Отель «Первый снег» - Анна Богоданная

— Да подожди ты со своими новинками. Я может с тобой поговорить хочу, пригласить тебя на ужин, — Сева попытался взять за руку Ефросинью, но она аккуратно убрала руку за спину.

— Ни к чему это, Всеволод Арнольдович, Вы же знаете, что я товаровед и моя обязанность показать Вам товар. Если хотите, чтобы это сделала Элеонора Иосифовна, то она будет послезавтра, то есть в пятницу. Милости просим в пятницу, — сказав это, Фрося уже собралась отойти, но Сева настойчиво загородил проход в торговый зал.

— Фрося, да будет тебе сердиться, и что ты сразу Всеволод, да ещё Арнольдович, — миролюбиво пробурчал он. — Просто я хотел пригласить. Хочешь, можем на ЛевБерДон поехать, а хочешь в Балканы пойдём? Я на машине, проблем нет. Заодно, тачку обновим. Новенькая Бэха. Точно ни у кого такой ещё нет.

(Ростовский сленг — ЛевБерДон — левый берег Дона, — там расположена целая сеть ресторанов Ростова-на-Дону.

"Балканы" — известный ресторан на правом берегу, на набережной Дона).

— Ладно Сева, некогда мне, ещё сегодня двое. А до конца рабочего дня четыре часа. Выходной у меня в воскресенье, поэтому, если действительно хочешь пригласить, то можем пообедать. Но именно пообедать, и ничего больше, — сказала строго, как маменька учила.

— Ладно. Согласен. Пусть в воскресенье. Напиши адрес. Заеду. — неожиданно согласился Сева. — И давай пойдём в подвал посмотрим "новьё". Хочется выглядеть.

Так неожиданно для обоих, начался роман Ефросиньи Ветрогон и Севы Заболоцкого.

Глава четвёртая. Ефросинья и Теймураз

— Добрый день, Фрося! Очень рад тебя видеть. Какими судьбами? — спрашивал Теймураз, пытаясь унять своё сердце, которое билось, как птица в клетке.

— Да вот решила попутешествовать в ближнее зарубежье, а то всё заграница да заграница. Надоело. Хочется чего-то человеческого, приятного душе общения, а тут такая удача. Однокурсник! — ответила Ефросинья, а сама, улыбаясь сканировала Теймураза, — получится — не получится. Да и жаль его обманывать. Хороший человек, не чурка безмозглая. Может что-то лучше его "Первого снега" найду.

— А давай пройдём ко мне в кабинет, там поговорим или сначала пообедаем, а потом уже всё остальное? быстро сориентировался Теймураз.

— Лейла, накрой нам стол на террасе, мы с гостьей побеседуем, а потом спустимся отобедать. Всё должно быть по высшему разряду: закуски, горячее, напитки, — распорядился он, а потом обратившись к Фросе спросил: " Что пить будем? Шампанское за встречу или коньяк, как добрые друзья?".

— Мне апельсиновый фреш и минеральную воду без газа, — ответила Фрося и добавила, — я за рулём. Да и мест в твоём отеле свободных нет, придётся искать место для ночлега.

— Ты обидеть меня хочешь, Ефросинья? Да что же для своих друзей я места не найду? Двери моего дома всегда открыты для хороших людей, тем более для коллег. надеюсь, ты в профессии?".

— Да, Теймураз, в профессии, — улыбнулась Фрося, — поэтому здесь.

— Вопросы есть? Помогу решить, ты только скажи, сразу разберусь.

Фрося жестом остановила Теймураза.

— Не переживай, успокойся. Ты такой же горячий, как и был раньше, только заматерел. Вон какой стал большой, — по-дружески ответила Ефросинья.

— У меня дела в Абхазии. Приехала сегодня утром. Твой отель показался мне подходящим для отдыха. Удобное расположение на первой линии, море совсем рядом. В Ростове-на-Дону, где я сейчас живу, через весь город красавец Дон тянется, как в Париже. Там река Сена разделяет город на две части: левый и правый берег. Уровень цивилизации, конечно, сильно отличается, но структурно очень похоже. В Париже всё больше короли командовали, а в Ростове, после того, как он стал таможенной крепостью, в основном казаки, а потом, кто только не командовал, — улыбнулась Ефросинья. — Но город красивый, торговый, многонациональный. Из-за этого возникает масса нюансов. Хотя жители привыкли. Относятся ко всему с большой долей юмора.

Помнишь, как Соломон говорил: "Всё проходит, пройдёт и это".

Особенно спокойны коренные ростовчане. Они много чего видели, и думаю, что ещё много чего им предстоит увидеть. Теневая сторона жизни везде есть. Есть она и в Ростове-на-Дону. Ты же понимаешь, о чём я говорю?.

Теймураз кивнул. Лицо стало непроницаемым.

— Она приехала купить мой отель, — понял Теймураз. Сердце моментально изменило свой ритм и забилось даже медленнее, чем обычно.

— И…, — улыбнулся он.

— И я хочу отдохнуть от всех серьёзностей жизни и подышать воздухом моря и пальм, полетать на параплане и сходить в обезьяний питомник, посмотреть достопримечательности города, а может и присмотреть какую недвижимость для себя.

— Ты сама приехала или кого ждёшь, например мужа? — Теймураз спросил спокойно, но маленькую "занозу" Ефросинья всё-таки заметила.

— Нет, одна приехала, но от деловых разговоров ни-ку-да. У меня в Ростове большой магазин на центральной улице, поэтому хочешь не хочешь, а отвечать на звонки придётся. Ты уж прости меня, опять звонят", — Ефросинья вынула из сумочки телефон, который мелодично выводил уже пару секунд "Всё пройдёт. И печаль, и радость…".

— Да, — напряжённо ответила на звонок, — Нет. Утром приехала. Нет. Ещё не встречалась. Нет. Когда будет что сказать, сама перезвоню. Да. Хорошо. Взаимно.

— Ну так мы идём на террасу? — будто ничего не случилось, спросил Теймураз.

— Конечно, идём. Так хочется иногда, просто подышать свежим воздухом, — ответила Ефросинья.

Место для террасы было выбрано очень удачно. С её площадки просматривался весь отель, зато сама терраса утопала в зелени и терялась в ней.

— Какое удобное расположение, — восхитилась Ефросинья. — Просто стратегический объект. Весь отель как на ладони. Кто архитектор?

— Друг детства. Мы в школе вместе учились. Потом он закончил архитектурный институт в Москве, но вернулся домой и теперь живёт здесь. Я ведь тоже вернулся домой и всю жизнь живу здесь. Это моя страна, мой народ, моя семья, дети… как бы высокопарно это ни звучало, но так оно и есть. Здесь мои корни. — Теймураз выговорил всё это на одном дыхании. — А ты какую недвижимость хотела купить? Дом, квартиру, отель? Может, мой отель тебе понравился? Так ты скажи, Фрося, скажи мне. А я подумаю! — горячо и взволнованно продолжил он.

— А что, ты собираешься продавать свой отель? И уже есть покупатели? — медленно и спокойно спросила Фрося и впервые прямо посмотрела в глаза Теймуразу.

Он вздрогнул. На него были направлены два синих луча, обрамлённые чёрными ресницами. Они были направлены в самую его глубину, туда, где было не спрятаться его непогасшей любви к Ефросинье, его желанию, которое разгоралось с новой силой и которое он