Древний Рим. Честь преторианца - Регина Грез

Полная оптимизма я уже с вожделением смотрела на дымящиеся лепешки с начинкой из сыра и зелени. Долой уныние и скуку! Я широко улыбнулась висевшей на стене картине древнего города и даже несколько театральным жестом подняла вверх кружку с зеленым чаем. Увы, не с бокалом фалернского сорокалетней выдержки.

И все-таки – Viva Roma!

Неожиданно я почувствовала легкое головокружение. И когда только успела перегреться, ведь даже на солнце сегодня почти не была.

Странное состояние, почему-то руки замерзли, и сердце часто колотится. Не бывало со мной прежде таких неприятностей. Наверно, перенервничала утром, когда выясняли отношения с Ромкой. И вообще последние месяцы были напряженные.

Я отодвинула в сторону блюдо с едой и прикрыла глаза руками, пытаясь глубоко дышать. Почему здесь так душно и шумно, толпа аниматоров заглянула перекусить? Какая вонь – горелая рыба и прогорклое масло… Ох, мой чрезмерно чувствительный нос! Заходя в кафе, почему-то не замечала столь неприятных запахов. Иначе бы вовсе не стала задерживаться.

С некоторым раздражением я отняла от лица ладони и тотчас ужаснулась. Так ведь было чему – помещение неузнаваемо изменилось. Вместо комнаты с пятью аккуратными столиками и барной стойкой в углу я находилась в большом зале, потолок которого держался на нескольких четырехгранных колоннах из закопченного дерева.

С вершин столбов на железных цепочках свисали архаические светильники, часть из которых была зажжена. Но самое удивительное – в глубине залы горел настоящий очаг, а люди, сидящие на корточках у огня, похоже, следили за вертелами с мясом. Что за чудеса! У меня галлюцинации начались?

Вокруг в беспорядке были расставлены грубо сработанные деревянные столы, а за ними на скамьях и табуретах полно народу и все вопят пьяными голосами.

Я попыталась вскочить и убраться на улицу, отчего-то решила, что наваждение пройдет на свежем воздухе, но чья-то рука бесцеремонно дернула меня обратно на скамью, а лысоватый дядька заорал прямо в ухо:

– Чего скучаешь одна, красотка? Посиди с нами, выпей вина и повеселеешь. Эгей! Прокт, тащи сюда еще секстарий своего пойла для моей новой подружки. И не забудь подать вяленой трески, недаром отец таскает тебе каждое утро свежий улов.

У меня не было разумного объяснения происходящему, пожалуй, только одна смутная мысль билась в голове, как рыбешка в сети: «Это розыгрыш, рекламный трюк для посетителей кафе».

Ловко работают местные виртуозы, вот только я представлений не заказывала и платить за пошлое комедианство не собираюсь. Но как же быстро они обстановку сменили – на дощатом полу подозрительные лужи, между грязными столами шныряют растрепанные девки с кувшинами. А вообще, качественная постановка. Таверна старого приморского городишки вполне могла иметь такой внутренний облик.

– Спасибо! Простите, но мне пора.

Я пытаюсь вежливо проститься, поправляю на плече сумочку, а полноватый круглолицый мужчина поднимается следом, не спуская с меня зовущего взгляда. И вдруг высокомерно заявляет:

– Чего ты жмешься, красавица, я заплачу тебе целых пять ассов, если пойдешь со мной. Или приглядела дружка богаче? Назови его имя, блистательная, сейчас же пойду и проткну как мурену для стола Цезаря. Не будь я сам Фарбий Эдей – лучший гистрион Рима.

Толстячок забавно сдвинул брови и свирепо выпятил нижнюю губу, бешено вращая глазами. Вот это было смешно! Я не удержалась от аплодисментов.

– Здорово! Я только вчера приехала в город, вышла побродить по улицам, ничего еще не видела толком. Но при чем здесь Рим… Ах, это связано с антуражем кафе… да-да, я видела картину…

– Ты приехала одна? – мужчина перебил меня и снова попытался обнять, присев рядом.

Немало смущала подобная фамильярность, но, возможно, это была часть сценария. Как бы поскорее откланяться и выйти из шумного балагана…

– Меня ждет муж, ему нездоровится. Дайте уже пройти!

– Славное дело! – заорал толстяк в каком-то диком восторге, – Твой муженек болен, а ты пришла развлекаться в кабак, наверно, твой благоверный по-свински обошелся с тобой, а?

Актер игриво подмигнул, масляно улыбаясь.

– Я точно сумею тебя утешить. В каком образе мне предстать, чтобы произвести лучшее впечатление? Тебе нравятся робкие юнцы или суровые мужи? Всадники или торговцы? Выбирай – для тебя я готов сыграть самого Юпитера.

Ну, это уж перебор! Я пулей вскочила из-за стола и бросилась искать выход, чуть не налетев на молоденькую девчушку, тащившую поднос с рыбой. Все понимаю – декорации, музыка, историческая атмосфера, но как могли измениться размеры кафе, куда исчезли двери?!

Пока лихорадочно искала пути к бегству, взгляд натыкался на