Лавка желаний леди-попаданки - Елена Смертная

— Ну да, – я замялась. – Простите. Почему-то ожидала увидеть какую-нибудь эгоистичную белиберду типа могущества, королевской славы или ещё чего.

— Это всё у меня итак есть. И вообще, нас интересует пункт с моей платой.

— Да, конечно, – мой взгляд заскользил дальше.

Очень скоро я прочла основную надпись. Чёрным по белому красовалась фраза: «Оплата – женитьба на дочери исполнителя». Нахмурившись, я придвинула контракт поближе к дракону.

— Здесь всё верно.

— Что «верно»? – Дерек недовольно хмыкнул и сам перечитал нужные строки. – Здесь написано «Оплата – женитьба не по любви». Я не люблю свою избранницу. Но она является отличной партией для будущего короля. Так что я ничего не нарушил.

— Нет же, – я указала пальцем на строку. – Оплата – женитьба на дочери исполнителя.

Что-то не так. Я ведь не слепая. Но и Дерек смотрел на меня с искренним непониманием.

— Оплата – женитьба не по любви! – принц даже прикрикнул от нервов.

— Вы слепой?! – я поднялась со стула и ткнула пальцем ещё раз. – Перечитайте внимательно.

— Ты надо мной издеваешься, эшритка?! – дракон также поднялся, вырастая возле меня высокой горой. – Там написано ровно то, что я сказал!

Мы точно смотрели в одно и то же место, но видели разное.

Вдруг Клара начала тихонечко упрыгивать подальше и уже вот-вот готова была свалиться со стола, как я переключила всё внимание на неё:

— Клара!

Полуседая ворона остановилась и обернулась, но активно делала вид, что смотрит на красивые облака в окне.

— Ты ведь что-то знаешь?!

— Такая пр-р-рекрасная погода, а вы ссоритесь из-за мелочей.

— Мелочей?! – рыкнул принц, делая шаг вперед. Я тут же встала между ним и вороной. Уткнула ладони в широкую грудь и попыталась остановить драконью глыбу. Силушек не хватило. Так что мы со столом немного сдвинулись против своей воли.

— Клара, я, между прочим, твою жизнь спасаю! Ещё немного, и Его Величество решит тебя поджарить. Выкладывай всё, что знаешь!

— Не надо меня держать! Не трону я твою ворону!

— Ага, я прям чувствую ваш исключительно дружелюбный настрой! Наверное, хотите ей перышки почесать!

Я ударила кулачком по груди принца и посмотрела вверх. Наши взгляды стремительно пересеклись, и тут…

Мы вдруг смолкли. Застыли каменными статуями.

Палец с меткой охватило тепло, а в голову ударила навязчивая мысль: «как же он всё-таки красив». Даже щечки зажгло. Наверное, я вся покраснела.

Дракон смотрел на меня с теми же эмоциями. Он впервые снял страшную маску суровости. Я буквально утопала в его голубых глазах.

Нас накрыло магией притяжения. И если секундой ранее проскакивало желание настучать по рыжей голове, то сейчас гнев превратился совсем в иное, незнакомое чувство. Оно разлилось в груди приятным теплом, заставляя меня улыбнуться…

— Кар? – вопросительный тон Клары вернул нас с небес на землю.

Мы с принцем тут же отшатнулись друг от друга как прокаженные.

Ужас какой!

Неужели брачная метка ещё и с нашими чувствами играться будет?!

— Так что тебе известно? Клара, выкладывай.

Я постаралась спросить это как ни в чем не бывало, а сама едва уняла бешено пляшущее сердце. Мы с Дереком моментально переключили всё внимание на ворону. Словно только что абсолютно ничего не произошло.

— Дело в зрении эшритов, – помедлив, начала Клара. – Хозяин часто практиковал этот прием. С его помощью можно немного откор-р-ректировать условия контракта. Суть остается одна – жену принц выбирает не по сердцу. Но истинно прописанное условие видит только эшрит.

Ёк-мотылёк. Ой, что сейчас начнётся…

— Истинное? – Дерек звучал так, словно его скрючило от злобы. – Виктор видел одно, я – другое. Как можно считать, что его вариант контракта верен?! Я не собираюсь поддаваться на такой грязный трюк.

— Ну да, вообще-то ситуация спорная и не очень… красивая. Так как дела отца перешли мне, мы можем обоюдно согласиться оставить формулировку принца?

Дракон взглянул на меня с удивлением.

— Я думал, ты будешь делать всё возможное, чтобы оставить брачную метку.

Я скрестила руки на груди и посмотрела на него исподлобья.

— Ты, правда, считаешь, что любая девушка уцепится за тебя лишь потому, что ты будущий король? – мне даже «выкать» уже надоело.

Дерек усмехнулся.

— Меня можно полюбить отнюдь не только за это.

— О, ну да, ещё и за твою пламенную скромность, – я состроила ироничную рожицу и переключилась на ворону. – Так что, Клара? Мы можем разойтись с этим скромным господином полюбовно-юридически?

— Нет, – тут же заявила пернатая помощница и указала лапой в са-а-амый конец документа. – Тут чётко прописано, что контракт составляется по законам эшритов. Так что истинной считается та формулировка, которую видишь ты.

Мы с драконом синхронно припали к контракту. Шрифт про законность был поменьше, но читабельным. Ворона не врала.

— Это ты тоже видишь искаженно? – фыркнула я.

— Увы, нет.

Кажется, мы в… самой глубокой брачной дыре, которую только можно представить.

— Окей, а если мы просто обоюдно разорвем контракт?

— Нельзя, – Дерек со вздохом отпустился на стул. – Выше прописаны условия. Обоюдное расторжение не предусмотрено.

— И если условие с браком не будет выполнено, – подхватила Клара, – болезнь вернется к королеве в тех масштабах, в которых накопилась за все эти годы.

— Пи… ж-ж-жамный монстр, – прилично выругалась я, читая контракт. – Великий и прекрасный, ты вообще куда смотрел, когда это подписывал?

— Мне было пятнадцать лет! – Дерек вдруг со всей силы ударил по столу кулаком. Ладно, не со всей. Но трещина по древесине пошла конкретная. Клара аж подпрыгнула.

— Я готов был отдать всё, чтобы моя мать поправилась! Она тогда только-только вернулась домой! – принц осекся, уводя взгляд в пол. – А Виктор воспользовался моей подростковой наивностью...

— Ну да, мой отец явно не был солнечным одуванчиком, – с губ слетел задумчивый хмык. – А счёт за стол я тебе выпишу.

— Ладно, – принц выдохнул и поднялся. – Я заберу контракт, чтобы его посмотрел мой человек.

Поломку дракон проигнорировал. Но я про счёт не шутила. Надо будет написать, что это древний стол, на котором подписывали контракты с богами. Может, покрою часть ремонта из королевской казны?

— А как же «об этом никто не должен знать»?

— Я долго