Окрыленные - Эли Мартинез

— Привет, милая, — проворковала я, направившись к девочке не старше восьми лет. Слезы потекли по ее лицу, когда я погладила ее головку, прикрытую банданой, множество проводов и трубочек висели на ее маленьком тельце.

— Спасибо большое за то, что вы делаете, — сказала женщина с покрасневшими глазами, которая, как я предположила, была мамой маленькой девочки, в это время нас фотографировали.

— Не за что, это вам спасибо, — обняла я женщину, прежде чем решила опуститься на корточки, но к таким огромным объятиям я была не готова.

Когда ее крошечное тело врезалось в меня, я потеряла баланс на своих каблуках и упала на задницу, сжав ее в своих руках. Телохранители, врачи и родители пытались поймать меня, но моя задница уже была на плитке.

— Боже мой! — засмущавшись, ахнула девочка, слезы навернулись на ее глаза. — Мне так жаль, — она судорожно вскочила на ноги, извинившись.

Мое выражение лица было схоже с ее.

— О, мой Бог! Ты в порядке? — я погладила ее по плечам и поправила канюли в носу, подававшие кислород. — Я сделала тебе больно?

Она покачала головой и бросилась к матери.

— Прости, — извинилась я, почувствовав себя неуклюжей задницей, которая заставила плакать маленькую девочку.

Ее мама покачала головой, не согласившись со мной.

— Она просто смущена, — прошептала она.

— Это я смущена, — ответила я.

Вдруг Стюарт оказался около меня.

— Ливи, что…

Я дважды щелкнула и поднесла палец к его губам, заставив замолчать на полуслове.

— Как ее зовут? — спросила я.

— Морган, — ответила женщина с доброй улыбкой.

— Эй, Морган, — я подошла к ней и присела на корточки. — Прости за это. Я бываю иногда такой неуклюжей.

Я подняла край своего длинного платья, открыв одну из своих ног.

— Смотри, — указала на синяки и ссадины на ноге. — Я даже упала с лестницы на репетиции вчера вечером.

Я погладила ее по спине, и она оглянулась через плечо, сверкнув улыбкой, и у меня будто камень упал с плеч.

— Я знаю. Видела на ютубе.

— Ах, да. Мой дорогой друг ютуб. Всегда на месте, когда так нужен, — поддразнила я.

Она начала хихикать на мою шутку.

— Итак, что скажешь? Мы сможем снова попробовать обняться?

Я нагнулась и сняла свои туфли на каблуках, отпустив их по очереди на пол рядом со мной. Присев, как бейсбольный кэтчер, придвинулась к ней, чтобы быть ближе. Я приготовилась, когда она бросилась в мою сторону, а затем врезалась в меня во второй раз. Я глубоко вздохнула, сжав ее так крепко, что она начала хихикать.

Мокасины Стюарта появились в поле моего зрения.

— Ливи, мы должны уйти, — сказал он.

Услышав его слова, Морган попыталась отойти от меня, но я обняла ее крепче.

— Не-а. Еще не всё.

Ее позабавила моя шутка, но я была зла, как, черт возьми, Стюарт имел наглость прервать нас.

— Знаешь, что? Я думаю, у меня есть сюрприз для тебя.

Ее глаза загорелись.

— Можешь дать мне минутку? Я посмотрю, смогу ли найти его, — я легонько отодвинула ее от себя и выпрямилась.

Она взволнованно кивнула и вернулась к матери.

Я последовала за Стюартом в комнату, которую выделила нам больница.

Громкие стоны разочарования послышались в толпе из-за моего ухода.

— Я скоро вернусь. Обещаю, — объявила я и услышала оглушительные крики одобрения толпы.

— Не вернешься! Ты уже опоздала на три часа, — пробурчал Стюарт.

— Ну, я собираюсь опоздать еще сильнее, потому что не уйду, пока не встречусь со всеми, — прошептала я одними губами.

Я повернулась к ним еще раз, прежде чем Девон проводил меня в комнату, закрыв за собой дверь.

— Да ладно, Ливи. Не делай из меня плохого парня. Меньше чем через час у тебя ВИП встреча. Я понимаю твою преданность, и это здорово. Хорошо для твоей души и для рекламы. Двойная выгода.

Я закатила глаза. Потому что находилась там не ради рекламы. Мне хватало освещения моей жизни в прессе.

Я находилась там, где хотела быть.

Где чувствовала себя комфортно.

Где я была счастлива.

Где была когда-то раздавлена.

Но, в конечном счете, это единственное место, где я чувствовала себя нужной.

— Ливи, у тебя сотни поклонников, которые заплатили за ВИП обслуживание. Если тебя там не будет, то это точно не ВИП встреча.

— Ты знаешь, что я не могу уйти, — зарычала я.

Я ненавидела Стюарта, но не потому, что он был мудаком. Он просто делал свою работу. Я платила ему тысячи баксов, чтобы убедиться, что моя жизнь протекала гладко. И он был хорош во всех делах.

Но это не значило, что мне нравился абсолютно нулевой контроль над своей жизнью, в том числе над такой простой вещью, как время.

— Ливи, как насчет всех людей, которые часами стояли в очереди, чтобы встреться с тобой? Что насчет родителей, которые копили, чтобы выкупить билеты за четыреста пятьдесят долларов? Это совсем не мелочь. А парень, который хотел сделать предложение? Все это было приготовлено заранее. Я понимаю. Клянусь Богом, понимаю. Я позволил бы тебе остаться еще на три часа, но если хоть кто-нибудь не появится в нужном месте в течение часа, то это будет полным кошмаром.

Я нервно жевала свою нижнюю губу. Он мне ничего об этом не говорил, я ничего не знала. Но подписала контракты на три концерта и три встречи с поклонниками. Это было прекрасно разрекламированное этакое «возвращение домой», поскольку я не выступала в Сан-Франциско уже три года. Это была моя последняя остановка перед закрытием моего тура в прямом эфире в Лос-Анджелесе на следующей неделе.

Я заранее знала, что мужчина заплатил значительную сумму денег, чтобы удивить свою (надеюсь) будущую невесту, сделав предложение рядом с любимой певицей. Но маленькая девочка с лейкемией тоже меня ждала. Я лично отправила ей билеты за месяц. Также меня ждала команда, которая получила олимпийскую золотую медаль по плаванию, они недавно пережили потерю своего товарища. И использовали мою песню «Вера» в память о ней в социальных сетях. Им я тоже отправила билеты.

Они все были там.

В ожидании меня.

Чувство вины захлестнуло меня. Но как бы я не старалась, не могла разорваться и оказаться везде.

Боже, как мне все успеть.

— Ладно, сколько их еще осталось? — спросила я, попытавшись разобраться в своей голове.

— По крайне мере еще дюжина детей. Затем их братья и сестры, и родители, а также несколько врачей с их семьями, медсестер…

— Ладно, ладно. Я поняла, — вздохнула я, сжав переносицу.

— Ливи, — выдохнул Стюарт, подойдя ко мне