Измена. Яд между нами - Марта Роми

— Ты!.. — начинает было мой в скором времени бывший муж. Его глаза полыхают яростью, и я отшатываюсь.

— Тише, — сильная ладонь вдруг властно ложится на мою талию и прижимает меня спиной к твердому мужскому телу.

Странная волна почти спокойствия бьет мне в голову и я, вместо того, чтобы вырываться и дальше, прижимаюсь крепче, вдавливаюсь лопатками в грудь своей неожиданной опоры. Моя реакция не укрывается от Артура. Он сжимает челюсти, пышет неоправданным гневом. У него еще совести хватает смотреть на меня так?!

— Яна, это кто? — с претензией в голосе вдруг говорит он, разбивая звенящую, напряженную тишину коридора.

— А это мой любовник, — выдаю я, сама опешив от такого. Боже, что я несу?

Я быстро проворачиваюсь в объятиях мужчины, вскидываю на него взгляд, надеясь, что он поддержит в такой трудный час мою легенду и не выставит меня дурой больше, чем я есть. Гляжу в серые грозовые глаза и перестаю дышать, сердце колотится как бешеное где-то в горле. Что я наделала… Он смотрит на меня всего мгновение, а потом переводит ледяной взгляд на Артура и представляется:

— Ядов Герман Евстафьевич, — его глубокий голос раскатывается по помещению, рикошетит от стен. — Не скажу, что приятно… Но познакомились.

Глава 2. Янка

Мой благоверный, точнее, совсем не верный, пару раз моргает, наводит резкость, что ли, глядит на Ядова недоверчиво, потом переводит на меня взгляд.

— Ян, что ты… придумываешь? Ты ж с ним даже не знакома, — он вновь бросает быстрый взгляд на Ядова. — Герман Евстафьевич, вам не от чего защищать мою жену, мы сами разберемся.

Я уже разворачиваюсь, открываю рот, чтобы сказать ему, что он сволочь, и что ни черта разбираться мы с ним не будем, только если в суде, в случае его отказа давать мне развод, но меня опережает Ядов, в очередной раз повергая в шок.

Его ладонь все также лежит на моей талии, он слегка склоняется, и его губы едва ощутимо касаются моего обнаженного плеча. Рой мурашек разлетается по моей спине, а брови непроизвольно взлетают.

— Ну я же просил тебя, расскажи раньше, — касается кончиком носа моих волос, говорит тихо, но так, что Артур точно слышит, а потом обращается нему: — Яна уходит от вас. Ко мне. Мне… нет, не жаль. До свидания.

Мы с Артуром переглядываемся, неожиданно ища поддержку друг в друге. А он ничего так мужик, оказывается.

— В смысле, уходит? — операционная система моего будущего бывшего мужа явно сбоит. — К вам?

— Да, а что, собственно такого? — меня так возмущает этот пренебрежительный тон. Это что, я не могу заинтересовать такого человека, как Ядов?

Я привстаю на носочки, думая поцеловать лже-любовника в щеку, но он вдруг поворачивает ко мне лицо. Его ладонь ложится мне на шею, и я пугаюсь, что он с легкостью считает мой зашкаливающий за полтораста пульс. Пальцы мягко зарываются в волосы за моим ухом, а большой палец неожиданно нежно поглаживает мою скулу.

Это все длится буквально считанные мгновения, прежде чем его губы касаются моих, и я словно отключаюсь от этого мира.

Есть я и есть он. И ничего больше нет.

Я кладу ладонь ему на грудь, чувствуя сквозь тонкую ткань рубашки твердые напряженные мышцы. Совсем чуть-чуть приоткрываю рот, и его язык проскальзывает по моим зубам, чуть давит на них, проталкивается глубже, выпивая мою душевную боль этим невероятным поцелуем.

— Да вы охренели! — слышу я, перед тем, как Артур жестко дергает меня за локоть, выдирая из объятий Ядова, потерянную и дезориентированную своими эмоциями. — Никуда она с тобой не пойдет!

Герман мгновение сверлит его взглядом. Я пытаюсь вырваться, но цепкие пальцы Артура плотно сжимают мое предплечье. Пытаюсь снова заехать ему по морде, но в этот раз он ловко перехватывает мою занесенную ладошку.

Я бросаю беспомощный взгляд на Ядова, и вижу, как он приподнимает вверх два пальца и указывает на Артура. Буквально пару секунд, и из-за его спины появляются два амбала (где только были раньше? Или я так увлеклась разборками и поцелуями, что “а слона-то я и не заметил”?). Они легко заламывают руку Артуру, а Герман быстро перехватывает мою ладонь и выдергивает из этого хаоса.

Все происходит так быстро, что я чувствую себя совершенно дезориентированной, оглядываюсь на Артура, которого второй амбал легким движение руки отправляет в нокаут.

— Пойдем, — Герман тянет меня за руку, приобнимает за плечи, настойчиво отворачивая от избиения моего почти экс-супруга.

— Меня Яна зовут, — зачем-то говорю я, хотя он вроде бы уже называл меня по имени.

— Я понял, — без каких-либо эмоций отвечает он. — Можешь звать меня Герман.

— Герман, да… Спасибо, — я пытаюсь заглянуть в его лицо. В конце концов, мы только что целовались, как настоящие влюбленные, а теперь он только загадочно смотрит вдаль.

— Я возьму кое-что взамен, — наконец он бросает на меня насмешливый взгляд.

Девственность брать поздно, бабла у меня кот наплакал. Остается услуга.

— Что я должна буду сделать? — уже по-деловому спрашиваю я.

В целом, можно и послать его, но будем честны: то, что он затворник, никак не умаляет его влияния. Полагаю, если он захочет, моей карьере придет конец так же, как и Артуру — по щелчку пальцев. Этого козла мне, кстати, не жалко. Абсолютно.

— Похвальная сообразительность, — хвалит он. — Подыграй мне, с тем же энтузиазмом, с которым блистал на твоей сцене я, и мы квиты.

— В чем подыграть? — что-то мне в этом о-очень не нравится. Я снова оглядываюсь. Может, сбежать, все же лучше?

— Покажи теперь чудеса своей импровизации, — чуть приподнимает бровь он.

— Герман, куда мы идем? — вместо выхода мы сворачиваем вправо. Куда-то, где по моему предположению должна быть сцена. — Что я должна делать?

Он резко останавливается, поворачивается ко мне, снова сковывая меня взглядом своих серых глаз.

— Если ты согласишься, я помогу тебе развестись без потерь для тебя, — прямо глядя на меня проговаривает он, а я как дура слежу за его губами, на которых едва заметно отпечаталась моя якобы суперстойкая помада.

— У тебя вот здесь… — моя самая большая проблема, что я сначала делаю, потом думаю. Так и сейчас — я сначала потянулась к его нижней губе, коснулась ее пальцем, сминая ее, пытаясь стереть алый след, и только потом отдернула руку, тихо ойкнув.

— Согласна? — сверкнув глазами, грудным, низким голосом, отдающимся вибрацией