Отработка в Брошенном лесу, или Как не влюбиться в своего мужа - Ольга Корк

— Запомни, Яра, пока ты не будешь уверена, что мужчина отдал тебе свое сердце, не спеши дарить ему свое. Иначе может быть очень больно. Я вижу, как ты смотришь на мужа. Что ты уже немного потеряла от него голову. Не повторяй моих ошибок, подруга… Любовь того не стоит.

— Кого? Мужа? Ахахах, Гера, да ты с ума сошла. У меня даже парня нет! — Яра быстро сбежала вниз по широким ступеням.

— Ты потеряла очень много сил, Яруш, поэтому и слабость, и память нарушена. Еще немного и будет поздно. Тебе пора возвращаться, дорогая.

— Постой, куда возвращаться? Гера, о чем ты?

— К нему, — дриада подошла и крепко обняла подругу, — он тебя очень ждет. Только обещай мне не повторять мою ошибку. Не торопись растворяться в нем, Ярослава Земляничная с Земли. Будь осторожна.

— Гера, да что за бред, куда я должна идти? Кто меня ждет?

— Тот, чьи прикосновения ты чувствуешь. Дан… Иди, Яра, тебе уже пора. Иди!

Последнее слово Гера крикнула злым голосом и оттолкнула от себя подругу. Яра, не удержавшись на ногах, начала падать спиной на мощеную площадь перед крыльцом. Взвизгнув, девушка зажмурилась и ждала, когда спина неприлично близко познакомится с каждым камнем, по которым ходило бессчетное количество студентов. Но вместо этого она все падала, и падала, и падала, пока сквозь веки не увидела свет. Медленно раскрыв глаза, Яра, проморгавшись, увидела над собой чистое голубое небо, крону такого знакомого дерева, что росло в лесу рядом с их с Даном домиком, а главное, она увидела Беллу. Та сидела у нее на груди и как только заметила, что девушка распахнула глаза, подбоченившись, спросила:

— Ну што? Пришла в шебя? Эгоиштка! Школько мошно тебя штать? Мне, мешту прочим, иш-ша тебя шуб не лечили! Во…

И она широко улыбнулась, демонстрируя отсутствие правого резца.

— Виишь? Пошор!

— Белла, а ты, оказывается, очень тяжелая, — тихим голосом, превозмогая желание заснуть, прошептала Яра.

— Нахалка! — взвилась белка и, спрыгнув на землю, заверещала:

— Да-ну-шка! Шави джиннов, эта нахалка наконец-то ошнулась! Давайте лешить мне шуб!

__________

— Изя-я, что это было? — автор, поперхнувшись от возмущения воздухом, перечитала первую главу и повернулась к самодовольному чертенку.

— Как это что? Ярка наша без сознания по лабиринтам памяти гуляла, с подруженцией своей общалась.

— Общалась, ага… — автор почесала кончик носа и, прищурившись, уточнила: — А остальные что в это время делали? Тебе не кажется, что такое начало читателей может запутать?

— Вот еще! Читатели это тебе не это! Они умненькие и догадливые, а про Дана и всех остальных мы обязательно расскажем дальше. Вот!

— Мы? Мы расскажем? — удивленно выгнула брови.

— Ну ты расскажешь, я и так вон сколько всего придумал, пока ты за кормом для кота моталась. Тебе тоже придется поработать.

Изяслав гордо задрал нос и важно поправил свой начищенный монокль.

— Прибить тебя мало, честное слово. Изенька, знаешь, кто ты?

— Конечно! Гений, мизантроп, очаровательный муз, работящий черт, в конце концов! И я даже горжусь этим, а ты давай-давай, не отлынивай. Следующая глава на тебе. Завтра проверю!

Глава 2

Крик обиженной на всех белки застал Дана на кухне. Он всего полчаса как оставил Яру, чтобы приготовить чай для нее и хоть немного перекусить. Поить бессознательную девушку приходилось буквально по капле, но очень часто, иначе было опасение, что она и вовсе не очнется. Признаться честно, многие в лесу уже были уверены, что Ярослава не вернется из-за черты. Это злило мага, да что там, буквально выводило из себя. Немудрено, что в последние дни в домике, да и рядом с ним, не было никого из нечисти, если не считать Беллы. Но, как справедливо заметила рыжая нахалка, тут и ее дом тоже.

Бросив на столе и чашку с чаем, и свой недоеденный перекус, Дан со всех ног бросился во двор, где уже вторые сутки находилась Ярослава.

— Привет, — прошептала, стоило ему присесть рядом с ней на корточки, внимательно вглядываясь в бледное лицо, — а у тебя щетина.

Яра чуть приподняла уголки губ в подобии улыбки. Дан, усевшись на землю, запрокинул голову и посмотрел на безмятежно-голубое небо. В нем боролись два желания: смеяться от облегчения и сгрести невозможную девчонку на руки и аккуратненько ее придушить. Но так как последнюю неделю он жил в страхе за ее жизнь, решил остановиться на глубоком коротком смешке.

— Это я так готовился к твоему возвращению, что не успел побриться, ты уж прости.

— А я разве куда-то уходила? — Яра попыталась поднять голову, но та была слишком тяжелой. — Почему я сплю на улице?

— Потомушта дома ты умирала! — не могла не вставить свои пять копеек Белла. — Даньчик так перешивал, так перешивал, о-о-о, ты даше не предштавляешь!

— Она шепелявит, — тихонько хихикнула Яра, — у нас живет шепелявая белка. Это так забавно.

— Очень, — маг наклонился над девушкой, чтобы ей не приходилось выворачивать шею, и улыбнулся. — Только из-за этого не разрешал ей зуб наращивать, хотел, чтобы ты оценила по достоинству.

— Я умирала? — вернулась к словам белки Яра.

— Я не знаю, что с тобой было, — тут же нахмурился Дан, — и откровенно говоря, мне сейчас очень хочется как следует тебя потрясти, чтобы ты поняла, что нельзя творить всякие глупости, а после таять у меня на глазах!

— Не надо меня трясти, не уверена, что я это переживу.

— Ужасная шутка, просто отвратительная! — Дан, прищурившись, покачал головой. — Клянусь создателем, посмеешь еще раз выкинуть подобный фокус и я тебя сам прибью. Чтобы не мучиться!

— Не-ет, ты не сможешь, я хорошая.

— Хорошая она, ты пошмотри на нее, вшех переполошила, вше перешивали, а Дан на всех ругалша, а она хорошая! А я! Ты хоть понимаешь, как я штрадала?!

— Белла.

Дану хватило одного взгляда в сторону Беллы, чтобы та успокоилась и, вцепившись в свой хвост, принялась делать вид самой занятой белки в мире.

— Ты ругался на кого-то? — Яра удивленно вскинула брови. — Почему?

— Это сейчас неважно. Давай мы тебя посадим и я принесу бульон. Тебе нужно поесть.

С этими словами маг поднялся с земли и, осторожно подхватив Ярославу на руки, посадил ее, дав упереться спиной в ствол дерева. Только когда мужчина отошел на шаг, Яра поняла, что