Ты (не) моя истинная - Наталья Новикова

Утром Евдокия проснулась довольно рано, в экспедиции они не могли долго спать, время ограничено, а работы много. Она сразу поняла, что находится где угодно, но не в своей палатке и спальном мешке. Открыв глаза, она увидела, что лежит на огромной мягкой кровати с балдахином! Рядом с кроватью был пожилой мужчина, спящий в кресле. «Так, кажется это доктор», — подумала Евдокия. Слева от неё было огромное окно, во всю стену. Тяжёлые шторы были раздвинуты, и за окном, где-то вдали угадывались горы. Солнце приветливо заглядывало в комнату. Сразу от окна была дверь. Дальше стояли туалетный столик и комод, какие-то пуфики, а в центре комнаты чайный столик с небольшим диваном, она со своим ростом, могла даже прилечь на нём, и кресло, которое составляло пару к тому, на котором спал мужчина. Всё это было в стиле восемнадцатого века.

«Я, что в музее уснула? И откуда я знаю, что мужчина доктор?» — мысли никак не хотели обретать стройность. Она мучительно пыталась вспомнить, что-то ещё и никак не могла сосредоточиться.

«Так, начнём с простого. Меня зовут Евдокия Кузнецова, мне девятнадцать лет. Я живу в Москве с дядей и тётей. Стоп! Дядя умер два года назад, он был братом-близнецом моего папы. Мама и папа погибли от рук террористов, мне тогда было два года. И меня тогда взяли к себе дядя и тётя. Да, это помню. Идём дальше. У меня есть братья-близнецы, Андрей и Артём, оба женаты, они на восемь лет старше меня. Это родные сыновья тёти, с которой я сейчас живу. Так, хорошо. Я окончила второй курс РГГУ (гуманитарный университет) и на летние каникулы отправилась в экспедицию, в таёжную глушь. Мы изучаем дольмены, погребальные и культовые сооружения из камней. Но я что, провалилась в какую-то иную реальность? У нас говорят, что это возможно, находясь внутри дольмена можно переместиться, но подтверждённых данных я не видела. Это только слухи. Но я не была в дольмене. Я сегодня, вернее вчера была дежурной по кухне. Мы трое сегодня, или уже вчера, это не важно, готовили завтрак. Дальше. Я пошла, мыть кастрюли, на берег мелкой речушки, рядом с нашим лагерем. Было уже позднее утро. Солнце светило и жарило во всю. Помыв кастрюли, я залюбовалась кедрами, росшими по берегу речушки без названия. Мне в глаза ударил луч света, и это при ярком солнце. Я закрыла глаза и провалилась в темноту. Так, с этим разобрались.

Я стала приходить в себя. Комната, совсем пустая, посредине стол или что-то в этом роде. Трое мужчин. Один из них сейчас спит в кресле. Второй, тоже не молодой, был в каком-то балахоне. Сатанист что ли? А вот третий молод и необыкновенно красив. В памяти отпечатались ярко голубые глаза, чувственные губы, каштановые волосы по плечи. И этот молодой снял с себя нарядный камзол? Или что это? Потом рубашку, всю в кружевах. Но не с целью, чтобы приставать ко мне, а скорее вовсе не замечая меня, как будто меня нет. Я что-то сказала, не помню, и стала снова уплывать в темноту. Тогда мужчина, сидящий сейчас в кресле, подошёл и осмотрел меня, потрогал мне лоб. Вот почему, я думаю, что он доктор. И это всё».

— Где я? — вслух сказала Евдокия.

— О, леди, Вы проснулись. Доброе утро, — встрепенулся лекарь.

Он тут же подбежал к девушке, достал из кармана какую-то палочку с кружком на конце, похожа на лупу, но без стекла, поводил ей с ног до головы возле девушки и тогда только сказал:

— Леди, Вы в гостях у герцога Тёмных ущелий Тейна Даркета. Я его лекарь Барт Симмс. С Вами всё хорошо, Вы полностью здоровы. Не скажете, как к Вам обращаться?

— Меня зовут Евдокия, — сказала девушка.

— О, мне безумно приятно с Вами познакомиться, леди Евдокия. Сейчас я позову горничную. Она поможет Вам привести себя в порядок. И Вы пойдёте на завтрак, где герцог Тейн ответит на все Ваши вопросы. Хорошо?

— Хорошо.

— Вот и славно. Селса, помоги леди, — приоткрыв дверь, крикнул лекарь.

Почти тотчас появилась молодая женщина невысокого роста, вся такая сбитая и пышная, с улыбкой во все тридцать два зуба. На женщине было светло-серое платье, чистое и отглаженное с белым кружевным воротником, белый кружевной передник и такой же смешной чепчик.

— Это Ваша горничная Селса, это леди Евдокия, — представил нас друг другу лекарь.

— Я наберу ванну, леди Евдокия? — спросила Селса.

— Да, спасибо, — сказала Евдокия и кивнула.

— Ну, вы тут занимайтесь, а я пойду и доложу герцогу, что с Вами всё в порядке, и Вы придёте на завтрак, — сказал лекарь и вышел за дверь.

— Леди Евдокия, давайте я помогу Вам встать, — засуетилась горничная.

— О, спасибо, но я сама могу это сделать, — сказала девушка. Но служанка всё равно стала помогать.

— Вдруг у Вас голова закружится, — сказала Селса.

Девушка встала при поддержке горничной. Она обратила внимание, что на ней ночная сорочка, причём очень длинная. Подобрав её повыше, чтобы не наступить на подол, она двинулась за горничной в ванную комнату. Эту дверь она не заметила, когда лежала в кровати, её загораживал столбик, который поддерживал балдахин.

— А что за той дверью? — спросила Евдокия, указывая на дверь напротив.

— Там спальня Его Светлости герцога, — ответила Селса.

— А кто меня переодел в рубашку? — спросила Евдокия, ей как-то стало не по себе из-за того, что кто-то спит в смежной комнате. Как она знала, там должен спать её муж.

— О, это мы с лекарем. Вы не волнуйтесь, Ваша одежда в целости. Я отдала её в стирку. Как высохнет я её сразу принесу, но у нас в такой не ходят. Вы совсем из другого мира, да? — с любопытством спросила горничная.

— Наверное, — ответила Евдокия, и холодок пробежал по её телу.

Ванна комната была не очень большой. Унитаз был сделан в виде кресла со спинкой и подлокотниками, это вызвало улыбку у девушки. Сама ванна выглядела, как три обычных, не экономили воду в этом мире. А вот механизм включения воды был непонятным. Из стены торчал кран и всё, ни ручек, ни вентилей, ничего. Был так же и душ, но, как включается непонятно. Селса подошла, положила руку на стену, и вода перестала течь.

— А как Вы выключили воду? — спросила Евдокия.

— О, это просто. Кладёте руку на стену, и вода