Танго с чужой невестой - Любовь Вакина

Он поднялся и стал расстёгивать мундир.

– Сядь, – велел я ему, – два дня только прошло с прошлого раза, а мне на неделю всегда хватает. Подумаешь, не удержался и слегка украсил твой подоконник.

Арчи кинул камзол на спинку кресла, оставшись в одной серебристой рубашке в тон собственной серо-белой копне волос, достававшей ерх-сыскарю до пояса.

– Себ, а ты успел обновить заклинание, контролирующее появление детей у моих ребят? – Ерх-сыскарь откинулся на спинку кресла, заложив руки за голову, и опасливо добавил: – Или мне надо начинать готовиться к штурму управления сыска будущими мамами?

– Да ладно тебе, дети – это же счастье. Дашь дополнительный отпуск ребятам, и всего-то делов, – ответил я, пряча улыбку. Мой друг был яростным сторонником холостой жизни и считал, что мысли сыскаря должны быть заняты исключительно работой, а не семейными делами.

– Значит, успел. Хорошо, – сделал он вывод, отследив мою реакцию. Проницательный гад, белка-оборотень пушистый.

Я слегка качнул головой, признавая, что он угадал.

– Да, успел. Но опять всё делал в последний момент, в полусонном, уставшем состоянии. – Я стянул с хвоста резинку и стал массировать голову. Последствия активной магической работы сказывались на самочувствии, но способ исцеления был настолько неприятным, что я предпочитал терпеть, на сколько хватало сил. Особенность непосредственно моей магии была в том, что энергия производилась с избытком. С каждым применением она аккумулировалась в моём магическом резерве, грозя уничтожить меня самого.

– Арчи, понимаешь, это сильнее меня – откладывать дела на потом. Это как будто я доезжаю в карете до развилки и вместо того, чтобы выбрать надёжную и прямую дорогу, приказываю свернуть на кривую и заболоченную. Есть какая-то особая прелесть в том, чтобы выталкивать карету из канав, утопая по колено в грязи. И не то, чтобы нужно было чувствовать себя героем, нет. Этого мне и так выше крыши. Мне нравится сам момент преодоления трудностей.

Я почувствовал, что вновь теряю контроль над эмоциями, и магия полилась на вазу с цветами. В мгновение я превратил её в кадку длиной во весь подоконник, из которой показались плетущиеся розы, которые быстро стали заполнять своими растущими прямо на глазах стеблями весь кабинет ерх-сыскаря.

Арчи покрыл благоухающие розы отборными ругательствами, одновременно со мной вскакивая на ноги.

– Всё-таки придётся переливать магию, пока я весь дворец в цветочную оранжерею не превратил.

Я щёлкнул пальцами, наполняя кабинет звуками адилийского танго с чётким ритмом. Фигуру Арчи окутало серебристой дымкой, и скоро передо мной стоял оборотень-белка в частичной трансформации: в магически изменённой одежде, с ушами и хвостом. Арчи пользовался своим беличьим хвостом для баланса в танго. Он категорически не хотел учиться танцевать, считая, что это не для него. А для того, чтобы помочь мне, его навыков хватало. Я встал в танго-позицию и принялся переносить вес с ноги на ногу, ожидая, что друг будет синхронно делать то же самое. Это получилось далеко не сразу, но когда Арчи понял, что я от него хочу, то пошёл за мной на танго-шаги вперед.

Чем лучше маги синхронизируют свои движения, тем быстрее произойдёт передача магии. Мне нужно было заставить друга слушать ведение, ведь только тогда моя избыточная магия перетечёт в его резерв.

Складывалось ощущение, что я пытаюсь заставить двигаться каменную статую, потому что Арчи был жутко неповоротливым и всё время терял баланс. Как наследник древнего аристократического рода, я с детства учился адилийскому танго и оттого прекрасно понимал, как надо танцевать, и как получается у меня с Арчи. Если бы ведущим был друг, то наше танго не смотрелось бы насколько смешно и неуклюже, но он совсем не знал движений.

– Не отвлекайся и не угадывай, куда я тебя веду! Мы так только растягиваем мучения! – прикрикнул я на Арчи, который норовил утащить меня в поворот, хотя я вёл его на совсем другую фигуру.

– Без проблем, – откликнулся он, и тут же начал обходить меня по кругу, хотя я хотел, чтобы он пошёл назад.

– Ну не торопись ты! – снова воззвал к его разумности я, но тщетно – друга снова повело не туда, куда я открывал ему пространство. Я выругался сквозь зубы и проворчал: – Да фиг с тобой. Не хочешь идти туда, куда я веду, пойдём туда, куда тебя понесло.

– Себ, честное слово, мне проще тебя убить, – простонал Арчи в ответ, – я спрячу улики так, что ни одна собака не откопает.

– Всё! – объявил я, когда ощутил, что снова могу себя контролировать.

Арчи выпустил мою руку и попятился, нащупывая кресло, а затем рухнул в него, как подкошенный.

– Ты как? – поинтересовался у друга. – Принести зелье, восстанавливающее силы?

– Да, – едва слышно выдохнул Арчи.

Достав из его запасников нужный пузырёк и щедро плеснув зелёной жидкости в чайную чашку, я протянул её обессиленно полулежащему в кресле ерх-сыскарю.

Выпив всё до капли, тот сел ровнее.

– Себ, тебе надо прекращать магичить. Каждое новое колдовство аккумулирует всё больше и больше магии, которую ты не в состоянии удержать. Ты слишком раскачал свою силу и превращаешься в чудовище.

– Это ты из-за моего неконтролируемого украшения розами?

Арчи кивнул.

Надо же было вспомнить детские сказки!

Я взглянул на розы и представил, как они возвращаются ко мне в виде силы. Не успел моргнуть, как весь цветник исчез, повинуясь моему колдовству.

– Спасибо, что убрал всё это растительное безобразие. Даже боюсь представить, какие слухи пойдут по дворцу, если узнают, что сначала ты задарил розами, а потом танцевал со мной адилийское танго.

Мы оба замолчали. Раньше я мог потанцевать со слабенькой магессой, и она не чувствовала слабости. Почти. Я и сам не заметил, как раскачал свой резерв до такой степени, что даже сильные магини стали чувствовать слабость и потеряли желание обмениваться со мной магией. Выходом оказался сброс магии в резерв Арчи, но теперь и он начал уставать. Вот если бы я сливал ему магию некромантии, то никакого дискомфорта не причинял бы.

– Хорошо, я буду использовать магию как можно меньше, – пообещал я другу.

Тот уже выглядел значительно лучше.

– Да кому ты рассказываешь, – махнул он на меня рукой, – всё равно будешь вливать силы в артефактные камни, чтобы всем лечебницам можно было бесплатно оказывать помощь. Вот в этом, я считаю, и есть твоя