Только он - Элизабет Лоуэлл

Роуз засмеялась, и в ее смехе прозвучали кокетливые нотки. Продолжая улыбаться, она протянула руку Калебу, который возвышался над ней, словно башни.

С тех пор как Калеб несколько месяцев назад познакомил вдову с Эдди, он избегал слишком тесного общения с ней, но тем не менее всякий раз, когда приезжал в Денвер, рад был засвидетельствовать ей свое почтение. Он ценил в ней твердость характера и юмор, а также способность содержать пятерых детей и воспитывать их без мужа. Если за последние три года кто-то из мужчин и оказывал ей тайком помощь и внимание, это никак не влияло на неизменно высокое мнение Калеба о миссис Соренсон, ибо деньги она тратила на детей, а не на наряды и экипажи.

Калеб сдернул с головы шляпу и наклонился к руке Роуз с элегантностью, которая свидетельствовала о том, что он прошел хорошую школу. Его светская непринужденность подсказала Виллоу, как мало он уважал ее. У Калеба были превосходные манеры, однако же перед ней он не снял шляпу и не приложился к ее руке.

— Я поняла так, что вы не знаете моего бр… э-э… мужа? — сказала Виллоу. Ее голос был холоден, как шелк платья.

— Именно так.

Виллоу вскинула темно-янтарные брови.

— Тогда откуда вы знаете, что Мэт красив?

— Я никогда не встречал девушки, которая мечтает об уродливом муже, если, конечно, он не какой-нибудь богач Ваш муж богат?

— Нет, — быстро ответила она, думая о золотой жиле, которую нашел и пытается разработать Мэт. — У него нет за душой ни цента.

Но Калеб уже не слушал ее. Отвернувшись от Виллоу, он протянул руку спутнику Роуз.

— Привет, Эдди! Рад видеть тебя снова на ногах. Я боялся, что этот чертов необъезженный жеребец тебя доконает.

— Да, я чуть было не убился, разрази его гром, — ответил Эдди, пожимая протянутую руку и с видимым облегчением усаживаясь в кресло. — Правая рука и правая нога до сих пор еще немеют. В следующий раз я позволю тебе выбить дурь из этого жеребца.

— Стоит ли? Я бы на твоем месте спустил его в карты. Он ведь и достался тебе за покерным столом. Хоть он и золотистой масти, — Калеб скользнул взглядом по волосам Виллоу, — но натура у него, как у подколодной змеи. Ему никогда нельзя довериться. Как бы вывеска ни радовала, а дурная кровь берет свое.

Виллоу постаралась убедить себя, что Калеб без всяких намеков в ее адрес говорит о лошади. Между тем он отошел от нее и стал настолько увлеченно беседовать с Роуз, что Эдди вынужден был подняться с кресла, чтобы не оставлять Виллоу без компании.

— Не беспокойтесь, — сказала Виллоу, видя, что ему тяжело стоять, и тотчас же села рядом. — Я вполне могу посидеть.

— Благодарю вас, сударыня, — вздохнул он и удрученно добавил:

— С тех пор как меня сбросила эта лошадь, я лишь жалкое подобие мужчины.

Чтобы польстить мужскому самолюбию Эдди, Виллоу улыбнулась и сказала тихонько, предназначая слова только ему:

— Мужчины не меняются с возрастом или от полученных ран. Вы настоящий джентльмен — так помогли мне.

Калеб расслышал каждое слово Виллоу. Он пристально посмотрел на нее, пытаясь обнаружить в ее поведении признаки кокетства, но прочитал на ее лице лишь сочувствие. Нахмурившись, он подвинул стул и сел. Калеб ожидал, что Виллоу поведет себя как избалованная южная леди, но она сумела пролить бальзам на раны Эдди и избавила его от необходимости стоять, превозмогая боль. Возлюбленная Рено заставила его удивляться, а он этого не любил, потому что слишком много людей умерло у него на глазах с выражением изумления на лице.

— Как вы добрались? — спросила Роуз, поворачиваясь к Виллоу. Чувствовалось, она была не прочь поболтать.

— Это было грандиозно! — улыбнулась Виллоу. — Мэт писал мне про Миссисипи, но нужно собственными глазами увидеть закат на ее берегу. Я не могла себе представить, какая она величественная! Когда мы на следующий день переплывали ее, впечатление было такое, будто скачешь на необъезженной лошади.

Роуз поежилась.

— Я припоминаю, что когда несколько лет назад переплывала Миссисипи, то чуть не умерла со страху. Мужу пришлось пережидать, пока спадет вода… А видели бы вы ее в мае! Она выходит из берегов и бурлит, как дьявол!

— Это верно. Громадные деревья крутились в ней как щепки. К нашему парому прибило вырванный с корнем дуб… несколько лошадей сбросило в воду… К счастью, мы были недалеко от берега, и они выплыли.

Калеб молча вспоминал, как впервые переплывал Миссисипи. Тогда ему было только пять лет, но могучая река его скорее поразила, чем напугала. Сравнивая свои детские впечатления с тем, что рассказывала Виллоу, он понял, что она тоже влюблена в дикую красоту могучей реки.

— Как вам понравилась езда в дилижансе? — продолжала расспросы Роуз. — Я зареклась в них ездить. А мне так хочется съездить на восток… Но боюсь, я умру раньше, чем здесь появится железная дорога.

После некоторой паузы Виллоу призналась:

— Да, тряска была ужасной. Извозчик без конца щелкал кнутом и ругался, а скрежет колес мог разбудить мертвого. Через несколько дней пути я задумалась, не обслуживает ли почтовая компания преисподнюю.

Роуз улыбнулась.

— Это, должно быть, так трудно и непривычно для девушки из благородной семьи.

— Еще более непривычно то, что на всей этой земле нет деревьев, — сказала Виллоу. — Ни одного! Станции вырыты в холмах, и крыши покрыты дерном. Мэт говорил мне об этом, но я думала; что он преувеличивает.

Эдди засмеялся и покачал головой.

— Только не говорите, что я не предупреждал вас, миссис Моран.

— Да, вы писали об этом. Когда я нашла ваше имя в бумагах отца… т. е. свекра и написала вам про Мэта, вы едва не отговорили меня.

— Такое путешествие — слишком суровое испытание для одинокой молодой женщины.

— Эта дорога тяжела для любого, но у меня, по крайней мере, были собственные лошади. Ехать на моем жеребце Измаиле гораздо удобнее, чем в дилижансе. Когда не было дождя, я ехала верхом. Моим попутчикам было тяжелее, чем мне. У них не было лошадей и денег, чтобы оплатить вынужденный ночлег. Некоторые из этих бедолаг добрались по этой причине вдвое быстрее меня.

— А почему бы вам не подождать мужа? Он наверняка нашел бы вас, — полюбопытствовала Роуз, но тут же вспыхнула и с улыбкой добавила:

— Господи, что это я говорю! Простите меня, миссис Моран. Из-за своего любопытства я забываю о хороших манерах. Приезжающие к нам люди не очень-то любят распространяться о своих делах и даже не называют свое подлинное имя.

Прежде чем Виллоу успела что-либо ответить, Калеб холодно заметил:

— Тебе не стоит переживать из-за хороших манер, Роуз. Миссис Моран — южная леди и не ждет от здешних людей изысканности в обращении.

— Калеб Блэк! — удивленно воскликнула Роуз. — Что такое вселилось в тебя? Ты ведь не из тех, кто ненавидит всех южан подряд. И потом, у тебя манеры лучше, чем у мужчин на востоке, юге и севере!.. По крайней мере, были. — С этими словами она повернулась к Виллоу и погладила ее руку. — Не обращайте на него внимания. Это все не всерьез. Он очень даже неплохо относится к южанам. Ведь Эдди из Техаса.