Один шаг до перемен - Клара Колибри

Глеб разжал руки, выпуская меня из их кольца, и развернулся к другу. Тогда только и я смогла видеть Дмитрия. Тот тоже весь был в морских каплях, как и Глеб, и волосы его намокли без шапочки, так что смотрелись совсем темными, а не русыми. Он в отличие от моего любимого уже подобрал с камней полотенце и интенсивно растирал им грудь.

— А мы тут вместе заплыв устроили, — решил прояснить мне ситуацию Соломатин.

— И кто кого обогнал? — я все еще не убрала ладоней с груди Глеба и смотрела тоже больше на него, так соскучилась по нему и его улыбке.

— Ничья, — пророкотал голос Ткачева.

— Да ладно тебе скромничать, — хмыкнул Глеб и, отстранившись от меня, шагнул к Дмитрию, чтобы похлопать его по плечу. — Мне с большим трудом удалось держаться рядом. Это факт. Ты в отличной форме, брат.

— Это от того, что ты, милый, тренироваться привык в бассейне, — подала я голос в поддержку любимого.

— Об этом мы с тобой и говорили, — учел мои слова Ткачев, но обращался только к Глебу. — Рекомендую, пока есть возможность, использовать два варианта тренировок.

И дальше они увлеченно заговорили о своем, а я, молча, шла рядом. Глеб только немного поддерживал меня под локоток, помогая подняться по крутой тропе, сам же весь был внимание по отношению к старшему товарищу.

— Да, Ирина! Я тут раздобыл важную информацию для тебя, — скосил Соломатин хитро глаза, когда уже дошли до моей машины. — Через два дня высокое начальство и комиссия из Москвы пожалуют к вам в комплекс. Так что, прими к сведению. — Он щелкнул меня в шутку по носу, и теперь уже хмыкнул Ткачев, и по его взгляду стало ясно, откуда такие сведения.

— Обязательно учту эти разведданные, — закивала им головой, а сама думала, что делать дальше, раз Глеб никак не дал понять о дальнейших своих планах в отношении меня на этот вечер.

— Ты уже поедешь? — прервал он мои раздумья, нетерпеливо постукивая пальцами по крыше кузова автомобиля, рядом с которым мы втроем стояли.

В этот момент мне сделалось, как не по себе от его явного желания спровадить меня в город, да еще заметила чуть ни издевку надо мной в понимающих глазах Ткачева.

— Да. Мне пора. К сожалению, — не удержалась и прикусила нижнюю губу от огорчения от такой короткой и прохладной встречи с любимым. — Смогла выбраться всего на час. Вечером у меня будет занятие с группой, и надо возвращаться, — бессовестно врала, но пыталась таким образом сохранить лицо. — Но знай, что я скучала.

— Я тоже, — его слова были просто словами, и мне тут же стало это понятно, как и Дмитрию, скорее всего.

Но Ткачев отвернулся от нас и пошел к зданию базы, лишь махнув мне на прощание рукой. Показалось или действительно я была благодарна ему за то, что оставил нас одних? Только разбираться в чувствах не стала, поспешила приблизиться к Глебу, надеясь на горячий, хоть и прощальный, поцелуй. Но ожидания не оправдались. Любовник только вскользь прошелся губами по моему рту и чуть потрепал мои плечи. Сразу после этого поспешил открыть водительскую дверь, приглашая занять сиденье.

— Забирайся, — скомандовал мне с дружелюбной улыбкой. — И смотри, по дороге до города не гони. Я буду волноваться. Поняла?

— Хорошо, — садиться в машину я медлила, все хотелось еще задержаться.

— Ну! — подгонял меня его голос и кивок. — Давай! Мне надо идти, котенок. Дима ждет.

Пришлось подчиниться, раз уж все равно меня не собирались ни целовать, ни обнимать, ни договариваться со мной о новой встрече.

— Кстати! — не дала я ему захлопнуть дверь. — Когда снова увидимся?

— Как только, так сразу, — этот ответ неприятно резанул по нервам и сердцу. Он заметил мою реакцию и поспешил придать своему лицу дурашливый вид. — Ты же понимаешь, как важно мне сейчас напрячься, правда? Очень многое стоит на кону, Ириш. Если Хабаров согласится взять меня к себе, то передо мной откроются новые горизонты. Это же здорово! Ведь так? Ты согласна?

— Согласна, — кивнула вполне жизнерадостно. За это, наверное, и получила от него поцелуй в нос.

— Езжай. Мне и, правда, надо догнать Димку. Мы хотели еще немного позаниматься на тренажерах, а потом вместе пойдем в сауну.

Когда я возвращалась в город, совсем забыла о том, что дорога была опасна своей крутизной и изгибами, гнала как сумасшедшая. А еще на глаза так и норовили навернуться злые слезы. Это было уже совсем ни к чему. Поэтому противилась им, как могла. Вроде, получилось. Почти. А еще я стискивала зубы и мысленно поминала Ткачева.

— Дима ждет! Мне надо к Диме! Догнать Диму! Дима то, Дима се! Чтоб ему…

Я чувствовала, определенно, что между нами с Глебом вырастала пропасть. И во всем обвинила Ткачева. А как иначе? До его приезда все было хорошо. А потом, эта его забота о дальнейшей спортивной карьере Глеба! Откуда появилась идея тренироваться у Хабарова? Наверняка, он ее подбросил Соломатину. Потом еще эти их совместные заплывы! Чего он добивался?

— Как специально стену между нами с Соломатиным выкладывает. Огромными такими кирпичами! — накручивала сама себя. — Не уж-то такой мстительный? Что такого я ему сделала? Только и было, что слегка задела…

На следующий день эти и подобные мысли все не давали мне покоя. Поразмыслив, решила не сдаваться вражьим проискам и рук не опускать. Твердо набрала номер Глеба и, увы, долго слушала длинные гудки. Так повторялось несчетное число раз.

— Просто он тренируется. Телефон остался в раздевалке. Он не слышит звонка, — пыталась унять собственное волнение.

На десятый или пятнадцатый звонок мне ответили. Но радости я не ощутила, скорее настороженность и чувство досады. На кого, не поняла.

— Это ты? Привет, — его голос был бесцветным.

Устал — сама себе нашла этому объяснение. Конечно, устал! Как иначе могло быть?!

— Хочешь снова приехать? — отчетливое удивление Глеба как царапало мне душу. —