Рождественский пирог - Лора Локингтон

— Что?

— Ничего. Просто я хочу, чтобы ты поехала со мной.

Поерзав в кресле, я вынуждена была признать, что мои планы на Рождество и правда не отличались грандиозностью, но именно этого я и хотела, именно так я привыкла встречать праздники, и почему бы Дэйви самому не отвезти Джики.

— Потому что завтра я уматываю в своем шикарном двухместном авто и оставляю вас с Троллем (такое жутковатое прозвище Дэйви дал нашей временной помощнице) во главе моей империи, пока я буду вместе с родителями развешивать гирлянды, протирать стаканы и заниматься прочими приготовлениями к рождественским игрищам.

— К чему?!

— Ну, это одна из наших старых семейных традиций, — величественно взмахнул он рукой, подразумевая, что у всякой семьи есть свои собственные обычаи и это, мол, долго объяснять.

Предложение звучало заманчиво, но стоит ли его принимать? Не только родители Дэйви были «весьма эксцентричны», как он сам выражался (из уст человека, которого даже с большой натяжкой нельзя причислить к нормальным людям, это звучало очень смешно), в «Аббатство» собирались приехать еще его чокнутая сестрица и парижский братец со своей американской подружкой. Прибавьте к этому нескольких друзей семейства, тоже, скорее всего, абсолютно сумасшедших.

— Дэйви, ты приглашаешь меня из жалости? — в упор спросила я.

Его голубые глаза округлились от удивления.

— Господи, конечно нет! Слушай, Поппи, ты сама-то понимаешь, что с тобой чертовски приятно? — Потеребив манжету, он честно добавил: — По крайней мере, когда ты не дергаешься по поводу всякой ерунды. И меня действительно беспокоит, что ты никуда не ходишь и ни с кем не общаешься.

Я вздохнула. Он прав. Не знаю, как и когда моя жизнь стала такой унылой. Просто однажды я оглянулась и увидела, что меня окружает. Не то чтобы все плохо, но и не замечательно. Крошечная квартирка в Лондоне, работа с мизерной зарплатой, друзей почти нет, мужчин тем более, в гардеробе — одно старье. Боже правый. Пожалуй, мне пора взять себя в руки. Пора действовать. Проблема только в том, что для того чтобы действовать, нужно… действовать. А мне намного приятнее мечтать. Хорошая книжка, хороший фильм, Дэйви, с которым можно поболтать на работе. А что еще? Я вздохнула. С такими размышлениями далеко не уедешь. И вот у меня появился шанс провести Рождество с чокнутыми богачами, в доме, где все возможно. Ну же, соглашайся, понукала я себя.

— И потом, — заметил Дэйви, — ты ведь мой близкий друг, понимаешь? И мне бы хотелось познакомить тебя с моими родными.

Я даже немного смутилась: не в правилах Дэйви разбрасываться комплиментами. Какой он все-таки милый, недаром одинокими темными ночами я размышляла, как сложились бы наши отношения, не будь Дэйви геем.

— К тому же ты должна отвезти Джики в его новый дом, — продолжал он, доставая карманные часы.

Просто удивительно, почему у Дэйви нет постоянного партнера. Мы часто обсуждали эту тему на работе за чаем (который пили, конечно же, из старинного костяного фарфора), но так и не нашли убедительного объяснения. Возможно, проблема заключалась в том, что Дэйви ужасно старомоден. Он получил хорошее образование, у него стабильный доход, и образ жизни он ведет довольно аристократический. Лишь однажды, по его собственному признанию, он позволил себе немножко «пораспутничать» — во время поездки в Таиланд.

— Но если ты можешь позволить себе это за границей, то почему не можешь здесь? — с недоумением спросила тогда я.

Он возвел глаза к потолку:

— Поппи, в том-то и дело, что, когда ты за границей, все это не считается, неужели ты не знаешь?

В ответ я резонно заметила, что мое пребывание за границей сводится к двум турпоездкам на Средиземное море, которые обернулись полным кошмаром. В первый раз я схлопотала жуткий солнечный ожог, а во второй не менее жутко отравилась креветками.

Дэйви побарабанил пальцами по столу и снова предложил мне поехать с ним, великодушно добавив:

— Я даже оплачу тебе билет на поезд.

Придется, желчно подумала я, при моей-то зарплате. Как и большинство богатых людей, в чем-то Дэйви был неприлично скуповат, а в чем-то — чрезвычайно щедр. Однажды я попросила его сходить в магазин и купить чай в пакетиках. Он вернулся до глубины души потрясенный их дороговизной, но потом, не задумываясь, потратил пятьдесят фунтов на букет цветов.

— Ну же, Поппи. Тебе там понравится, обещаю. Я прослежу, чтобы тебя не поселили в комнату с привидениями, и потом, честно говоря, мне грустно думать, что ты проведешь Рождество одна. Итак, что скажешь?

Увидев испуг на моем лице, он рассмеялся:

— Насчет комнаты с привидениями я пошутил. В «Аббатстве», к сожалению, нет привидений, если, конечно, не считать мою сестрицу.

Я рассеянно погладила Джики сквозь прутья корзинки. Он тут же схватил меня за палец своей черной ручонкой и стал тереться об него головой. Чего я боюсь? Ну, если не считать перспективы знакомства с семьей Дэйви, то ничего. Но от одного этого у меня перехватывало горло от ужаса. Я до смерти боялась знакомиться с людьми. Все эти пустые разговоры при первой встрече… И не то чтобы я чересчур застенчива или в нежном детском возрасте со мной приключилось нечто кошмарное…

Думаю, таких, как я, на свете не так уж мало. Несколько столетий назад меня бы причислили к приходским святошам — старым девам, что проводят время дома, занимаясь садоводством, или в церковном приходе, готовя бесплатные обеды для бедняков.

Конечно, в наше время в обществе нет места таким странным и эксцентричным существам, как незамужние женщины. Безусловно, это простительно, если ты живешь только ради работы или если ты убежденная лесбиянка. Но гетеросексуальная, в меру привлекательная женщина, добровольно отказывающаяся от постоянных отношений с мужчиной, обречена стать жертвой гнусных сплетен. Что с ней? Может, в молодости кто-то разбил ей сердце? Или у нее тайный роман с женатым мужиком? Может, она не совсем нормальная? Подружившись с Дэйви, мы создали клуб «нормальных, хоть и неженатых людей» и восстали против общественного мнения, воспринимавшего нам подобных как ошибку природы.

— Поппи…

— Ой, извини, я опять задумалась. Как по-твоему, люди не считают меня монашкой или отшельницей?

— Что?

— Неважно. Забудь. А то ты на весь вечер заведешь шарманку.

— Слушай, мне вот что в голову пришло. Я тебя там сведу с каким-нибудь симпатичным корнуоллским рыбаком. Да не смотри ты так,