансформация. Хотел бы иметь историю с таким поворотом, но в детстве я был Вадя или Вадик, еще хуже, чем Вадим.

— А сейчас? Я про «Вадима».

— Уже сроднился, — улыбнулся он милой и обворожительной улыбкой.

Так, стоп! Еще чего! Только шахматы без всяких «милых и обворожительных улыбок», — сказала я сама себе.

— Зато у твоего имени сколько вариантов! — вот так вконец заболтавшись он легко перешел на «ты».

— О, да! Шурочкой я была для одной бабушки, и Алькой — для другой, для папы — Санькой. Правда, когда он злился и вызывал, чтобы отчитать, называл Александрой, для мамы — Сашей и Сашенькой, ну это и понятно, а в качестве ника в интернете я использую вторую половину полного имени — Сандра.

— М-да, это тебе не Вадя с Вадиком…, — протянул Вадим.

— Зато в анкетах такое короткое имя удобно писать, — хоть Вадим спокойно перескочил на «ты», мне было сложно, и подсознательно я избегала фразы, когда надо было сказать «вы» или «ты».

— Ты всегда такая?

— Какая?

— Люди любят слово «оптимист», а я бы сказал… некая легкость восприятия окружающей обстановки.

— Легкость, значит, а я думала, другое слово будет, — теперь настала моя очередь улыбаться хитрой улыбкой. — Болтушка, например. Знаю за собой этот косяк, не всегда вовремя могу остановиться.

— Нет-нет, не смей останавливаться. С такими как ты как раз приятно общаться.

Выйдя из бизнес-центра, я очутилась в жарких объятиях летнего вечера. На самом деле воздух не был жарким, такое ощущение возникает в первые минуты, как покидаешь прохладное здание. Я шла мимо фонтана, с наслаждением подставляя лицо воздушным брызгам. Домой можно было попасть быстро на общественном транспорте, а можно было и дойти пешком, но долго. Учитывая наш сложный климат и редкие дни, когда прогулка может быть наслаждением, я выбрала долгий путь тем более, что часть пути была через сквер, а мне необходимо было проанализировать прошедший день. Почему я, балда такая, всю дорогу держа оборону, чтобы не сболтнуть ничего лишнего, опять взяла и растрепала о таких личных вещах совершенно постороннему человеку? Ну, ладно Александр, мы с ним еще как-то на равных, но начальник! Еще на партию в шахматы во время обедов согласилась! Пусть Вадим и не является моим прямым начальником, но мне еще работать с ним, поэтому необходимо держать наши отношения в определенных рамках. Мне сейчас очень нужна эта работа, надо успешно пройти испытательный срок и наладить со всеми рабочие отношения. Рабочие! Поэтому надо дистанцироваться и соблюдать субординацию. Еще это «ты»! Вот чем я думала?

А в это время из наушников донеслись слова, заставившие меня улыбнуться:

«…Вот новый поворот, и мотор ревёт.

Что он нам несет — пропасть или взлет, омут или брод,

И не разберешь, пока не повернешь…»

Глава 2. «Хобби»

Даже придя домой, я продолжала переваривать первый рабочий день. Думала о нем и пока переодевалась и переплетала волосы в косу, и пока жевала булку, запивая ее кефиром, а потом прекратила препарировать прошедший день, вывезла велосипед и отправилась на свое «хобби», о котором не хотела рассказывать Вадиму.

Всё свободное время я проводила в приюте для животных, который стихийно был образован пару лет назад и существовал за счет сил волонтеров и на средства неравнодушных людей. Иногда дел в приюте было выше крыши: приходишь и не знаешь, за что хвататься, а в дни, когда дел по уходу за животными не так уж много, а волонтеров — достаточное количество, можно заняться и второстепенными по важности делами: фотосессией новых питомцев, публикацией их фотографий в соцсетях, загрузкой отчетов о расходах на сайте, заказом корма и много других вроде бы незначительных дел, но которые невозможно было никогда переделать.

В понедельник был день, когда дел выше крыши: волонтеров совсем не было. Один из наших питомцев — рыжий шкодливый котенок, названный волонтерами Вжик, отправился на временное жительство, как мы все надеялись, в котокафе «Чеширский кот» вместо другого рыжего кота, «усыновленного» одним из посетителей, но у нас случилось и прибавление — под дверь приюта нам подкинули трех котят. Еще в этот