Игрушка Плюшевых мишек - Оксана Чернышова

Я выгнулась в пояснице. И Борис глубоко погрузил свои пальцы в истекающее влагой нутро. Меня накрыл мини оргазм. Как же всё пошло, как же желанно. Большой палец ласкал клитор, а другие его пальцы работали словно поршни. Я закрыла глаза и волной удовольствия смыло все похотливые лица, не упускающие ни одного движения, ни одного вздоха.

Я уже сама со стонами насаживалась на пальцы Бориса. Трясь бедрами, оставляла свой запах на его коже. Словно я была похотливой кошкой. И мне было всё равно на шум и скабрёзные шуточки. И уже всё равно что мой голый зад упирается в оттопыренную ширинку Валька. И парень дрожащими от нетерпения руками поддерживает меня за плечи и упоенно пыхтит мне в ухо. Дыхание Валька не сбивает с ритма, а наоборот, подхлёстывает. Слишком откровенно. Слишком поздно думать о скромности. Есть лишь одно желание — получить разрядку. Я знаю, что Валек поскуливает, кусая губы. Ему тоже хочется окунуться в водоворот сладких ощущений. Но верный пёс не осмелится ко мне прикоснуться. Он ничего не сделает без разрешения хозяина. И все мы сейчас ходим по грани. Я иду по лезвию ножа, раня сердце и душу. Я наступаю на битое стекло босыми ногами. Моё падение в бездну началось. И лишь сильные руки Бориса не дают мне упасть и разбиться.

Жарко, как же жарко. Мне нужна разрядка. И я молю:

— Прошу. Борис, не останавливайся, прошу.

Как жертва просит о последнем желании палача. Так и я сейчас просила о последнем крике. Да, я хотела получить разрядку, дико хотела. И опытные пальцы Бориса дали мне её. Я получила мощный, умопомрачительный оргазм. От которого меня трясло, словно я сидела на электрическом стуле. По моим ногам лилась извергнутая моим организмом влага. Моё тело била крупная дрожь. А пальцы Бориса всё ещё были во мне. В моих ушах стоял гул, а сердце билось как бешеное. Вначале я не понимала, что говорит Борис. Но потом до меня дошел смысл его слов.

— Минус ещё один день. И если я сегодня подпишу контракт, то ты будешь год получать один процент от прибыли. Лично ты, а не твой отец. Ты меня понимаешь? Если да, то кивни, — я с трудом кивнула. — Молодец, — похвалил меня Борис. — Я тобой доволен.

Борис кивнул, и Валек подхватил меня на руки. Так как сама стоять на ногах всё ещё не могла.

Я затуманенным взором смотрела на Бориса. Как он с упоением облизывает пальцы, которые секунду назад были во мне. А в кабинете стоял невообразимый гул. Как будто я уходила не с позором, а с громкими овациями. Сил на стыд не осталось.

Валек, на удивление, всю дорогу молчал. И не сыпал скабрезными замечаниями. А я, сидя на заднем сидении, укутавшись в пиджак Бориса, вдыхала его восхитительно приятный парфюм. Или это его естественный аромат?

Видимо, в дороге я задремала. Потому что Валентин осторожно вытащил меня с заднего сиденья. И я, закинув руку ему на шею, доверчиво прижалась к его груди. Доверчиво? К своему врагу?

Меня раздели и уложили на кровать, и я моментально отрубилась. Мне не снились сны, меня не била истерика. Меня не волновала золотая клетка, в которую я сегодня попала. Ничего такого не было потому что я спала.

Очнулась от того, что услышала клацанье клавиатуры. Кто-то работал на ноутбуке. Открыв глаза, резко села. И тут же вспомнила, что было накануне. Щёки мои тут же запылали. Одеяло, которым была укрыта, сползло с моих плеч, оголив грудь. Я его тут же натянула на себя.

— Привет, Лизонька. Как спалось? — это был Борис.

Он сидел напротив кровати с ноутбуком в руках. И пристально на меня смотрел.

— Спасибо, нормально.

— Ты уже успокоилась? Истерик не будет? — Борис убрал ноутбук, положив его на столик.

— Нет, — буркнула нехотя.

— Иди ко мне на колени, и я тебе расскажу, как будут проходить наши дни, — Борис протянул ко мне руку, и я, подчинившись, откинув одеяло, спустила ноги на пушистый ковер.

Комната была оформлена в светло-бежевых тонах. Ничего помпезного и кричащего. Лишь спокойные, приятные глазу цвета. Светлых тонов деревянная кровать, светлые шторы, светлый пол. Комната дышала, в ней было комфортно и на удивление уютно. В дальнем конце комнаты располагался небольшой камин. Мне в этом месте было легко и на удивление хорошо. Ведь рядом был тот, от которого моё глупое сердце трепетало.

Я хотела укутаться в одеяло, но Борис остановил:

— Возьми лучше плед, он лежит в комоде.

Глава 4

Мне было неуютно перед Борисом дефилировать обнаженной. И это после того, как сама отдавалась ему в присутствии стольких мужчин. И всё же это было тогда, а это сейчас. Борис был без пиджака и привычной белой рубашки. На нем надет лёгкий из натуральной ткани светлый костюм. И выглядел он шикарно.

Я никогда не видела Бориса в такой повседневной одежде. И это было так мило и по-домашнему что невольно улыбнулась. Его рука всё ещё была протянута в мою сторону. И за то время, пока я вставала и искала в комоде плед. Он её не опустил. Не разорвал зрительный контакт. Лёгкая улыбка обольстителя на устах. Боялась ли я его? И да, и нет. Я совершенно не знала, что будет в следующую минуту. И чем мне грозит не подчинение. Не знала и знать не хотела. Лучше быть вдвоем, чем чувствовать на себе посторонние жадные взгляды истекающих слюной мужчин.

Поэтому молча взяла его за руку и села на его колени. Он тут же накрыл нас обоих пледом. От его тела исходил жар. Плед согревал меня спереди, а спину мою грел Борис. Мне было хорошо и уютно сидеть на его коленях. Что прошедшие события показались лишь дурным сном.

— Я погрею свои руки? Ты не против? А то озяб.

— Не против, — чуть слышно прошептала я.

Тело моё было напряжено, словно натянутая струна. Ладони Бориса проникли под плед, и он опустил руки на мою грудь. Вздрогнула. Руки его действительно были холодными.

Большие пальцы легли на соски, и мужчина начал с ними играть. Нос Бориса уткнулся в мои спутанные после