Санта Байкер - Никки Лэндис

— Какого черта? — Выпалил Боди, и громкий хохот заполнил комнату, когда он откинул голову назад и расхохотался.

— Мне не нужна киска, Раэль. Отвали.

— Серьезно, когда ты в последний раз трахался? Есть много клубных девушек, которые могут снять напряжение. Я слышал, что стандарты довольно низкие…

Это было все, что он успел сделать, прежде чем мой кулак попал ему в челюсть. Раэль не двигался, пока я смотрел, как его Жнец поднимается на поверхность, и в его глазах появилось знакомое, вызывающее выражение. Ублюдок любил подшучивать над своими братьями и получал удовольствие от конфронтации. Это была его сильная сторона. Не то чтобы Раэль был мудаком, ладно, так оно и было, но он любил поднимать шум, и, возможно, силовик в нем не мог устоять. Он был нашим сержантом по оружию сейчас и был им в течение многих лет, но его первой любовью была защита клуба и соблюдение правил. Он не был счастлив, пока не мог испачкаться, пустить в ход кулаки или пытать какого-нибудь невезучего сукина сына за то, что тот перешел дорогу клубу.

Суть была в том, что я знал его слишком хорошо. Он любил насмехаться. Я просто был не в настроении, черт возьми, разбираться с этим сегодня.

Следующим замахнулся Раэль, и я пригнулся, едва увернувшись от удара. Он захихикал, когда я попал ему в живот, а затем воздух пронзил громкий свист. Внезапный пронзительный звук заставил меня вздрогнуть, и мой взгляд устремился прямо на Грима. Его руки были скрещены на груди, он хмуро смотрел на нас обоих.

— Раэль, найди себе какое-нибудь другое занятие, чтобы занять свое время, или ты можешь помочь Перспективам расставлять украшения в течение следующих восьми гребаных часов. Диабло, сейчас же в мой офис.

Не обращая внимания на смешок Раэля, я щелкнул его, следуя за Гримом по коридору в его кабинет. Он отделил помещение от часовни, что имело смысл. Дела клуба обсуждались в обоих местах, но там, где все члены имели право голоса и были обязаны присутствовать во время церкви зная все, в его частной территории хранилось много секретов. Это была открытая дверь для каждого брата в клубе. Безопасное место, если его можно так назвать, для группы байкеров-преступников.

Когда дверь за нами закрылась, мой президент закурил и начал затягиваться, жестом приглашая меня присесть. Нахмурившись, я попытался не заострять внимание на том факте, что это не будет быстрым разговором. У него было что-то на уме, и когда Грим обдумывал это дерьмо, это означало, что в клуб надвигаются неприятности. Такого рода неприятности, которые обычно заканчиваются трупами. Это было то, на чем я специализировался. Заметать следы клуба, но есть еще одно мое хобби, разрисовывать своих братьев-приятелей татуировками.

— Как долго ты был моим чистильщиком? — Спросил он, прислоняясь к краю своего массивного стола. Темное дерево поблескивало в солнечных лучах, струящихся через единственное окно в комнате, и слегка пахло лимоном и маслом.

— Полагаю, почти восемнадцать лет, — напомнил я ему, откидываясь на мягкую кожу и устраиваясь поудобнее.

— Чертовски долгое время.

Я не был уверен, к чему он клонит.

— Достаточно долго, чтобы знать, что я лоялен, и недостаточно долго, чтобы отказаться от этого.

Он ухмыльнулся, стряхивая пепел в пепельницу на своем столе.

— Так и думал, что ты скажешь что-нибудь в этом роде. На тебя можно положиться, Диабло. Вот почему ты посвящен в дерьмо, с которым клубу нужно разобраться, когда кто-то сует свой нос в наши дела. Что еще более важно, я доверяю тебе, когда дело доходит до беспорядков.

Ну черт. Я ненавидел, когда был прав насчет неприятностей в клубе.

— В чем дело, президент?

— Есть кое-какая информация, которая мне не нравится. Скоро принесу это в церковь, но сначала я хочу кое-что рассказать тебе.

— Выкладывай все начистоту.

Вздох вырвался из его груди.

— Помнишь тело, которое мы нашли со всеми теми девушками? В той подземной гробнице?

Черт. Я, конечно, помнил. Не думаю, что кто-нибудь из моих братьев когда-нибудь забудет это.

— То, что на заброшенной фабрике, которое мы нашли со всеми теми жертвами торговцев людьми?

— То самое.

— Если я правильно помню, ее зарезали. Эти чертовы русские оставили нам послание, — выплюнул я.

— Ее звали Стефани. — Он ждал, зная, что я сведу эти детали воедино и приду к тому же выводу, к которому он, очевидно, уже пришел.

Мои глаза расширились, когда до меня дошла правда.

— Вот дерьмо. Ты имеешь ввиду, это связано со старушкой Тени? Какого хрена, президент? Это пиздец какой-то.

— Разве я этого не знаю. — На несколько мгновений на его лице отразилась боль, а затем стоическая маска вернулась на место. У Грима были сильные плечи, которые несли тяжелую ношу для каждого человека в Перекрестке. Среди них были участники, Перспективы, старушки с семьями, и даже девушки из клуба. Он нес это бремя близко к груди, но иногда маска спадала, особенно когда дело касалось Тени. У него была слабость к этому парню. Мы все испытывали это.

Раэль и Грим заботились о нем, как о родном. Они нашли его голодным и избитым, взяли его к себе и никогда не жалели об этом. Тень был одним из нас.

— Не говори мне, что кто-то не хочет еще больше навредить ему.

Грим покачал головой и закурил еще одну сигарету.

— Я солгу, если скажу нет.

— Черт! — Закричал я, вскакивая. — Что ты хочешь, чтобы я сделал? Я найду ублюдка, который связывается с клубом. Он не уйдет…

— Тебе нужно сохранять хладнокровие. Если бы я хотел драму, я бы поговорил с Раэлем.

Мне не хотелось признавать, что он был прав. Но Грим был прав.

Если я выйду из себя, это не поможет клубу или Тени. Тихий смешок слетел с моих губ.

— Понял. Что скажет Мамонт? — Наш вице-президент должен присутствовать здесь для этого обсуждения.

— Он знает, где мы находимся. Пока присматривает за щенком. Тень в последнее время часто ускользает. — Грим затушил сигарету в руке и начал мерить шагами комнату. Он часто двигался, обдумывая дерьмо в своей голове. Грим был одним из тех людей, которым нужно было оставаться активными. Раэль тоже был такой. Большинство членов клуба были беспокойными ублюдками, и это было просто побочным продуктом мира, в котором мы жили, и темноты, которую мы все разделяли.

Всегда надо быть готовым. Жизнь в клубе была опасной и непредсказуемой.

— Итак, зачем тебе нужен мой опыт чистильщика? — Спросил я, переходя к сути дела.

— Мне нужен, как ты говоришь твой опыт для очень деликатного дела.

Деликатного? Точнее и не скажешь, это было моей характерной чертой. Или любого другого члена клуба.

— Президент?

— Поступили две угрозы убийства, к которым я отношусь серьезно. Во-первых, Тень замешан в каком-то тяжелом дерьме, и мне нужно выяснить, насколько глубоко он увяз. Во-вторых, Джина и ее дети в опасности. Боди пришел ко мне по этому