Сбежать от зверя - Анна Григорьевна Владимирова

— Странно было бы, будь по-другому, — нахмурился я.

— А ты дерзкий, — усмехнулся Демьян и поставил на стол два бокала под виски. — Будто ожил наконец… Я рад за тебя искренне.

Пришлось втянуть клыки и опустить плечи. Не знаю, какого черта я вызверяюсь тут.

— Я пока что-то не очень.

— Тахир, тебя пустят к твоей девочке в любое время суток на сколько захочешь. Можешь переехать к ней вообще. В твоем распоряжении врачи и психологи для облегчения адаптации.

— Это будет похоже на то, что я прихожу ее попользовать.

Демьяну надоело меня уговаривать.

— Ты знал, что рискуешь. Неси ответственность. — И он поставил передо мной стакан. — Пей.

Я только сжал зубы.

— Я понимаю, от чего тебя так рвет. Наша система не заточена на сохранение жизни людям. Я горжусь тем, что ты бросил ей вызов. За тебя. — И он легко коснулся своим бокалом моего, высекая тихий звон.

Я сделал глоток и откинулся на спинку стула. Ладно. Разберемся.

— Ты знаешь, как она? — поинтересовался.

— Нормально. В себе. Только на контакт не особо идет, но с персоналом взаимодействует. Тебе нужно с ней встретиться. — Он задумчиво поболтал виски в бокале. — Я устроил ей люксовый номер, всевозможные процедуры, прогулки…

— Демьян, это тюрьма. При всей благодарности тебе она этого не заслуживает. Сколько ее будут держать? Есть хоть какая-то информация? И со мной ей тоже нельзя было встречаться. Молодая совсем.

— Не скули, Тахир. Ты не потеряешь время, которое ее будут держать там. Будь с ней. И работай у меня.

— Что?

— Я предлагаю тебе повышение — должность моего заместителя. Как и раньше.

— И, видимо, у меня выбора нет.

— Не особо, — пожал он плечами. — Я ведь не просто так тебя звал к себе.

Нет, я не жалел о том, что случилось. Мне нужно разобраться с новой жизнью и понять, что вообще я могу сделать. На что имею право. Быть с избранной? Вряд ли. А вот понять, что ее загнало в мои лапы — да. Очень хочу узнать.

* * *

2

* * *

В стекло бился дождь. Гремел по козырьку под окном, чавкал шинами от проезжавших под окнами машин. И с ним казалось, что все по-прежнему, и я снова в общаге…

— Марина, с вашим здоровьем все в порядке.

Я отвела взгляд от окна и посмотрела на врача. Женщина в возрасте, серьезная, внимательная… Сложно поверить, что вот такие люди тут работают. Наверное, этот факт помогал мне освоиться. Потому что этот дождь за окном не значил, что я в прежнем мире. Я в совершенно незнакомом месте уже неделю. Сначала меня закрыли в какую-то камеру, и стало дико страшно. Но ненадолго. Потом за мной приехали, предоставили одежду и забрали сюда.

И теперь все эти люди носились со мной так, будто я была очень важным пациентом.

— Хорошо, что в порядке, — выдала я бесцветное.

— Вы решили вопрос с контрацепцией? — сменила она тему. — Что будем делать?

Я усмехнулась.

— Не понимаю зачем. Простите, но у меня же нет никого. А тот… Он же не появляется. Я так поняла, что на этом все.

Последнее, что помнила о незнакомце, с которым провела ночь — как он прижимал к себе, усадив на колени, пока не приехала какая-то служба. Он тихо просил не волноваться и обещал, что все будет хорошо.

С той ночи я больше не видела этого мужчину. И испытывала по этому поводу множество противоречивых эмоций. Воспоминания о нашей встрече занимали мысли чуть ли не все время. Все это казалось паузой, которая вот-вот кончится, и из светлого кабинета меня снова швырнут в какую-нибудь темную комнату…

С другой стороны, этот незнакомец странным образом казался самым надежным во всем, что со мной происходило. Наверное, я бы хотела, чтобы он пришел… Снова принял решение и объяснил, что мне тут делать вообще. А еще я пыталась вспомнить его имя, но не могла. Все, что мне от него осталось — кожаная куртка, которую отдал мне перед расставанием.

— Опыт и знания позволяют мне сомневаться, что на этом все, Марина, — участливо покачала головой врач. — Мужчины-оборотни просто так не ставят свои знаки девушке. Он не сможет без вас.

И вот это вот — оборотни…

Когда Римма говорила о своих клиентах, я не верила. Думала, у нее кукушка совсем поехала. Как оказалось, нет. Когда увидела глаза этого мужчины в темном номере, сразу вспомнила все ее рассказы. Только вот про регистрацию она ничего не говорила.

— Почему его нет? — глухо поинтересовалась я.

— Я не знаю точно, но слышала, что у него был судебный процесс по поводу всего случившегося с вами. Насколько поняла, он нарушил должностные обязанности.

Слова врача обеспокоили.

— Ему грозит что-то?

— Возможно, — неопределенно пожала она плечами.

— А у меня есть какое-то право узнать, если уж я что-то значу для него? — возмутилась я. — Или я буду сидеть тут и ждать, как вещь в бюро находок, пока он не придет за мной?

— Нет. Ваш спутник жив. Просто ему нужно время, чтобы разобраться с проблемами. Он придет. А вам нужно подумать о том, чего вы хотите в плане будущего.

— То есть я обязана теперь с ним спать? — усмехнулась.

— Марина, — подалась вперед врач, — инсценировка принадлежности оборотню не пройдет для вас обоих бесследно. Он не сможет сопротивляться инстинкту. И, я предполагаю, он спрашивал вашего согласия.

— Кажется, — передернула я плечами. — Я плохо соображала.

— Вы согласились. Все остальное — последствия. А моя работа — защитить вас от них максимально. И я предлагаю вам начать принимать контрацептивы, потому что барьерные методы после метки не самые надежные.

— Метка — это его укус в шею?

— Да. Если вы готовы, я могу рассказать подробно.

— Не хочу пока, — сглотнула я судорожно. — Давайте таблетки.

— Отлично. Вам доставят все необходимое в номер. Есть еще вопросы?

Вопросов не было. Я вышла из кабинета и направилась в жилой корпус.

Пока все выглядело, как в какой-то фантастике о будущем. Меня поселили в