Тэсса на краю земли - Тата Алатова

— Этот… этот… тип… — выпалила Фанни и упала на диван. — Тэсса, я как будто была под гипнозом! Клянусь, мой рот словно жил сам по себе. О, детка, заткнись, кричал мозг, а язык просто молол без остановки. Я ему все как на духу выложила!

— Ты не принесла завтрак? — огорчилась Тэсса.

Каждое утро Фанни появлялась с сияющей улыбкой на ярко накрашенных губах и чем-нибудь съедобным. Это могли быть тосты, или овсянка, или яйца всмятку, или оладьи…

Вот черт.

Тэсса сглотнула.

— Новый постоялец! — завопила Фанни и замолчала, потому что дверь хлопнула снова.

Фрэнк Райт вошел в кабинет и замер посредине, разглядывая потрясенную Фанни, диван с горой подушечек, фарфоровую горку, лазоревые занавески, иранский ковер и сонную Тэссу за компьютером — гнездо на голове, старенькая майка, невыразительные глаза неопределенного грязно-серого цвета, выдающийся нос и летние веснушки на голых плечах.

— Эм, — несколько озадаченно произнес Райт, — как мне найти полицейское управление? Здесь же есть полиция… или что-то вроде.

Все бывшие заключенные избегали общения с полицией как огня, но этот был из другого теста.

— Присаживайтесь, — вежливо указала на стул перед собой Тэсса и закрыла программу, а потом ткнула пальцем в табличку на столе: — Видите? Вы прямо посреди полицейского участка.

— Шериф деревни Нью-Ньюлин Т. Тарлтон, — прочитал Фрэнк Райт едва не по слогам и нахмурился. — Мы что, на Диком Западе?

Он был высок и широкоплеч, и Тэссу раздражало, что приходилось задирать голову, разговаривая с ним.

— Не нависайте надо мной, — рявкнула она, — сядьте уже наконец.

Он моргнул и неожиданно послушался.

— Официально я констебль поселения Нью-Ньюлин и числюсь при департаменте полиции и преступности Западного Корнуолла, — пояснила Тэсса неохотно.

Должность констебля казалась унизительной, но ей все еще нравилось состоять на службе. Такое становится образом жизни.

— Я хочу написать заявление, — заявил Райт.

— Да неужели? — развеселилась Тэсса. — Вы приехали меньше часа назад и уже столкнулись с разгулом преступности в Нью-Ньюлине? Это просто невероятно.

— Смотритель местного кладбища превышает свои полномочия.

Тэсса посмотрела на Фанни за его спиной. Та пыталась дышать медленно, но приступ неумолимо надвигался. Вот черт.

Где-то среди ее далеких предков затерялся один баньши, и в минуты паники из Фанни (а боялась она примерно всего на свете) исторгался такой жуткий вопль, что содрогался не только Нью-Ньюлин, но и аэродром Лендс-Энд.

Именно по этой причине Фанни покинула Лондон, где безуспешно пыталась построить карьеру исполнительницы экзотических танцев, и спряталась от стрессов в крохотной деревушке.

— В гостинице для скорбящих родственников и близких живет совершенно посторонний человек, — гнул свою линию Райт, — это административное нарушение.

Сантехник, убийца и сутяжник. Какое очаровательное сочетание.

— Пишите свое заявление, — бросила Тэсса, вручила Райту листок бумаги и вскочила на ноги. Она стянула с кресла голубой плед и накинула его на голову Фанни, обняла ее изо всех сил и твердо заверила: — Все хорошо. Тебе совершенно ничего не грозит.

Райт таращился на них во все глаза.

Продолжая держать Фанни в руках, Тэсса подняла ее с дивана и повела в сторону бывшей кладовки, которую они в подобных случаях использовали как тихую комнату.

На самый крайний случай там была хотя бы звукоизоляция.

Не то чтобы она спасала, но немного смягчала звуковую волну, после которой жители Нью-Ньюлина страдали бессонницей и головными болями.

— Ты в безопасности, — уверенно говорила Тэсса, — я обо всем позабочусь. Ты же мне веришь?

В тихой комнате она устроила Фанни в специальном кресле, которое тут же упруго обволокло ее тело, и шепнула на ухо:

— Это всего лишь мелкий жалобщик. В крайнем случае я просто отрублю ему голову и сброшу тело в море.

Из-под голубого пледа раздался то ли всхлип, то ли смешок.

— Оставайся здесь, пока тебе не станет лучше, — попросила Тэсса и плотно закрыла за собой тяжелую дверь.

— У меня вопрос, — произнес Райт, корпя над своим заявлением.

У кого бы их после такого представления не было. Тэсса уже собралась объяснять про некоторые генетические затруднения Фанни, но Райт спросил о другом:

— Ради всего святого — почему этот юноша надел женское платье?

Семь лет в тюрьме, терпеливо напомнила себе Тэсса. За это время забудешь не только анатомию, но и хорошие манеры.

— Разумеется, это женщина, — спокойно ответила она, — которая борется за свои мечты изо всех сил.

И она показала ему коробку с надписью «Сбор денег на грудь для Фанни».

Больше всего на свете та мечтала избавиться от набивных лифчиков: плоская грудь оскорбляла ее даже больше, чем кривые ноги.

Что же, у каждого свои устремления.

К чести Райта, он не позволил себе никаких скабрезных замечаний, только молча покачал головой и снова погрузился в свою писанину.

Тэсса ждала, пока он закончит, легко покачиваясь в кресле и взирая на потолок.

Когда заявление было готово, она приняла его из рук Райта и внимательно прочитала.

— Прекрасно изложено, Фрэнк, — одобрила она, — весьма убедительно.

— Я только что заявил вам на вас, — отметил он с удовлетворением.

— Полагаю, это юридический казус, — хмыкнула Тэсса. — Но мы его легко решим. Я просто оштрафую сама себя, — и она быстро заполнила квитанцию, положив ее перед Райтом. — И немедленно оплачу этот штраф, — к квитанции присоединился подписанный чек.

Ее собеседник некоторое время молча взирал на обе бумажки. Казалось, он что-то решал для себя.

— Я хочу видеть главу этой дыры, — наконец изрек он. — Старосту или как его.

— Конечно, — широко улыбнулась ему Тэсса и перевернула табличку.

«Мэр деревни Нью-Ньюлин Т. Тарлтон» — было написано там.

Брови Райта поползли вверх.

— Мэр? — переспросил он.

— Так написано на этой табличке.

— Есть ли тут хоть какие-то должности, которые вы не занимаете?

— Вы познали все мои грани, Фрэнк.

— Сомневаюсь, — процедил он и еще раз посмотрел на табличку. — Тарлтон. Тэсса Тарлтон, — он прокатал ее имя на языке медленно и очень задумчиво.

— Я рада, что вы запомнили, как меня зовут.

— Та самая Тэсса Тарлтон?

Она могла бы ему солгать — сил противостоять его взгляду хватило бы.

Но Райту понадобилось бы всего нескольких минут, чтобы загуглить ее.

— Полагаю, что да, — просто ответила Тэсса.

— Инквизитор Тэсса Тарлтон?

— Инквизитор на пенсии. Мы, как балерины, рано уходим на покой.

Райт откинулся на спинку стула, с интересом уставившись на Тэссу. Казалось, будто он увидел ее впервые.

— Мало