Диссертация ведьмы - Лана Светлова

— Мы справимся, — подбодрила своего начальника я.

— Конечно, — без особого энтузиазма ответил Корде, а потом повернулся ко мне. — Только если Агнесса выносит такие вопросы на голосование, значит, ее поддержали как минимум треть от членов Совета.

— Может, она блефует или подделала подписи?

— Вряд ли, Агнесса так мелко не играет. У нее действительно есть поддержка. А это значит, что и шанс при голосовании тоже есть.

— Но вопрос о преобразовании должен быть согласован и Канцелярией Императора, — напомнила я, потирая виски. Мысли никак не желали выстраиваться в стройные ряды.

— Скорее всего, так и есть. Но я проверю это по своим каналам — на всякий случай, — согласился со мной ректор. — Напомни-ка мне пункты устава про решения Совета.

— При принятии наиболее значимых решений необходимо согласие не менее двух третей от присутствующих членов Совета. Кворум достигается, если присутствует не менее половины от общего числа членов, — по памяти процитировала я.

— То есть из двадцати одного члена Совета как минимум восемь должны быть на нашей стороне. Или как минимум одиннадцать должны не присутствовать завтра.

Я сделала пометку в блокноте и предложила:

— Я сейчас схожу к Ученому секретарю, включу все свое обаяние и напор, и посмотрю на документы Агнессы. Она должна была принести предложение о преобразовании, подписанное всеми согласными членами Совета. Заодно узнаю, сколько у Агнессы сторонников, и кто это.

— Справишься? — приободрился ректор.

— Конечно!

Тем более, не впервой проворачивать такие шпионские действия. Про себя я подумала, что после того, как узнаю сторонников Агнессы, можно будет вывести из битвы некоторых из них. Но ректору об этом лучше не знать, он все-таки далеко не все мои методы одобряет…

…На следующий день я входила в зал Совета собранная и готовая к бою. За истекшие сутки я сделала все, что в моих силах — установила всех, поддержавших Агнессу; выявила самых слабых из них и применила все методы воздействия, которые были в моем арсенале: угрозы, шантаж, обман… одного из сторонников Агнессы, моего давнего поклонника, даже пришлось многообещающе поцеловать в коридоре. А потом посулить продолжение сразу после Совета, если он, конечно, проголосует за ректора. Слово я свое сдерживать не собиралась, и понимала, что на следующем Совете мне, конечно, отомстят, но меня это мало волновало — сейчас главное было выиграть битву.

Зал заседаний Совета, разместившийся на самом верхнем этаже Академической башни, сиял огнями. Хрустальные люстры сверкали и переливались, отбрасывая уютный свет на задрапированные синим бархатом стены. Белоснежная лепнина на потолке перекликалась с белым мрамором колонн и гипсовыми барельефами ученых на стенах. От центральных мест — мест председателя Совета, его заместителя и ученого секретаря — полукругом вверх разбегались сектора, где размещались члены Совета.

Я юркнула на неприметный диванчик в углу — членом Совета я не являлась, и претендовать на место в гуще событий не могла. Но мне это и не было нужно — со своего диванчика мне было отлично видно всех, а я сама не привлекала ненужного внимания.

Мимо меня проскользнул, приветливо махнув рукой, Аллар Минт. Прошла, сдержанно кивнув, моя заклятая приятельница Грета Гиз, проректор по учебной работе. С ней было неплохо время от времени перемыть кости коллегам, но доверять ей было опасно: единственный человек, которому она служила — она сама.

А зал уже наполнялся народом. Присутствовали почти все:

декан факультета техномагии, грузный и добродушный Юлий Гар;

декан факультета целительства, резкая, громкоголосая Тайя Терр;

декан факультета агромагии, немолодой и мудрый Альдер Даш;

декан факультета магической истории, вдумчивая и осторожная Мари Канози;

декан факультета магического права, уверенная и хамоватая Дадари Сунж;

декан факультета землеустройства и магической картографии, вечно хмельной и общительный Лаур Дож,

декан факультета биомагии, интеллигентный и до конца в себе не уверенный Ольгер Зарр;

декан факультета алхимии, вечно всем недовольная Агнесса Асцерийская;

декан факультета природных стихий, суховатый и подозрительный Констанс Наур;

декан факультета языков и культур Содружества, возвышенная и утонченная Лана Ноланская.

Я мысленно подсчитала присутствовавших — вместе с ректором, его замом Гретой Гиз и ученым секретарем выходило четырнадцать человек — кворум есть. Из семерых отсутствующих пятеро не явились потому, что постаралась я. Неплохо. Значит, будем надеяться, что голосование пройдет в нашу пользу.

Появившийся ректор дал старт заседанию Совета, и первой к кафедре вышла Агнесса Асцерийская. Она долго и экспрессивно вещала о значимости преобразования Магического Университета в Магическую Академию, заманивала открывающимися перспективами, и бросала особенно яростные взгляды на пустующие кресла, где должны были сидеть ее сторонники. Надо отдать Агнессе должное — она была убедительной, и я видела, как у некоторых из членов Совета загорались глаза от страстных речей Агнессы.

За Агнессой вышел Лаур Дож. Он начал издалека, рассказывая о своем детстве, учебе в школе и академической карьере. Мне подумалось, что ему просто хотелось поболтать. Когда я уже стала задремывать под его монотонное успокаивающее бормотание о домашних питомцах, Лаур Дож все-таки перешел к выводам и сообщил, что его родители, жена, пятеро детей, три собаки, кошка, канарейка и рыбки в едином порыве поддерживают благое начинание Агнессы.

Потом с длинными и пространными речами выступили еще шестеро докладчиков. Большинство были воодушевлены предложением Агнессы и предлагали его немедленно поддержать. Я пометила их имена в своем блокноте и нервно заерзала, понимая, что битву сегодня мы, может быть, и выиграем, но войну у нас есть все шансы проиграть.

С заключительной речью перед голосованием выступил ректор Корде. Он был убедителен и невозмутим — поблагодарил Агнессу за великолепное предложение, но усомнился, что такой серьезный вопрос можно решить внезапно, без предварительного согласования на факультетах. Все же, академическое сообщество строится на началах демократии, и мнение каждого работника должно быть услышано. Я восхищенно присвистнула про себя. Все-таки, может, Иохиммиус и постарел, но остался все таким же великолепным дипломатом и руководителем. Его речь была образцом разумности и взвешенности. Все зашумели, соглашаясь, лишь Агнесса полыхала от ярости, но молчала.

По итогу дискуссии провели голосование. Почти все присутствующие, кроме Агнессы и Лаура Дожа, проголосовали за то, чтобы обсудить решение о преобразовании на своих факультетах, а затем снова вынести его на Совет. Что ж, ожидаемо — сегодня мы смогли выстоять, но следующий Совет будет решающим, и наши шансы на победу крайне малы. Зато есть время, которое можно использовать для подготовки своих позиций.

Я ожидала, что на