Заброшенная тропа - Девни Перри

На въезде на подъездную дорожку меня встретили металлические ворота безопасности. Я набрала код на клавиатуре и выехала на единственную полосу движения.

Ландшафтный дизайнер постарался придать территории естественный вид. В основном это были камни и несколько местных кустарников, но было несколько пустынных ив и бархатистых мескитовых деревьев, которые маскировали уродство в конце дорожки.

Два этажа из блестящего стекла, такие же стерильные и безжизненные, как цементные стены. За исключением небольшого клочка зелени, который никто не мог назвать настоящим передним двором, дом был лишен жизни, как и бесплодный и сухой ландшафт, из которого состояло поместье.

Современному особняку было всего пять лет. Он был построен примерно в то время, когда родился Август, но выглядел новым. Здесь было слишком чисто. Слишком одиноко. Это был не дом, в котором жили и любили. Это была витрина. Демонстрация богатства и высокомерия.

Дом подходил своему владельцу.

Бродерик Кармайкл был полон роскоши и щеголял своими деньгами.

— По крайней мере, его здесь нет, — пробормотала я.

Мне было легко ненавидеть этого человека. Броуди был груб и напыщен при каждой нашей встрече. Как Клара могла выносить его присутствие? Я годами задавала ей этот вопрос, но ответа так и не получила.

Когда мы переехали в Лас-Вегас после свалки, я пошла работать в отель, в то время как Клара, получив аттестат о среднем образовании, просматривала объявления о работе в офисе. Она начинала с должности секретаря в приемной компании Броуди «Кармайкл Комюникейшнс», и быстро продвигалась по служебной лестнице. Когда личный ассистент Броуди уволился — вероятно, из-за того, что его начальник был избалован, — Кларе предложили эту должность.

Они работали вместе много лет. Кроме меня, Броуди был ее лучшим другом. Еще одна вещь, которую я не могла понять. Она была всем, чем не был он. Добрая. Любящая. Сострадательная. Клара клялась, что у него все это было, но я на это не купилась.

Когда Броуди решил переехать из большого города в этот крошечный городок в Аризоне — чтобы открыть что-то вроде вспомогательного офиса — он предложил Кларе поехать с ним. И когда он строил музей, который стал его домом, он также построил небольшой домик для Клары и Августа. Слава богу, ее дом не был похож на родительский.

Я свернула с главной подъездной дорожки и припарковалась перед гаражом Клары.

Ее дом был выдержан в современном стиле, как и дом Броуди, но в более сдержанных тонах, что придавало ему свежесть и простоту. Наклонная крыша позволяла использовать длинный ряд окон, выходящих на территорию. Белая облицовка была чистой и яркой. Каменные акценты, а также множество суккулентов и декоративных кактусов в горшках — моя работа — придали интерьеру характер и колорит.

Большая часть зелени за лето сильно разрасталась. Во время отпуска я исправляла это, уделяя несколько часов стрижке. Когда я сажала всю зелень, Клара требовала от меня только ухода. Она поливала, но и только.

Я припарковала «Кадиллак», и не успела я выйти, как входная дверь дома Клары распахнулась, и ко мне бросился Гас.

— Тетя Ария!

Его темно-русые волосы немного отросли с тех пор, как мы в последний раз общались по ФейсТайм. Его ноги казались длиннее, а лицо полнее. Я моргнула, и мой племянник превратился из малыша в мальчика. На щеке у него была полоска пыли, а на голых коленях — пятна от травы. Он рос слишком быстро.

— Эй! — Мое сердце подпрыгнуло, когда я вылезла из машины. Я наклонилась, готовясь к столкновению, и подхватила его на руки, когда он обрушился на меня, как волна. — О, я скучала по тебе.

— Где мой подарок? — Он высвободился из моих объятий, осматривая машину.

— Август, — пожурила его Клара, выходя за дверь.

— Все в порядке. — Отмахнулась я и посмотрела на свою прекрасную сестру. — Привет.

— Привет. — Она, как и ее сын, бросилась в мои объятия. — На этот раз мы слишком затянули.

— Знаю. — Я сжала ее крепче.

Обычно мы планировали пять-шесть визитов в год. Если повезет, то семь. Но четыре месяца без встречи с ними были слишком долгим сроком. Возможно, работа занимала мои мысли и тело, но сердце заплатило за это сполна.

Ошибку, которую я больше не совершу.

Клара и Август были моей единственной семьей. Мы нуждались друг в друге.

Сегодня, возможно, больше, чем вчера.

Нос Клары покраснел, а щеки покрылись пятнами. В ее красивых карих глазах не было обычного блеска, а плечи были низко опущены. Она собрала свои светлые волосы в свободный хвост, концы которого свисали на одно плечо.

— Ты неважно выглядишь.

— Я что-то неважно себя чувствую. — Она пожала плечами и провела рукой по блестящему капоту машины. — Ух ты. Посмотри на эту штуку.

— Красота, не правда ли?

— Не могу поверить, что она здесь. Что настала моя очередь. — Она улыбнулась и снова погладила машину. — Мне нравится вся эта идея с передачей.

Клара была романтиком. Подростком она покупала любовные романы за копейки в комиссионном магазине и засиживалась допоздна за чтением при свете фонарика. Я подозревала, что найду стопку таких книг у ее кровати или хорошо укомплектованный Киндл, когда уложу ее спать сегодня днем.

Мы заботились друг о друге последние двадцать лет. На самом деле, дольше. С тех пор, как умерли наши родители. Нам было по тридцать лет, но это не мешало мне баловать ее, когда я была здесь. Она делала то же самое для меня.

— Ты сможешь попозже полюбоваться машиной. Сначала мы разгрузимся. Потом займемся подарками.

— Да. — Гас потряс кулаком.

— А после этого ты примешь горячую ванну и подольше поспишь.

Клара грустно улыбнулась мне, и усталость омрачила ее красивое лицо. Казалось, она вот-вот заплачет.

— Что? Что это? — спросила я.

— Ничего. Я просто очень устала.

Я снова притянула ее к себе.

— Тогда мы позаботимся о том, чтобы ты как следует отдохнула.

Она прижалась к моему плечу.

— Я так рада, что ты здесь.

— Я тоже. Нам обеим нужен отпуск, даже если ты будешь дома. Никакой работы. Только развлечения. Только мы втроем.

— Насчет этого. У нас вроде как изменились планы.

Я отпустила ее и прищурилась.

— Как изменились?

Шуршание шин и гул двигателя наполнили воздух, прежде чем она успела ответить. На подъездной дорожке показался блестящий черный «Ягуар», и мое сердце упало.

Нет. Этот сукин сын Броуди Кармайкл собирался