Сила его любви - Люси Монро

Позже они зашли в отмеченный звездой Мишлен ресторан азиатской кухни на набережной.

– О, я слышала удивительные вещи об этом месте, – сказала Дженна с одобрением. – Но как ты забронировал стол? Говорят, людям приходится заказывать место за несколько недель.

– Шеф‑повар – мой старый друг, – пренебрежительно ответил Дима, как будто в этом не было ничего особенного. – Он держит этот стол для своих гостей. – У тебя есть старые друзья? – поддразнила она. – Тебе едва исполнилось тридцать. – Мы служили вместе шесть лет назад. Он спас мне жизнь. В этот момент официант принес поднос с едой.

– Я доверяю выбор блюд шеф‑повару. Надеюсь, ты не против? – пояснил Дмитрий в ответ на удивленный взгляд Дженны.

– Нет, но я удивлена, что ты кому‑то уступил контроль.

– Я уступаю контроль людям, которым я доверяю.

Он бросил на нее еще один горячий, чисто взрослый взгляд. Тело Дженны дрожало от желания.

– Почему мы здесь? И почему… – Дженна не смогла закончить фразу, в ее голове перепутались мысли.

Дмитрий пожал плечами:

– Почему я смотрю на тебя так, как будто ты красивая женщина? Потому, что ты такая и есть. Почему я смотрю на тебя так, будто хочу тебя? Потому, что так и есть.

– Что? – Дженна украдкой огляделась, но никто не обращал на них никакого внимания. – Ты не можешь просто так говорить такие вещи.

– Почему нет?

– Потому что… – Дженна опять не смогла закончить фразу.

– Странно, что такой профессиональной журналистке, как ты, не хватает слов. Понимаешь, независимо от того, что сказал кто‑то из нас, слухи о том, что мы встречаемся, разлетятся к тому времени, как я вернусь домой сегодня вечером.

– Но мы не встречаемся!

– Надо это исправить. Не смотри так испуганно. Я знаю твое отвращение к тому, чтобы быть принцессой. Мы можем встречаться… – он сделал паузу, позволив их глазам встретиться, и удержал взгляд, пока сексуальное напряжение между ними нарастало, – и делать другие вещи, если мы захотим. Ты одна. У меня нет никаких обязательств такого рода. Я не настаиваю на свадьбе и не ожидаю каких‑либо долгосрочных обязательств.

– Потому что я не голубых кровей? – резко спросила Дженна.

– Потому что ты неоднократно давала понять, как мало у тебя желания быть настоящей частью королевской семьи, – спокойно пояснил Дмитрий.

– Да… Извини… Но твой отец очень хочет, чтобы ты женился. Это твой долг – продолжить королевский род.

– И я выполню свой долг… Когда сочту нужным.

Дженна рассмеялась:

– Я не думала, что это возможно, но ты, похоже, еще более упрям и высокомерен, чем твои старшие братья.

– Я бы назвал это уверенностью, но я не считаю высокомерие нежелательным проявлением характера. Для достижения своих целей нужна уверенность.

– Иногда для этого больше подходит терпение.

– У меня этого тоже предостаточно, – спокойно сказал Дмитрий.

Дженна издала сдавленный смех, и в ответ на него Дмитрий продолжил:

– Если ты сомневаешься во мне, спроси любого, с кем я служил. На войне требуется уметь ждать. Особенно в тех миссиях, на которые отправляли мою элитную команду.

– Меня всегда удивляло, что ты действительно участвовал в бою. Ни одному из твоих братьев не разрешили.

– Я самый младший, это мой долг.

Сама мысль об этом привела ее в ужас, но Дженна сделала все возможное, чтобы сохранить нейтральное выражение лица. Королевские семьи поступали по‑своему.

– Я не понимаю. Почему это было твоей обязанностью?

– Ни один из моих братьев не мог рисковать, служа в зоне боевых действий, но допустить, чтобы член нашей семьи не служил в действующем подразделении, когда мы отправляли солдат нашей армии в бой, было бы трусостью.

– А если бы было только два брата?

– Тогда Константин подождал бы с военной службой до тех пор, пока Николай не стал отцом своего первого ребенка.

– Но ты все еще служишь в армии, не так ли?

Что‑то серьезное мелькнуло в его серых глазах.

– Да, я последовал традиции и сохранил офицерскую должность в вооруженных силах нашей страны. Когда мой отец, наконец, уйдет в отставку с поста генерала, я стану его преемником.

– Не Николай? – спросила Дженна.

– Традиционно это была роль младшего сына, но мой отец был единственным ребенком.

– Вот как… – Лучшая подруга Дженны была замужем за королем Мирруса почти десятилетие, но Дженна все еще многого не знала о королевской семье.

– Похоже, члены королевской семьи должны оправдывать множество невидимых ожиданий. Ты же понимаешь, что это средневековье – власть, основанная исключительно на обстоятельствах твоего рождения. Почему твой брат, который кажется очень прогрессивным, не установил конституционную монархию?

– Мой отец подумывал об этом. Это было еще до моего рождения. Я не принимал никакого участия в обсуждении этого решения.

– Почему он не довел дело до конца?

– В конце концов его советники решили, что потенциал нестабильности для Мирруса был слишком велик. Миррус – это не диктатура. Мой брат заседает в суде, выслушивая наших граждан и их проблемы в течение целого дня каждую неделю. Кроме того, в отличие от диктатуры, наши граждане имеют возможность эмигрировать, когда пожелают, а благодаря нашим дипломатическим связям с другими странами у них есть хорошие варианты обосноваться.

– Это все равно не то же самое, что демократия.