Миг пылких чувств - Дженис Мейнард

Но она знала, как расстроится Табби, и оставила эту идею.

Дейли хорошо помнила тот день, когда ее сестру привезли из родильного дома. Она моментально влюбилась в этот крошечный сморщенный комочек. На протяжении десяти лет она была правой рукой своей матери. Дейли любила сестру, и ей нравилось заботиться о маленькой девочке, ставшей ее тенью. Иногда они ссорились, но по большей части были настолько близки, насколько это возможно для сестер.

Как бы ей ни было больно это признавать, у нее нет другого выбора, кроме как смириться с предстоящими мероприятиями и изобразить улыбку на лице. Тристан так Тристан, ничего не поделаешь.

Ей придется тренироваться брать его за руку и идти по проходу. Затем жених и невеста встанут между ними. Когда церемония закончится, Дейли снова придется коснуться руки шафера. Она знала, что справится с этим.

На лужайке позади отеля стояли две длинные белые палатки, готовые к празднику. Табби и Джон решили пригласить на эти выходные только семью и близких друзей.

Дейли одобрила их решение. Свадьбы отнимали много сил даже при самых благоприятных обстоятельствах. Если пара хотела провести свадьбу в тесном кругу, то все событие становилось более интимным и значимым.

К сожалению, такая обстановка также означала, что подружка невесты и шафер будут вынуждены проводить вместе больше времени, чем необходимо.

«Ничего страшного», — решительно сказала себе Дейли. Она сможет справиться с Тристаном Гамильтоном.

Быстро приняв душ, она начала изучать платья, которые взяла с собой на репетицию и ужин. Табби одобрила и то и другое. Одно из них было беспроигрышным выбором — бирюзовое платье без рукавов с вышивкой того же цвета на вырезе и подоле. Цвет хорошо подходил к ее светлым волосам и светлому цвету кожи.

Но когда посмотрела на себя в зеркало, то поморщилась. Платье было неплохим, но не сногсшибательным. По какой-то причине она чувствовала необходимость что-то доказать Тристану Гамильтону. Например, тот факт, что она не нуждалась ни в нем, ни в его престижном рекламном агентстве.

Когда надела второе платье, то поняла, что это беспроигрышный вариант. Табби была худощавой и темноволосой: она пошла в отца. Дейли унаследовала более пышную фигуру своей матери.

Это розовое платье подчеркивало каждый изгиб ее тела. Тонкие бретельки обнажали ее плечи, что приятно освежало в майскую жару. Платье было приталенным с пышной юбкой, заканчивавшейся на добрых десять сантиметров выше колен.

Такое платье требовало уверенности в себе.

Дейли поставила себя в неловкое положение в тот день, когда ворвалась в офис Тристана. Она хотела, чтобы он серьезно относился к ней. Если бы он был честен в делах, то, возможно, сам направлял бы к ней клиентов, которые действительно хотели более современного подхода в рекламе.

Когда кто-то постучал в дверь, Дейли посмотрела в глазок и увидела свою сестру. Она рывком открыла дверь.

— В чем дело? — спросила она встревоженно.

Табби улыбалась:

— Разве невеста не может прийти к своей подружке?

Дейли почувствовала намек на напряжение.

— Ты в порядке?

— Да. — Табби начала мерить комнату шагами. — Это нормально, что я не волнуюсь?

— Серьезно? — Дейли усмехнулась. — Ты волнуешься, потому что ты не волнуешься?

Табби присела на край кровати.

— Я знаю. Я дурочка. Все идет просто идеально. Я счастлива и взволнована тем, что выхожу замуж за Джона. Думаю, все это кажется слишком хорошим, чтобы быть правдой.

— Ты заслуживаешь счастья, дорогая. И все в порядке. Твоя семья здесь. Ничего плохого не произойдет.

— Если только вы с Тристаном не убьете друг друга.

— Я обещаю, что этого не произойдет. Если тебе интересно, мы вдвоем успели пообщаться в баре отеля и согласились вести себя хорошо.

Глаза Табби расширились.

— Мне бы хотелось в это верить. Почему он тебе не нравится, Дейли? Ты же не можешь действительно верить в то, что он хочет разрушить твой бизнес?

В самом деле, почему Дейли в этом так уверена? Возможно, ее антипатия была защитой от того, что он заставил ее чувствовать. Рядом с ним она теряла силу воли.

— Возможно, в прошлом я слишком остро реагировала, — ответила она. — Он не злодей. Но он меня раздражает. Он высокомерный и слишком самоуверенный.

— Неужели можно быть слишком самоуверенным? — спросила Табби. — Тристан не может исправить тот факт, что он богат, красив и очень талантлив в своем деле. Мне он нравится. Он очень любит Джона, так что у нас с Тристаном это общее. Он был со мной мил и радушен.

Горло Дейли сжалось.

— Я рада. Их семье повезло, что у них есть ты.

— Может быть, Тристан тоже кого-нибудь найдет.

— Я удивлена, что он еще этого не сделал, — сказала Дейли. — Атланта, возможно, и большой город, но количество подходящих мужчин не бесконечно.

— Джон говорит, что Тристан трудоголик и слишком разборчив, когда дело касается женщин. Мой Джон признал эту ошибку. Возможно, он был таким же, как его старший брат, но теперь у него другие приоритеты.

— И этот приоритет — ты? — ухмыльнулась Дейли.

— Я слишком скромна, чтобы хвастаться, — ответила Табби, — но да. Он уже даже говорит о детях. И знает, что я не потерплю отсутствующего отца. Наш отец прожил свою жизнь именно так, но я хочу от мужа большего. Ребенку нужны отец и мать.

Дейли завидовала почти осязаемой уверенности сестры в своих решениях. Табби была учительницей в начальных классах. Сейчас, во время летних каникул, у нее будет пара месяцев, чтобы привыкнуть к семейной жизни. Дейли была рада за нее.

Но она не могла избежать чувства зависти с примесью вины.

Табби, совершенно не подозревая о противоречивых эмоциях сестры, была одета в маленькое черное платье от-кутюр, в котором выглядела утонченно и красиво. Завтра она будет потрясающей невестой.

Табби встала и разгладила подол платья.

— Мне нужно пойти и позволить тебе закончить сборы. Я рада, что ты остановилась на розовом платье, — сказала она.

— Ну, я все еще не решила, — пробормотала Дейли.

— Нет! Считай это желанием невесты. Бирюзовый цвет — это нормально, но в розовом ты выглядишь сияющей.

— Спасибо, сестренка. Только это платье слишком откровенное.

Табби всплеснула руками:

— Я хочу, чтобы все увидели, насколько ты прекрасна. Кроме того, пара друзей жениха одиноки. Кто знает, что может случиться?

С озорной ухмылкой Табби выскользнула за дверь и направилась обратно в свой номер.

Прическа и макияж заняли еще полчаса. Когда все закончилось, было пятнадцать минут шестого. Все должны