В постели с незнакомцем - Индия Грэй

Джаспер испугался:

— Софи, что случилось?

Она взяла рюмку и сделала глоток. Джин был добрый, холодный, горький.

— Все в порядке. Просто я наконец побывала у врача.

Глаза Джаспера стали очень большими.

— Это не… ничего серьезного?

Софи махнула рукой:

— Нет-нет. То, что я и предполагала — эндометриоз. Хорошая новость — это совершенно безопасно, а плохая — у меня могут быть проблемы с потомством.

— Ох, девочка, я не знал, что тебе так важно иметь детей.

— И я не знала, пока не встретила Кита. — Ей захотелось спрятаться, и она опустила солнцезащитные очки на глаза. — Я поняла, как это важно, когда узнала, что это может быть непросто. Смешно, правда? — Софи вздохнула. — Однако доктор не сказал, что невозможно. Просто это займет много времени, и лучше не откладывать надолго.

Джаспер погладил ее руку:

— И когда ты начнешь пробовать?

Софи посмотрела на часы, подняла на него полные решимости глаза и улыбнулась:

— Примерно через двадцать семь с половиной часов.

Секундная стрелка вздрагивала, перемещаясь по циферблату. Кит сидел на пластмассовом стуле в отделении интенсивной терапии, смотрел на нее и задавался вопросом, выдержит ли стрелка следующий круг.

Он провел здесь уже несколько часов, с тех пор как медицинский вертолет наконец приземлился и доставил рядового Кайла Льюиса домой. Без сознания, с пулями в голове и спине. Не совсем то возвращение, о котором Льюис мечтал.

Кит опустил голову на руки. Ставшее уже привычным оцепенение распространилось до кончиков пальцев.

— Кофе, майор Фицрой?

Он вздрогнул и выпрямился. На стоявшей перед ним нянечке был одноразовый пластиковый передник. Она улыбалась, не зная, какие воспоминания пробудил в нем ее вопрос. Кит отвернулся и сжал зубы:

— Нет, спасибо.

— Принести вам обезболивающее?

Знает ли она, что это из-за него Льюис лежит там, подключенный к аппарату, который за него дышит? Мать сидит рядом, держит его за руку и тихонько плачет, а девушка, о которой Льюис говорил с такой гордостью, не может смотреть на него, и в ее глазах застыл ужас.

— Ваше лицо, — мягко сказала нянечка. — Я знаю, что вас осмотрели в полевом госпитале, но действие лекарств, которые вам дали, должно было уже закончиться. — Она склонила голову набок и смотрела на Кита с явным состраданием. — Раны от шрапнели очень болезненны.

— Они выглядят страшнее, чем есть на самом деле. Стакан доброго виски, и все будет в порядке.

Нянечка улыбнулась:

— Боюсь, в госпитале его не найти. Но вы можете поехать домой. — Пластиковый передник скрипнул, когда она направилась в палату Льюиса. — Его родные здесь. Вы заботились об этих ребятах пять месяцев, майор, — добавила она мягко. — Пора вам позаботиться о себе.

Прежде чем дверь опять закрылась, Кит успел мельком увидеть распростертую на кровати неподвижную фигуру. Он тяжело вздохнул. Чувство вины изгоняло воздух из его легких.

Дом.

Софи.

Мысль о ней едва не уничтожила остатки его самообладания. Кит опять взглянул на часы. Почти шесть вечера, а он в трехстах милях от дома. Кит встал, и его сердце вдруг забилось быстрее от потребности увидеть Софи. Обнять ее, раствориться в ее нежности, забыть…

Дверь за его спиной открылась. Обернувшись, Кит увидел вышедшую из палаты девушку Льюиса. Плечи опущены. Огромный живот. Хрупкая фигура. Стоя у стены, она выглядела трогательно юной.

— Они мне ничего не говорят. Я только хочу знать, поправится ли он. — Келли говорила с упрямой решимостью, но в ее глазах плескался страх. — Он поправится?

— Врач, полковник Ренделл, говорит, что худшее позади, — тихо ответил Кит. — Если солдат выдерживает перелет в полевой госпиталь, его шансы выжить уже равны девяноста семи процентам. А Льюис выдержал долгую дорогу домой.

— Я не хочу знать, выживет ли он, — заявила юная женщина. — Я хочу знать, поправится он или нет. Будет ли здоров. Я не выдержу, если он не поправится. — Ее голос сорвался. Она отвернулась. Кит видел, что она отчаянно старается не расплакаться. — Мы не очень хорошо знаем друг друга, — продолжала она после паузы. — Мы недолго встречались до того, как случилось это. — Она показала на свой живот. — Мы не планировали ребенка, но, как говорит мама, я сама виновата и расхлебывать должна сама. — Она посмотрела на Кита остановившимся взглядом, и по ее щекам потекли слезы. — И что будет? Если он… искалечен, я не смогу его бросить. Но кто в этом виноват?

Киту хотелось сказать: «Я. Целиком и полностью».

Он не имеет права забывать об этом.

Глаза Софи мгновенно открылись.

Она лежала очень тихо, глядя в теплую летнюю темноту, и напряженно ждала, не повторится ли звук, который ее разбудил.

Может быть, ей только показалось? Или приснилось?

Она села, стараясь прогнать сон. Кровь звенела в ушах, однако снаружи доносились обычные звуки ночного города: шум проезжающих машин, далекая сирена…

А потом что-то еще, уже в доме. Приглушенный стук, как будто что-то уронили, потом тихие тяжелые шаги. Кто-то медленно поднимался по лестнице.

Софи похолодела.

Потом с проклятием сбросила одеяло, встала на кровати и начала судорожно оглядываться в поисках какого-нибудь оружия. Как жаль, что она не играет в гольф или бейсбол. Нечем отпугнуть пришельца. Остается спрятаться под кроватью…

Фигура заполнила собой дверной проем, и сердце Софи забилось в горле. Поздно! Надо пойти на хитрость.

— Не двигайтесь! У меня есть оружие!

Пришелец со вздохом сделал шаг вперед:

— Там, откуда я пришел, это называется не оружием, а пультом от телевизора.

Голос был хриплый от усталости, чертовски сексуальный и определенно знакомый.

— Кит! — Это было нечто среднее между всхлипом и криком восторга. Софи мгновенно соскочила с кровати, и он поймал ее, когда она бросилась в его объятия и обвила ногами поясницу. Их губы соединились. Вопросы всплывали у нее в голове и тут же исчезали, потому что важнее всего было касаться Кита, целовать его…

Он опустил Софи на кровать, не прерывая поцелуя, его губы были жесткими и жадными. Кит пах землей и антисептиком, но за этими запахами она уловила аромат, который пьянил ее как вино. Аромат его кожи.

— Я думала, — выдохнула она, — ты приедешь только завтра.

Его губы вновь нашли ее губы.

— Я здесь, — прошептал он.

Теперь они вместе. В постели. Все остальное не имеет значения.

Желание наполнило Софи. Кит секунду стоял и смотрел на нее. Было темно, но все-таки она увидела серебристый блеск его глаз, и на нее нахлынула новая волна желания. Она встала на колени, сняла рубашку и поцелуем остановила тихий стон, вырвавшийся у Кита, когда он увидел ее обнаженное тело.