Грань - Алекса Мун

— Проституция во Флоренции запрещена вот уже как два года. — Долетает до меня из приоткрытого пассажирского окна.

Разжимаю пальцы и ткань летит вниз пряча все мои прелести. Устремляю возмущённый взгляд, но ничего кроме чёрных волос и блестящих глаз, мне так и не удаётся разглядеть.

— Я не шлюха! — цежу сквозь зубы и гордо вздёрнул голову начинаю идти вперёд.

Похоже сегодня какое-то мистическое полнолуние, что все мужчины резко стали придурками!

Машина преследует меня, и честно признаться: мне уже не по себе. Я не думаю что это какой-то маньяк, в нашем уважаемом городе это нонсенс, особенно в этом районе. Но сам факт, что позади меня плавно катится незнакомый автомобиль — пугает.

Ступаю на пешеходный переход и машина резко останавливается. Фары вспыхивают ярким, дальним светом, озаряя улицу и конечно же меня.

— Чего ты хочешь? — щурюсь, но я намеренна выстоять это давление. Бесспорно, мою уверенность в себе подпитывает охрана, которая стоит в ста метрах. Моя охрана, потому что через дорогу расположен мой особняк, и парни непременно услышали меня, потому что, я прокричала этот вопрос.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Свет фар резко гаснет и через секунду распахивается водительская дверь. Ко мне направляется высокий мужчина. Темные волосы откинуты назад, а его лицо украшает густая борода.

Кемаль.

Глаза по прежнему блестят и это не отблеск света, это искры пламени, которое с необузданной силой бушует в нем.

Неосознанно отступаю назад, потому что я узнала его. От него волнами исходит уверенность в себе и дерзость. Ему плевать на охрану, которая уже бежит в нашу сторону, он словно танк идёт на пролом к заданой цели. И к моему огромному сожалению: эта цель — Я.

Ледяные пальцы подхватывают мой подбородок, запуская под кожу настоящий лёд. Он тонкой корочкой, моментально расползается по телу сковывая движения. Замираю, с опаской поднимая голову на незнакомца.

— Ещё раз.. — его голос спокойный, почти шёпот, а кажется — будто насквозь пропитан угрозой.

— Сеньорита, — голос Джакомо, моего личного охранника, перебивает мужчину и тот отпускает меня, бегло, поверх моей головы, оглядывая подоспевшего.

— До встречи, Сандра. — Кемаль отпускает меня, тем самым возвращая в реальность, и идёт к машине.

— Все в порядке? — Джакомо обеспокоено смотрит на меня.

Нет, не в порядке!

В лапы этому монстру, Лука хочет отдать меня? Не будет этого никогда! Мне хватило одного его прикосновения. Я больше не хочу испытывать то, испытала сейчас.

Глава 3 

Вид на долину отсюда открывался непередаваемый. Она утопала в бесконечной зелени оливковой рощи. Здесь даже воздух был другим. Я жалею что смерть отца стала поводом коснуться семейного бизнеса.

Оливковое масло семьи Дель Сарто производится исключительно для импорта внутри страны. У нас особый подход к изготовлению. Семейный секрет, который переходит из поколения в поколение и сегодня, мне предстоит окунуться с головой в производство, узнав все тонкости изготовления самого лучшего оливкового масла страны.

Сколько я себя помню, наша семья всегда воевала с семьей Бруно за территории. Несколько лет назад мой старший брат Гаспаро убил старшего сына семьи Бруно и младший сын, Марко, обьявил вендетту моей семье. Эта тема долгое время оставалась под запретом для обсуждения, но сейчас, когда во главе сидит Лука, я думаю мне ничего не грозит.

В поле зрения появляется темно-вишневый внедорожник и мимо меня проезжает Адольфо Грассо. Автомобиль паркуется. Мужчина покидает салон и намеренно, не замечая меня направляется в двухэтажное здание рядом с ангаром, где размещено само производство.

Помнится, в последнее время, отец усердно работал над заменой оборудования. Именно с этого я и начну, точнее продолжу.

В кабинете меня ожидали пять человек, все мужчины. Никого кроме Адольфо я не знала но кажется — он здесь самый опасный. Возможно, двадцатитрехлетней девочке рано брать в свои руки контроль над работой производства, но когда моя любая матушка вдоволь насладиться горем, семейным делом уже завладеет Грассо. Я этого допустить не могу.

В полной тишине я захожу в кабинет, и под пристальные взгляды присутствующих занимаю директорское кресло. Меня не заботят их взгляды, мне в принципе не важно что обо мне думают. В мире моды и тусовок с золотой молодёжью — это качество атрофируется. Статус позволяет не замечать мелких рыбешек.

Я поочередно смотрю на каждого мужчину, ища в их глазах страх. Ничего подобного там нет. Несколько мужчин косятся на Адольфо, который не отрываясь, исследует свой телефон и похоже, ждут от него каких-либо указаний.

Этих уволю в первую очередь. Мне не нужны его шавки, которые будут строить козни против меня.

Мой взгляд останавливается на седовласом мужчине в возрасте. Рассыпь морщин украшает его лицо, а в глазах тлеет уютный огонёк. Мне нравится это. Мужчина очень располагает.

— Как вас зовут? — обращаюсь к нему. — Какая у вас должность?

Мой голос заставляет Адольфо вздёрнуть голову вверх и криво ухмыльнуться.

— Меня зовут Фабрицио Лучетти, я механик. Отвечают за состояние оборудования.

Прямо в яблочко! Как раз этим, я желала и заняться.

— Я помню мой отец хотел полностью заменить оборудование, не могли бы вы просветить меня в этом вопросе?

— Оборудование по первичной обработке было заменено, ещё осталось...

— Это пустая трата времени! — басит Адольфо и откидывает телефон на стол. Его прислужники тут же вытягиваются как натянутая струна. — Сейчас нужно думать о заключении контракта на импорт масла в Рим. И ещё, нечего неизвестно по поводу Милана.

— Но, сеньор, — Фабрицио поворачивается к нему, — измельчитель находится в плохом состоянии. Его нужно заменить в первую очередь. От этого будет зависеть качество масла.

— Я был в цехах и видел своими глазами — оборудование в порядке. Нечего тратит на это время и деньги. Это мое окончательное слово! Тема закрыта. Совещание окончено.

Вокруг начался какой-то шум, шуршание, в котором, абсолютно не замечают меня. Будто я красивое дополнение к дизайну.

— Нет, не законченно! — Подрываясь со своего места, чтобы хоть как-то обратить на себя внимание.

— Кем ты себя возомнила, девочка? — Адольфо так же поднимается и все тут же притихают. — Давай ты вернёшься обратно в своё беззаботное детство, а взрослые дела оставишь взрослым. Ты не потянешь производство, поэтому покрасуйся здесь ещё пару часов и проваливай.

Что?

— Я..

— Ты не продержишься здесь и недели, — с