Просто сожители - Чарити Феррелл

Малики выхватывает у меня напиток.

— Ты вела машину?

— Нет, Элли.

— Элли, твоя подруга, или Элли, твое альтер-эго?

— Я тебя ненавижу, — выдохнула я, сузив на него глаза.

— А я ненавижу надоедливых подростков.

— Я не подросток.

— Я ненавижу надоедливых молодых женщин. Это лучше для твоей несовершеннолетней задницы?

— Я ненавижу надоедливых стариков.

Технически, Малики не так уж и стар. Я не знаю его точного возраста, но думаю, что около тридцати. Десять лет старше меня — это не древность, но парень учил умножение, когда меня вытащили из утробы матери.

Он ухмыляется, теперь он выглядит более веселым.

— Сколько же ты выпила, чтобы у тебя хватило смелости обсуждать со мной всякую херню в моем собственном баре?

Черт. Я внутренне хлопнула себя по лбу. Играй вежливо.

— Всего несколько. Я не планирую напиваться и танцевать на барной стойке. — Я указываю на свой бокал в его руке. — Это последний. Обещаю.

— И кто, блядь, тебя обслуживал?

— Элли Росс.

Я должна была сделать разворот и удрать, когда заметила Малики за барной стойкой. Вместо этого я заставила Элли изображать официантку и доставить мои напитки к нашему столику. Как и в прошлый раз, я села в углу. И также, как и в прошлый раз, мне пришлось покинуть свое место, чтобы сходить в туалет. Я не должна быть наказана за то, что мне ещё не исполнился двадцать один год. Я же не прошу Сэра-Проверка-Удостоверений наполнить мой стакан водкой до краев.

Он снимает кепку и проводит пальцами по своим густым волосам.

— Господи. Ты должна перестать думать, что ты взрослая.

— Я и есть взрослая. — Я пересчитываю свои аргументы на пальцах. — По закону я достаточно взрослая, чтобы играть в лотерею, покупать сигареты и, черт возьми, даже сниматься в порно.

Он качает головой в сторону.

— Интересно. Я бы хотел увидеть лицо твоего отца, если последнее когда-нибудь случится.

— Ну что, договорились? — Я снова протягиваю ему руку, на этот раз для пожатия. И снова он ее игнорирует.

Она безвольно опускается к боку.

— Как я уже объяснял, ты можешь быть достаточно взрослой, чтобы делать ставки и трахаться, но ты слишком молода, чтобы пить, королева представлений.

Я выхватываю у него удостоверение.

— Я передумала. Ты не будешь благословлен моим кошельком, когда мне исполнится двадцать один год. Мои деньги будут потрачены в другом месте.

— Отлично. — Он ущипнул себя за переносицу. — Теперь, это та часть, где ты звонишь кому-то, чтобы он забрал тебя. Ты знаешь, как это делается.

— Кайл, мать его, Лейн!

Я задыхаюсь, и моя грудь сжимается от звука выкрикнутого имени.

— Господи, мать твою, — бормочет Малики себе под нос, проводя рукой по своему напряженному лицу.

Я вижу Кайла — моего слишком заботливого старшего брата-полицейского — который с наглой улыбкой прохаживается по бару.

Кайл крут, но не настолько, чтобы смириться с моим присутствием здесь. И хотя Малики не был тем, кто подавал мне выпивку, он будет нести ответственность. Это его бар.

Мой взгляд возвращается к взбешенному широкоплечему мужчине, и выражение его лица подтверждает, что мы разделяем его беспокойство. Он берет меня за руку и тащит нас в свой кабинет. Дверь захлопывается, и я поворачиваюсь, хмуро глядя на него.

— Позвони человеку, который забрал тебя в прошлый раз, когда ты была занозой в моей заднице. У тебя есть час, принцесса, или я сдам тебя твоему брату.

— Ты не посмеешь, — шиплю я.

Малики может легко настучать на меня. Он мне ничего не должен. И я ставлю на то, что Кайл ему поверит.

Он смотрит на меня с вызовом.

— Хочешь узнать? — Его голос пронизан властностью, которая заставляет меня дрожать.

Я сглотнула и замолчала, обдумывая свой следующий шаг.

— Позвони кому-нибудь, Сьерра. Не заставляй меня создавать проблемы и рассказывать твоему брату, чем ты занимаешься в свободное время, когда он будет заказывать у меня пиво через пять минут.

Он начинает уходить, но я останавливаю его.

— Человек, который забрал меня в прошлый раз, была Элли Росс. Настоящая Элли Росс, — объясняю я в отчаянии. — И именно с ней я ехала сегодня. Она надралась, так что мне нужен другой план.

Здесь нет Uber, а моя мама дружит с единственным таксистом в городе.

— У тебя нет других друзей?

— Ни одного, кто бы хотел уйти, потому что меня выгоняют.

Он берет со стола пульт, похоже, принимая мой ответ, и бросает его мне.

Единственные изменения в офисе с моего последнего визита — это телевизор на стене и широкий диван на другой.

Я играю с пультом в руках, принимая его жест как капитуляцию в том, что он не будет на меня доносить.

— Я смотрю, ты тут все привел в порядок.

— Я не знаю, что это значит, но конечно. — Напряжение отражается на его лице. У него переполненный бар, и ему снова приходится иметь дело со мной.

Я тяжело опускаюсь на стул и кладу ноги на стол.

— Какой твой список фильмов Netflix?

— Я не знаю. Я не смотрю телевизор.

Кто не смотрит телевизор?

Я указываю пультом на телевизор.

— У тебя есть телевизор.

— Когда я здесь, я работаю.

— Зачем ты его купил?

Он раздраженно выдыхает. Отвечать на мои вопросы — последнее, что он хочет делать, но я не хочу терять его компанию. Мне нравится нажимать на его кнопки, а тусоваться в офисе в одиночестве — не слишком приятное занятие.

— Моя сестра работает здесь и иногда приводит мою племянницу, обожающую мультфильмы. — С этими словами он разворачивается, ругается под нос и уходит.

Я открываю Netflix, выбираю «Шоу 70-х» и снимаю свою кожаную куртку, а затем шаркаю к дивану. Когда я достаю свой телефон из сумки, он разряжен.

Черт.

Я зеваю.

Я посмотрю один эпизод, а потом пошарю в ящиках в поисках зарядного устройства.

Мои глаза медленно закрываются, когда я расслабляюсь.

* * *

Прикосновение к плечу пробуждает меня от сна.

Моя голова поднимается и сталкивается с чем-то твердым. Это что-то твердое — чей-то подбородок. Мы с хозяином твердого подбородка одновременно застонали. Я массирую голову, когда он отстраняется. Когда я поднимаю взгляд с дивана, я ожидаю увидеть Малики в максимальном раздражении.

Вместо этого он выглядит осунувшимся. Его барная футболка помята и испачкана напитком.

— Все в