Мы созданы из моментов - Молли Маклейн

— Я ценю твое предложение, но ты же знаешь, что я никогда не приму его. Можешь больше не спрашивать.

— Ты такой упрямый. — Я игриво пихаю его локтем, чтобы он ушел с дороги, и я могла пристегнуть Джетта и поцеловать его на прощание. Это всего лишь один из негласных ритуалов, которые мы установили за эти годы. — Что бы ты ни делал, — говорю я нашему сыну, прежде чем поцеловать его в лоб, — …не перенимай эту черту от своего папочки.

Джетт ухмыляется.

— Люблю тебя, мама.

— Я тоже люблю тебя, золотце. Веди себя очень хорошо в эти выходные, договорились? — Я утыкаюсь носом в его шею и осыпаю его лицо поцелуями, стараясь не слишком много думать о той части, когда они на самом деле уезжают и оставляют меня.

— Эй, я хотел спросить… — говорит Джесси позади меня. — Ты все еще собираешься сделать то дело в следующую субботу?

Речь идет о вечеринке-сюрпризе на день рождения для одного маленького мальчика, который в настоящее время катит свою машинку по моему плечу и волосам. Когда я отступаю, мои белокурые пряди свисают с колес игрушки.

— Мы собираемся. Ты уже решил, придешь или нет?

— Если ты не думаешь, что это будет слишком странно, я бы хотел прийти.

О, это будет странно, но это не является для него веской причиной, чтобы не приходить или основанием для меня, чтобы не приглашать его на праздник.

— Ему это понравится. — Еще после ста поцелуев, пятьдесят «я люблю тебя» и полдюжины «пока», я закрываю дверь машины, нуждаясь в нескольких минутах уединения. — Мы просто идем к моим родителям, у них же есть бассейн. Они еще не открыли его, так что Джетт будет в восторге от этого. Там будем только мы, моя сестра и ее дети, а также кое-кто из семьи Лейна.

Джесси проводит рукой по затылку, прежде чем засунуть ее в карман.

— Если вы не хотите, чтобы я…

— Ты его отец. — Я останавливаюсь на этом, потому что больше ничего и не нужно говорить.

Он кивает, и я думаю, мы оба понимаем, что по мере того, как Джетт подрастает, будут неловкие ситуации время от времени, особенно в наших семьях. Но это цена, которую мы платим за то, чтобы вырастить Джетта самым лучшим образом, учитывая обстоятельства.

— Кстати о Лейне, я давно его не видел. С ним все хорошо или..?

— Ага. Он просто в душе. — И избегает всей этой ситуации, насколько это возможно. Хотя сейчас Лейн и Джесси обычно вежливы друг с другом, но так было не всегда.

— Вот как. Ну, скажи ему, что его задняя шина выглядит немного спущенной. Возможно, он захочет, чтобы кто-нибудь проверил ее.

В самом деле? Я склоняю голову набок и смеюсь

— Я думаю, он сам сможет накачать шину.

— Конечно, — ухмыляется Джесси.

Боже.

Мы стоим так несколько мучительных мгновений, и я закатываю глаза, думая, что он не может быть более дерзким, а что у него в голове только одному богу известно. Эти обмены ребенком определенно стали проще с годами, но они все еще неловкие. В конце концов, мы видели друг друга голыми.

Джетт — самое лучшее, что когда-либо случалось со мной, но он также является постоянным напоминанием о том, как быстро несколько безрассудных решений могут навсегда изменить направление чей-то жизни.

Или, в данном случае, четырех жизней.

Потому что с мужчиной, который сейчас находится в доме, мы вместе семь с половиной лет.

А нашему общему сыну с Джесси скоро исполнится четыре года.

Глава 2

ДЖЕССИ

— Папа, я могу попросить у бабули еще? — Джетт хлопает своими большими щенячьими глазами, его щеки измазаны шоколадной глазурью.

Хейден убила бы меня, если бы узнала обо всем том дерьме, которое он ел в последнее время, но я все равно подмигиваю ему. То, чего его «мамочка» не знает, не может ей повредить, и я думаю сейчас не только о торте.

— Давай, спрашивай, малыш. Но, это будет твой перекус перед сном. Уже поздно.

Джетт сжимает кулак и делает победный жест, а потом зовет через всю комнату Паулу Дин, которая моет посуду. Она полячка по национальности.

— Бабуля, а можно мне еще торта, пожалуйста?

Мама смотрит на него через плечо, вопросительно подняв бровь.

— Еще торта? Как насчет того, чтобы вместо него поесть брокколи?

— Ни за что! — Он кривит лицо, несмотря на то, что так и не ел ту гору зелени, которую я положил ему на тарелку за обедом.

— Почему, черт возьми, нет? — Мой старик бросает на него взгляд поверх своей газеты, его очки сползли на кончик носа. — Как ты собираешься стать большим и сильным, как твой папа и дядя, если не ешь овощи?

Джетт строит недовольную гримасу.

— Папа говорит, что брокколи про-тив-ное. — Он четко проговаривает это слово точно так же, как я пробубнел его раньше, когда сам отказался есть брокколи. Не лучший пример для подражания, когда дело доходит до всякой полезной еды, но у всех нас есть свои недостатки, верно?

— Джесси Аарон Эндерс… — Моя мать свирепо смотрит на меня, нож для масла все еще в ее руке, когда она подходит к столу со вторым, хотя и намного меньшим, кусочком торта.

— Ты приучаешь моего внука к вредным привычкам?

Я самодовольно улыбаюсь, когда Джетт набрасывается на торт.

— Папа, веди себя лучше!

— В следующий раз, малыш. — Но, вероятно, не в тех ситуациях, которые касаются брокколи.

Устав от долгой дороги и еще более длинной недели, я встаю, потягиваюсь и несу свою пустую тарелку в раковину, а мама возвращается к мытью посуды. Чтобы снова задобрить ее, хватаю полотенце для сушки.

— Сегодня вечером все прошло хорошо, когда ты забирал ребенка? — тихо спрашивает она, чтобы кое-кто не подслушал своими маленькими ушками и не начал скучать по дому. — Вы приехали позже, чем обычно.

— Извини за это. Нам пришлось заехать в дилерский центр за некоторыми запчастями для одного из погрузчиков. Они не были готовы, поэтому нам пришлось подождать.

— Хм, полагаю, это лучше, чем специально ехать туда.

— Да, тем более, что у нас все еще не хватает людей. — Пару месяцев назад я потерял двух своих лучших машинистов из-за того, что они начали работать на нефтяной вышке на юге, и с тех пор я надрываю задницу. Я не против проводить больше времени с техникой, потому что люблю грязную работу, но работа