Удивительный подарок - Кристина Северина

Сделав глоток, я смотрела как люди спешат на рабочие места, подтягиваясь к заветной двери нашего шумного муравейника.

К зданию подъехала хищного вида машина представительского класса. Она, конечно, сразу привлекла мое внимание — в прочим, как и всегда. Я знала, кто выйдет из нее. Громов собственной персоной и его приближенные лица из службы безопасности.

Трое мужчин одетые во все черное проследовали к дверям холдинга решительной, твердой походкой.

И то, что я смотрю на них сверху вниз совершенно не делало их мелкими и ничтожными. Мужчины излучали силу и мощь. А лидер, шедший впереди, еще и немалую власть мира сего.

У меня такие мужчины как Громов всегда вызывали дрожь в коленках. А еще непроизвольное зависание мозговых систем: двигайся, говори, думай.

Главный босс зашел в здание. Так же от моего взора скрылась и его свита. За окном все снова стало обычным и незначительным, поэтому я подняла глаза к небу. Вдали играючи кружили птицы. Взгляд упал на еще голые деревья, изуродованные местной управляющей компанией. Но в этом году они снова протянут свои ветви к небу и будут радовать нас своей зеленью.

Прошел звонок по внешней линии. Стуча каблуками, подошла к столу. Сделав глоток воды, взяла трубку:

— Приемная господина Фразина.

В трубке старческий голос пророкотал: «Время пропустишь, счастье упустишь!»

Состояние шока окатило токсичной волной — меня затрясло.

— Что вам от меня надо?! — нервно выплюнула я. Но ответа, так и не получила, в трубке звучали частые гудки. Старая ведьма, сбросила вызов.

В горле пересохло, меня продолжало потряхивать. Зло бросив трубку телефона на базу, судорожно сделала очередной глоток необходимой влаги, потом еще один. Я всеми силами пыталась успокоиться и вернуть себе ясность мыслей.

Боже! Да что ж эта ведьма ко мне привязалась? Откуда узнала, где я работаю? Такое ощущение, что я сама не заметила, как попала в сумеречную зону.

— Арина Федоровна, здравствуйте!

Стакан выпал из рук. Ударившись о паркет пола, хаотично разлетелся на куски, обдавая меня мелкими брызгами воды.

Ну что за денек?

Повернувшись к нарушителю уединения, столкнулась с «арктическим айсбергом» на приличной такой скорости.

На меня смотрели сине-голубые, как чистый океан глаза. Гипнотический взгляд обездвижил свою цель, жертве не оставалось и шанса на побег.

Передо мной стоял высокий красивый мужчина. Массивные плечи и грудь обтягивал дорогой черный костюм, а бордовый галстук на белоснежной рубашке смотрелся хищно, создавая образ крутого, жесткого управленца высшего звена. Пальто Громов небрежно держал на сгибе локтя, а в правой руке черный кожаный портфель — изысканная вещь просто кричала о своей дороговизне.

Я давно поняла, что не всем особям мужского пола удается выглядеть так в классическом костюме и не у всех так получается носить галстук. От мужчины веяло силой, сексом, порочностью.

Дорогая стрижка так же говорила о его статусе и положении, выполненная искусным профессионалом. Средней длины «канадка». Это когда волосы на висках снимают больше, чем оставляют на макушке. Но что было самое магнетическое у образчика мужской силы — это сногсшибательные губы. Чувственные, не пухлые, но и не тонкие «полоски», а четко вылепленные генетическим скульптором — идеальные.

— Здравствуйте, Кирилл Аркадьевич, — взволновано выдала я, аж ладони от волнения вспотели.

— Фразин у себя? — спросил глубоким, будоражащим голосом, от которого мурашки пробежали по позвоночнику.

— Нет, еще нет, — стараясь не заикаться, ответила я.

— Тогда сообщите о его прибытии моему секретарю.

— Хорошо, Кирилл Аркадьевич.

Мужчина, задержал взгляд на платье с мокрыми пятнами на подоле, отстранено без интереса оценив мой внешний вид, через пару секунд опять встретился со мной глазами:

— Будьте осторожны, Арина. Может вам нужен отпуск? Фразин вас совсем загонял?

— Нет, — кашлянула я. — Илья Дмитриевич замечательный руководитель. Мне повезло работать под его началом. И я совсем не устала, спасибо.

— Тогда сообщите о приходе хорошего начальника. И вызовите сотрудника из службы уборки. Не стоит самой собирать осколки… вы можете пораниться.

— Хорошо, — прошептала я, удивленная заботой.

Показывая мне широченную мощную спину, наш вездесущий Громовержец скрылся в коридоре, оставляя дверь приоткрытой. Отчего до меня доносились его легкие, уверенные шаги.

Я не раз задавалась вопросом: «Зачем главный босс периодически заходит по утрам к Фразину? Ведь очевидно он хорошо знает своего партнера. Илья всегда опаздывает, то есть задерживается. Да и вообще, давно изобрели сотовую связь, можно просто набрать Фразина и сказать, что хотел. Странный человек».

Собрав осколки разбитого стакана, села на рабочее место. Запустила компьютер и положила перед собой небольшую синюю папку. Всю текучку за исключением секретных документов я должна была хранить не только в электронном виде, но и дублировать на бумаге.

Чай пить уже расхотелось. Настроение было так себе. Дожить бы как-нибудь до обеда, а там любимые слойки с манговым соком и подруга Светик поделится со мной положительными эмоциями.

— Привет, крошка, как жизнь молодая?

— Привет, Илюш, тебя Громов искал. Сам приходил, видать что-то срочное.

— Информацию принял. Арин, можешь еще раз… передать?

Перед моими глазами возникла коробочка известного ювелирного бренда.

— Илья, опять? — раздраженно клацнула мышкой. — Когда это закончится? Вы как дети малые, честное слово? Настька от тебя бегает, ты ей через меня презенты передаешь. Ну, поезжай ты к ней! Поговорите уже наконец-то нормально!

— Она меня не пускает. В своей квартире замки сменила, — нервно засовывая руки в карманы, свояк отвернулся в сторону. — Давно стоило эту однушку продать, тогда и бегать от меня было бы не куда. Вот скажи, Арин, разве я виноват, что бабы сами на меня вешаются?

— Знаете, что, Илья Дмитриевич, если б не давали повода, не вешались бы.

— И ты Брут? Да, Ариш?

— Ладно, давай передам. И кончайте уже это ваше «танго». Жалко смотреть.

— Это ты сестре своей скажи, — выплюнул Илья.

— Ага, нашел камикадзе, — фыркнула я.

Глава 3

А через два часа пришла Островская без предварительной записи. Бывшая прима балета к шестидесяти годам решила развестись с сорокалетним мужем, которого совершенно случайно поймала на «горячем». И эта «хрупкая лань» уперлась своими «железными пуантами» и требовала, чтоб ее разводом занимался непосредственно Фразин. Мама Ильи была ярой поклонницей таланта Островской и хорошей знакомой, поэтому отказ бывшей приме, это все равно что отказ собственной матери.

А дальше понеслось. Обед мы пропустили и все дела отложили на потом. И спустя два часа в обществе этого «умирающего лебедя» я от всей души сочувствовала ее загулявшему мужу. После долгожданного ухода Островской