Сложный выбор - Михаил Викторович Черкасов

Правда потом мужчина вспомнил, сколько он заплати за документы, и решил что за ту сумму он бы тоже выдал права своей Насте, даже если бы она путала педаль газа с тормозом. Но зачем он повёлся и купил ей БМВ красного цвета он не знает. Как всегда, наобещала чего-то очень сексуального и обманула. А ведь такую машину будет сложно кому-то продать, и Настя явно задумала подарить ее маме, когда новая модель выйдет. Посмеявшись про себя над женскими хитростями, Николай пошёл накачивать колесо.

— Готово, — крикнул он жене, сидящей за рулём автомобиля.

Настя, помахав ему ручкой из открытого окна, тут же укатила, и он остался один в доме.

Наконец можно немного расслабиться и заняться своими делами. Включив компьютер, Николай погрузился в работу.

Часть 5

Звонок в дверь заставил Николая оторваться от дел. Он прошёл в прихожую и увидел за стеклянной дверью Асю, ту привлекательную подружку дочери, с которой он танцевал на вечеринке. Поверх чёрного платья в горошек на девушке сидела кожаная куртка, образ дополняла элегантная дизайнерская сумочка. Ася улыбалась и ждала, пока он откроет дверь.

Николай колебался лишь несколько мгновений, потом повернул дверную ручку и, поздоровавшись, впустил юную красавицу в дом. По правде сказать, она могла бы зайти и сама. Николай не помнил, когда в последний раз закрывал дверь на замок. В их посёлке люди о таких вещах не задумывались. Все друг друга знают, и доверяют друг другу.

— Дядь Коль, здрасьте, я к Лизе, ― сказала Ася.

— К Лизе… ― повторил Николай. ― Она… ― Ему почему-то не хотелось говорить ей сразу, что дочка уехала в город. ― Она не дома, но должна скоро вернуться. ― Николай понимал, что враньё откроется, стоит только Асе позвонить Лизе, но продолжил: ― Можешь подождать её здесь.

— Хорошо.

— Я, кстати, сок выжимаю, ― сказал он. ― Хочешь?

— Апельсиновый?

Николай кивнул и отметил про себя: Ася была невероятно хороша собой. Стройная, с чарующими изгибами ― смотришь, и глаз радуется.

— Апельсиновый буду, спасибо.

Николай выжимал сок и краем глаза посматривал на девушку — это не запрещено, да и удержаться было уж очень сложно. Он любовался Асей. Она казалась ему совершенством. Неиспорченная, искренняя. Ему нравилось, как Ася держит осанку, как заразительно и мило смеётся, как смотрит на него ― одновременно невинно и с неподдельным интересом. Николая сводил с ума вид её коленей, молочно-белых и до безумия нежных, которые она, ничуть не стыдясь, немного разводила в стороны.

В голове роем пчел начали жужжать странные мысли: может она пришла не случайно? Может специально поджидала момент, пока в доме никого не останется, и пришла именно к нему, потому что симпатия, возникшая еще на вечеринке, взаимна? Ведь вчера Ася так кокетливо ему улыбалась — может она мечтает поближе познакомиться с ним?

Николай продолжал бороться с откровенными мыслями: все же девушка годилась ему в дочери, и более того, была близкой подругой его Лизы. Но все же, Ася не была его дочерью — формально эта была красивая, совершеннолетняя девушка, с которым у них не было каких-либо родственных связей. Николай решил, что ничего страшного не случится, если они продолжат разговор, тем более, что Ася его активно поддерживала.

И чем больше они говорили, чем больше тем затрагивали, тем больше Николай убеждался в том, что девочка с ним флиртует. Ася пристально смотрела в глаза, улыбалась, смеялась. Когда она хмурила брови, Николай находил невообразимо милой морщинку на её переносице. Ему хотелось коснуться руками Асиного прекрасного лица, погладить по щеке, по шее, вдохнуть запах её волос и тела.

Николай всё больше и больше возбуждался, тогда как Ася об этом даже не догадывалась. Обсудив общих знакомых и вчерашнюю вечеринку, они стали переходить на разговоры с вполне очевидным для Николая подтекстом:

— Ты вчера выглядела роскошно в своем платье, впрочем, и сегодня ничем не хуже — Николай отвесил девушке уже тысячный комплимент за этот недолгий разговор.

— Ой, спасибо большое, — девушка не думала смущаться даже для приличия — жаль только, что оно с открытой спиной, и был виден след от купальника после загара.

— Ну ведь загорать можно по-разному, чтобы следов совсем не оставалось — еще немного, и Николай, вероятно, начал бы капать слюной в свой стакан с соком.

Они говорили еще, темы и намеки были все горячее, что окончательно выбило Николая из настоящего момента и лишило какой-либо трезвости ума. Он помнил, что в какой-то момент будто бы уловил от Аси сигнал: «Я тебя хочу». Дальше всё произошло слишком быстро. Он прижал её к себе, поцеловал в губы, его руки принялись исследовать её гибкое тело. Потом Николай перевернул Асю на живот, задрал юбку и буквально вдавил в диван.

Инстинкты полностью завладели им. Он не контролировал себя и просто получал удовольствие.

Когда всё закончилось, Николай вдруг обнаружил, что Ася ревёт и пытается вырваться из его крепких рук.

Осознание происходящего пришло внезапно, на Николая словно вылили ведро с ледяной водой. Неужели он её… Он её…

Боже!

Ужас случившегося тяжёлым валуном навалился на мужчину, и он застыл, словно статуя. Он сидел неподвижно, не отпуская руку пытавшейся вырваться на свободу Аси.

Внутри него бушевал ураган мыслей.

Что же я наделал? Как мог? Как посмел? Она же подруга моей дочери, она живёт по соседству, она всем расскажет. Расскажет, как я её… как я…

Моя жизнь разрушена. Меня ждёт тюрьма, позор, ненависть соседей. И не только меня, всю мою семью. От Насти с Лизой все отвернутся. Что же мне делать?

— Отпустите! ― взмолилась Ася. ― Прошу!

— Тихо, тихо ― сказал он.

— Умоляю! Отпустите!

В следующий миг Николай ударил её по затылку крепко сжатым кулаком, как молотом. Она без чувств повалилась на пол, и только тогда он сообразил, что сделал.

— Чёрт-чёрт-чёрт! ― Он отпустил её руку и бешено зашарил глазами по гостиной будто в поисках чего-то, вероятно, решения проблемы. Причём немедленного. Потом он вскочил, поднял девушку и пока она была без сознания, перенес в тайную комнату в подвале. Крепко привязав её к стальной трубе и убедившись, что Ася жива и не сможет выбраться, закрыл за собой дверь и вернулся в дом.

Часть 6

Следующие часы Николай провел в страшных мучениях и угрызениях совести, не находя себе