Пленница - Наталья Соболевская

– Да, отцепись, – верзила тряхнул ногой, и брат повалился на спину. – На кой ты мне сдался? Ты не должен привычки менять и уж тем более крышу над головой, чтобы Косов не заподозрил, что его крысёныша рассекретили.

– Покатаемся, крошка, – справа раздался ехидный смешок парня в кроссовках, и я краем глаза заметила, как он приближается.

Инстинкт самосохранения заставил подскочить на ноги и схватить первое, что попалось под руку для обороны – низкий табурет с кожаным сиденьем.

– Только подойди, – направив на парня ножки, нечеловеческим голосом взревела я. – Башку проломлю.

– Босс, да она чокнутая! – тип в кроссовках, не дойдя до меня пары метров, остановился. – Можно, я всё-таки ей щёлкну?!

Решение главаря ждали в гробовой тишине, я от страха и напряжения тряслась каждой клеточкой тела. Если хозяин сейчас даст своему псу команду «Фас» он точно меня покалечит.

– Хм, а у девчонки яйца-то будут покрепче, чем у братца, – протяжно заметил главарь и под всеобщий гогот вгрызся в меня взглядом. – Как тебя там…, кажется, Ника. Так вот, Ника, ты как предпочитаешь в гости поехать, в багажнике с кляпом во рту или тихо посидишь на заднем сиденье?

Смотрю на мужчину, чья фигура занимает чуть ли не половину гостиной и понимаю, с ответом медлить нельзя. Надо соглашаться пока, ещё есть такая возможность. Иначе тип, что скалиться на меня, сорвётся с цепи и раздерёт в клочья. Силюсь хоть слово произнести, но губы, как и вся я, окаменели и отказываются шевелиться.

– Если девчонку не пугать, с ней можно договориться, – заявил мужик, что вытянул меня из-под кровати и, близко подойдя, взялся за ножки табурета, который я до сих пор в оборонительной позе держала. – Сама же пойдёшь?

Кивнула и, разжав пальцы, отдала табурет.

– Не вздумай, так больше чудить, особенно при Ренате Матвеевиче, – дёрнув меня за локоть, тихо зашипел Андрей, когда главарь с прихвостнями вышли из дома, а мы с ним остановились возле порога, чтобы я обулась. – Поняла! Куда ты ногу суёшь, – конвоир носком туфли отшвырнул мои босоножки в угол. – Удобное надевай, вон тапки.

– Это Олега, они мне большие.

– Зато без копыт. И большие – не маленькие.

Шаркая тапками по тротуарной плитке, шла за Андреем и всё время оглядывалась. Фонари не горят, местность освещает только луна, придомовая территория у Олега запущенная, заросла высокой травой и кустами, а что если рвануть в сторону и бежать…. бежать. Я же маленькая, должна быстрее между веток протиснуться, чем огромные мужики. Или нет? Пока я по земле ползу, они эти кусты просто перешагнут.

Так и не собралась с духом дать дёру, а когда Андрей довёл до трёх автомобилей припаркованных в ряд вдоль дороги, решаться на что-либо уже было просто поздно.

– Девчонку ко мне.

Главаря не видела, зато отчётливо услышала его приказ.

– Нет, – отчаянно замотала я головой и взмолилась. – Андрей, можно я лучше с вами.

– Ты во мне защитника, что ли, увидела? – рявкнул он и, толкнув к автомобилю, открыл дверцу. – Где говорят, там и поедешь.

Заднее сиденье оказалось пустым, так же как и два передних, и я с трудом, но всё же уговорила себя забраться внутрь.

Только и успела, что тесно забиться в угол, как место возле меня прогнулось под тяжестью главаря, передние дверцы тоже хлопнули, но я, низко склонив голову, сгорбилась, поэтому не имела возможности видеть кто ещё сел в салон.

Авто бесшумно тронулось, но я до сих пор не могу поверить в реальность происходящего. Меня неизменно преследует ощущение, что нахожусь просто в кошмарном сне и вот-вот пробужусь. Либо нападение на дом Олега – это чей-то жестокий и совсем несмешной розыгрыш, что сейчас раздастся барабанная дробь, загудят фанфары, откуда ни возьмись появится целая толпа людей, и все как один начнут показывать мне пальцами, где были воткнуты скрытые камеры.

Ну никак в голове не укладывается, что уголовники насильно заставили сесть в машину и теперь неизвестно куда везут.

Что меня там ждёт? Да уж точно ничего хорошего. Но клянусь сама себе, что сделаю всё, чтобы не только выжить, а ещё и остаться здоровой.