Ядовитый плющ - Мария Морозова

Прислушавшись к тишине вокруг, я осторожно пошла вперед. Приходилось держать ухо в остро и вести себя очень осторожно. Благо, что навык бесшумной походки выработался у меня уже давно. На улицах было тихо и безлюдно. Только то тут, то там слышался крысиный писк. Хитрые грызуны пользовались тем, что их никто не видит, и самозабвенно ковырялись в мусоре. Но крысы – это хорошо. Это значило, что рядом, по крайней мере, не было нежити.

Внимательно глядя под ноги, чтобы не попасть в лужу, я прошла почти половину пути до дома. Как вдруг впереди что-то стукнуло. А потом всхрапнула лошадь.

- Тихо ты, глупое животное, - донесся до меня сдавленный шепот.

Мне не хотелось ни с кем пересекаться. Поэтому я сделала несколько шагов вперед и прижалась к сырой стене дома, выбрав особенно густую тень. Черный плащ позволил стать практически незаметной.

- Осторожнее, - прошипел все тот же голос. – Открывай дверь.

- Не видно ни зги.

- Нам же лучше…

У меня внутри отчего-то недовольно заворочалась Тьма. Я мысленно цыкнула на нее, призывая к порядку. Впереди негромко скрипнули дверные петли, все звуки стихли. И мне бы идти дальше, но вместо этого, выждав минуту, я обреченно выдохнула и шагнула туда. Не знаю, зачем. Моей Тьме почему-то показалось это важным.

Узкий тупик, котором никого не было, заканчивался стеной и крепкой даже на вид дверью в ней. Я прислушалась, потом вытащила небольшой флакончик с зельем и вылила его на дерево дверной створки. Подождав пару секунд, прижалась к нему ухом.

- …спит и в себя не придет.

- Она красивая.

- Не вздумай даже…

- Ты совсем тупой? Я, по-твоему, кто: юнец, который штаны удержать не может? Ясно же, ее кто-то из верхушки для себя присмотрел. А чужие игрушки трогать…

- Вот и молодец. Стереги. Заказчик обещал быть в полночь…

Расслышав шаги, что приближались к двери, я отшатнулись и беззвучно отступила назад, растворяясь в тумане. Тихо скрипнули петли, лязгнул замок, а потом мужчина прошел мимо меня. Снова всхрапнула невидимая во мгле лошадь, скрипнула телега, и раздался звук колес, которые катились по неровной дороге. Через пару минут они затихли вдали.

Мои пальцы нервно стиснули ворот плаща. Какая-то часть меня призывала сделать вид, будто ничего не случилось, и отправиться домой, туда, где безопасно и спокойно. Зато другая часть, не самая разумная, рвалась действовать.

Да, я предпочитала не вмешиваться в чужие разборки. Меньше лезешь – дольше живешь, как любили говорить в Гнилоустье. Мне не было дела до того, кто кого здесь грабит, убивает или обманывает. Но когда дело касалась насилия над слабыми…

В трущобах всегда были те, кому оказывалось недостаточно услужливых девочек из «лилейника» мамаши Орио или других, менее притязательных заведений. Кому хотелось иметь игрушку уровнем повыше, невинную, чистенькую и беззащитную. Такие мрази не гнушались похищать себе девушек, и ничем хорошим для последних это обычно не заканчивалось. Я и сама когда-то чуть не попала в лапы любителя молодых тел, и только заступничество Наставника помогло.

А сейчас в нескольких шагах от меня, за толстой стеной была очередная девчонка, кого, скорее всего, притащили для утех местного отморозка. И если во мне осталось хоть немного человеческого, я просто не должна проходить мимо. Иначе что будет отличать меня от тех, кто без всяких раздумий и сожалений может сломать жизнь другому?

Приняв решение, я быстро осмотрелась, хоть это и было нелегко в густом тумане. Небольшой одноэтажный домик, куда унесли пленницу, оказался зажат между двумя более массивными зданиями и почти незаметен. Но рядом виднелся балкон, с которого можно попробовать забраться на его крышу.

Я отбросила плащ за спину и сунула край за ремень штанов, чтобы не зацепиться. Потом легко подпрыгнула, хватаясь за нависающий над головой балкон, подтянулась и залезла на крышу домика. Секунду постояла, прислушиваясь, и скользнула к печной трубе.

Домик оказался совсем маленьким, хоть и похожим на неприступную крепость. Вероятнее всего, комната внизу была только одна, значит, и печь находилась в ней. Будем надеяться, что мне повезет.

Достав очередной флакончик, я вылила его содержимое в трубу. Если все выйдет так, как мне нужно, внизу оно распадется на сонный газ и усыпит всех, кто там находится. Поэтому, подождав немного, я спустилась вниз и присела перед дверью. Жаль, у меня не было зелья, которое позволяло бы видеть сквозь стены. Зато было кое-что другое.

Я приложила к замочной скважине ладонь и прикрыла глаза, сосредотачиваясь. Тьма внутри лениво потянулась, как кот, встряхнулась и медленно скользнула к моим пальцам, словно делая грандиозное одолжение. Впрочем, примерно так оно и было. С собственной магией у меня были… не слишком дружеские и теплые отношения. Иногда она буянила, иногда просто не слушалась, но чаще всего мы держали что-то вроде равнодушного нейтралитета, и магия милостиво соглашалась побыть инструментом в моих руках. Вот как сейчас.

Кончики пальцев захолодило. Они словно прилипли к сыроватому дереву дверной створки, а мой желудок скрутило в тугой узел. Не самые приятные ощущения. Но скоро Тьма довольно сообщила мне, что внутри стало тихо и безопасно. Я отозвала ее и тряхнула кистью, возвращая пальцам чувствительность.

Оглянувшись по сторонам, достала из кармана связку отмычек, которыми когда-то научилась пользоваться так же ловко, как и пестиком, мерной ложкой и ножом для нарезки ингредиентов. Наставник любил повторять, что в жизни всякое знание может пригодиться. Сегодня именно такой случай.

Замок тихо тренькнул, открываясь. Я потянула дверь на себя, готовая бежать при первом же подозрительном звуке изнутри, но все было тихо. Заглянув внутрь, увидела небольшую комнату, которая освещалась бледной керосинкой. В ее свете мирно спал, неуклюже повалившись на стол, широкоплечий бандит.

Мои собственные зелья на меня не действовали, так что я без опаски скользнула внутрь, закрыв за собой дверь. Осторожно подошла к спящему и повернула его голову к себе, чтобы стало лучше видно лицо. Лицо оказалось совершенно незнакомым. Зато на ногах мужчины я заметила сапоги из кожи крокодила. Он из банды Дойла, что ли? Его бандиты любят носить крокодилью шкуру. Этакий отличительный знак.

Убедившись, что мужчина не собирается просыпаться, я шагнула к дальней стене, туда, где на узком топчане лежало тело, с ног до головы завернутое в плащ. Присев рядом, отвернула край плаща и увидела лицо пленницы. Молодая, миловидная, светленькая. Да, идеальная игрушка для какого-нибудь