Per Tempus - Guzel Muslim

— Неважно, словил пару неудов по математике и истории. А у тебя как в колледже?

— Нормально, если не считать того, что мне грозит отчисление.

— Они не могут тебя отчислить, не должны. Ты ведь умная и способная.

— Какой в этом толк, когда ты бедная? — грустно вздохнула я.

— Хочешь я пойду к директору твоего колледжа и уговорю его оставить тебя? — с энтузиазмом предложил Макс.

— И что же ты ему скажешь? — улыбнулась я.

— Ну придумаю что-нибудь. Или скажу, как есть, что если они отчислят тебя, то страна потеряет лучшего специалиста.

— Вряд ли директор прислушается к ребёнку, но спасибо за добрые слова, Максик. — потрепала я парнишку по макушке.

— Не называй меня так. И вообще я уже не ребёнок. — проворчал Макс.

— Хорошо, хорошо, крутой пацан. — усмехнулась я. — Но лучше бы тебе подтянуть свои оценки, а не думать о моих проблемах. Это моя забота.

— Мне не всё равно, ты ведь моя подруга. А настоящие друзья всегда заботятся друг о друге, разве нет? — с вразумительной серьёзностью спросил мальчик.

— Да, так и есть. — ответила я, с мягкой улыбкой посмотрев на Макса.

Мы ещё немного поболтали о всяких пустяках, пока моему маленькому другу не пришло время идти за сестрой, а потом в школу.

— Удачи, Анита. У тебя всё получится. Ты классная. — Сказал Макс на прощание.

— Правда? — шутливо спросила я.

Мальчишка покраснел до кончиков ушей, пробурчал что-то себе под нос и быстро поспешил прочь.

Сегодня занятия закончились ещё до обеда. Моя смена в кафе начиналась только через три часа, и я решила провести оставшееся время в библиотеке, чтобы подтянуть свои знания по отстающим предметам. С библиотекарем, пожилой и приятной женщиной, я была в хороших отношениях. Миссис Андерсон даже угостила меня чаем и печеньем (видимо мои тёмные круги под глазами и голодный взгляд вызвали в ней жалость). Она спросила почему я всегда хожу одна и где мои друзья, при этом тактично умолчав о моём потрёпанном внешнем виде. Я ответила, что предпочитаю одиночество. Это в принципе было истиной, но в редких случаях так хотелось иногда оказаться среди шумной и весёлой компании и почувствовать себя живым, счастливым человеком. Да и некогда мне заводить дружбу со сверстниками, свободного времени как кот наплакал: днём учёба, вечером работа.

Я устало плелась домой в первом часу ночи. Рабочая смена в пятничный вечер была ужасно долгой и утомительной. Хорошо хотя бы чаевые сегодня были щедрыми. Едва войдя в дом, я сразу почувствовала нечто неправильно странное: полная тишина, запах гари и давящая атмосфера опасности. Липкий страх пробежал по спине. Я оставила входную дверь приоткрытой и осторожными шагами пошла по коридору. В гостиной было темно. За дверью моей спальни горел слабый свет. Я открыла её и оцепенела.

Отец сидел на моей кровати, вокруг валялись мои обгоревшие книги, тетради и порванная в клочья одежда. Джим смотрел на меня красными от ярости глазами, а в руке у него был сжат мой старый школьный пиджак.

Ужас наполнил моё тело. Пропала моя учёба. Пропала я.

2.

Всем известно книжное выражение «земля уходит из-под ног», описывающее ощущение падения в пропасть обречённости, беспомощности и непоправимости. Это ощущение сейчас наотмашь врезалось во все моё существо.

— Что ты наделал!? — воскликнула я. Паническая мысль о том, что отец обнаружил мои спрятанные деньги была сильнее страха перед ним. Я необдуманно кинулась вперёд и вырвала пиджак из его рук. Потайной карман был пуст.

Нет, нет, нет, только не это. Живот скрутил тугой узел отчаяния. Ну почему я была такой безответственной и не положила их на счёт в банке!?

— Где они? — прошептала я.

Джим медленно встал и в следующую секунду мою щёку пронзила жгучая боль. Пощёчина была такой силы, что я шатнулась в сторону, едва удержавшись на ногах. Глаза защипало от слёз.

— Маленькая дрянь. — выплюнул оскорбление отец. — И давно ты прячешь от меня деньги?

— Они на оплату учёбы. Пожалуйста верни их. — попросила я, понимая, что эта просьба лишь пустой звук, что всё пропало безвозвратно.

Щека горела огнём. Я попятилась назад, зная, что новый удар не заставит себя долго ждать.

— Конечно, верну. — зло усмехнулся Джим и этот смех не предвещал ничего хорошего. — Сначала только преподам небольшой урок о том, как плохо прятать деньги от родного отца.

Он стремительно приблизился ко мне, я кинулась в коридор, но не успела убежать. Моя голова взорвалась от боли, когда отец нещадно схватил меня за волосы и потянул их на себя. Мой крик пронзил ночную тишину дома. Я попыталась вырваться, чувствуя, как волосяные луковицы клочками отделяются от кожи. Тогда Джим со всей силы ударил меня об стену. Правую часть тела прожгла новая мучительная боль.

— Не надо… Хватит… — задыхаясь, умоляла я.

Только бы не упасть, только бы удержаться на ногах.

— Я выбью из тебя всю дурь. Вздумала обхитрить меня? Возомнила себя самой умной? Сейчас посмотрим, кто тут самый башковитый. — некогда родной голос превратился в голос безумного изверга.

Отец обхватил меня за шею и вытолкнул в прихожую. Я брыкалась как могла, не намереваясь так просто сдаваться. Умудрилась схватить какой-то предмет и треснула им по руке Джима.

— Сука! — мощный удар в живот выбил из меня весь дух.

Нестерпимая боль парализовала всё тело. Я судорожно хватала воздух ртом, оседая на пол. Не успела я прийти в себя, как отец взял меня за ворот куртки и поволок по ковру. Ноги слабо сопротивлялись.

— Опусти меня, пожалуйста. — еле слышно проговорила я.

Джим прислонил меня к стене и навис надо мной. Сквозь пелену боли я видела его налитые ненавистью глаза и лицо монстра. Сердце сковал безотчётный ужас, почти животный страх. Но я должна бороться. Должна.

— Где ещё ты прячешь бабки? Отвечай! — он грубо встряхнул меня. Затылок жёстко коснулся твёрдой поверхности.

— Нигде больше нет! — вскрикнула я, превозмогая болезненные ощущения в голове.

— Не ври!

— Клянусь!

Кулак полетел к моему лицу, я едва успела поднять руку. Удар пришёлся в ухо, которое зазвенело невыносимой болью. Крик вырвался из моего горла и в тот же миг всё моё существо охватили злость на безысходность и отчаянная решимость. Адреналин побежал по венам. Я стала яростно пинаться и извиваться, махая руками, будто мелкая пташка против хищного зверя. Каким-то образом мне удалость отползти подальше и практически встать, но ладонь отца обхватила мою щиколотку и резко потянула обратно. Я упала, нос разбился в кровь от столкновения с полом. Я попыталась