Отдам дракона в хорошие руки! - Марина Ефиминюк

— Сколько вам лет, госпожа Егорьева? — вдруг спросил Эсхард и вновь передал мне бренди.

— Я старше, чем выгляжу в розовом платье, — развеселилась я и, отсалютовав, сделала очередной глоток. — Теперь ваша очередь отвечать на бестактный вопрос.

— Не стесняйтесь, — кивнул он и забрал из моих рук почти ополовиненную фляжку.

— Мне действительно любопытно. Вы прилетели в Родлесс на своих двоих?

Дракон удивленно выгнул бровь, попросив об уточнении. Пришлось потрясти пальцами, изображая крылышки.

— Порталом, — с ухмылкой подсказал он.

— Да, это наверняка удобнее. — У меня вырвался смешок. — Продолжаем задавать невежливые вопросы? Ваша очередь.

— Ты же понимаешь рамейн? — внезапно произнес он на драконьем языке, лихо отбросив формальности. Никакого безопасного официоза, словно мы много лет были близкими друзьями.

— Что вы сказали, господин Нордвей? — с вежливой улыбкой переспросила я.

— Не лги мне, — проговорил он на рамейне с мягкими, но властными интонациями.

Внезапно по дворцу разнесся глубокий басовитый удар в барабан, означающий, что король прибудет в течение десяти минут. Всем верноподданным следует собраться в бальной зале, чтобы душевно и с большой любовью поприветствовать монарха.

— Мне пора. Увидимся внизу.

Шагнув к двери, я попыталась опустить ручку, но та застряла. Выглядело так, словно нас заперли. Нервно покосившись на Эсхарда, я обнаружила, что он преспокойно стоит спиной, прихлебывает из фляжки остатки бренди и внимательно наблюдает за бальным залом.

— Не выходит? — не оборачиваясь, спросил он на рамейне, и столько в его низком голосе прозвучало ехидства, что даже смешно сделалось.

— Господин Нордвей, дверь заклинило, — пожаловалась я.

Он повернулся. Глаза смеялись, в рыжей бороде пряталась ухмылка.

— Откройте для вайрити, — негромко произнес на родном языке.

Дверь осталась бедственно неподвижной. Никто и не думал выпускать меня наружу.

— По-моему, вас не услышали. — Я взяла дело в свои руки, в смысле, в кулак: громко и требовательно постучалась. — Господа, даме очень надо выйти! Пожалуйста, откройте дверь.

Тишина. Пришлось пробудить магию, хотя мне искренне не хотелось портить замечательный балконный интерьер. По бронзовой ручке пробежали искры, перекинулись на деревянную поверхность, а потом дверь вздрогнула. Раздался звон. С другой стороны выпала ручка, с нашей — осталась целой и удручающе заблокированной.

— Издевательство какое-то, — процедила я, начиная злиться.

Использовать боевую магию — всегда дурная идея и легкий способ испортить… все.

— Подвинься. — Эсхард решительно отодвинул меня с дороги и с силой нажал на ручку. Бронзовая загогулина осталась у него в кулаке.

— Сломалась, — прокомментировала я.

С самым невозмутимым видом дракон передал мне злосчастную ручку:

— Подержи.

Он поднажал мощным плечом. Дверь слетела с петель и с грохотом плашмя упала в пустой коридор. Драконы нас заперли и куда-то улетели! Возможно, в прямом смысле слова.

— Пожалуй, я не стану рассказывать об этом матушке, — ошарашенно заключила я.

— Строгая?

— Впечатлительная.

— Прошу. — Эсхард галантно указал рукой в развороченный дверной проем, словно предлагал выйти из комнаты через широко раскрытые дворецким ворота.

— Хорошего вечера, господин Нордвей, — попрощалась я и попыталась всучить дракону бронзовый кусок дворцовой собственности: — Возьмите на память.

— Оставь себе, — немедленно отказался он.

Тишину потревожили два тяжелых удара в барабан, означавшие, что король уже не просто обул туфли и натянул парик, а бодрым шагом направляется к гостям.

— Просто возьмите. — Я ловко втюхала ручку Эсхарду. — Подарите своему владыке сувенир из Родолесса.

Пока мы с гостем крушили дворец, атмосфера в бальном зале накалилась. В воздухе, охлажденном магическими кристаллами, разливалась не только ядреная смесь из духов, но и нервное нетерпение.

Барабан ударил три раза, когда я добралась до окна. Магические огни вспыхнули ярче, зал залил пронзительный белый свет. На подоконнике обнаружились мои бальные перчатки. Перед побегом я их с наслаждением стянула с рук и забыла. Надевать их времени не осталось. Пришлось запихнуть в маленькую бальную сумочку. Та распухла, как будто переела. Из затянутой на шнурок горловины вылез один перчаточный палец. Потыкала, пытаясь его заправить, но все равно стервец встопорщился.

С почтительным реверансом его величеству все-таки слегка опоздала: все уже согнулись и присели, насколько позволяли поясницы и колени. К дворцовому этикету я была приобщена мало, изобразила уважение, как умела. У матрон вышло ловчее.

Под торжественную музыку энергичной походкой, в принципе не заметив, кто насколько присел и как низко согнул спину, король пронесся между гостями, как будто куда-то страшно опаздывал. Он был невысок ростом, носил подстриженный по последней моде парик, скрывающий благородную залысину, и плевать хотел, что принц с супругой в тяжелом платье едва за ним поспевают.

Жестом всем разрешили выпрямиться. В зале зашелестели одежды, пробежали шепотки. Невольно я бросила быстрый взгляд на балкон. Наверняка Эсхард по-прежнему следил за людьми в бальном зале. Возможно, и за мной.

И вот пришла долгожданная минута! Драконы появились на лестнице. Музыка смолкла. С большим вдохновением, распевно и громко, распорядитель бала объявил:

— Владыка южных земель, шести островов и Тихого моря! Эсхард Нордвей с приближенными.

Он спускался спокойно, без торопливости, закутанный в чувство собственного достоинства. Высокий, мощный мужчина с медными волосами и рыжеватой ухоженной бородой. Владыка южных земель и чего-то там еще, которому я всучила выломанную ручку… Голова внезапно закружилась. Никак меня догнал бренди.

Между тем гости из Хайдеса преодолели половину ступеней. Шесть рослых драконов, а вовсе не дюжина, как утверждали сплетники. У всех длинные густые шевелюры, крепкое тело и настораживающая мощь в движениях. Лица непроницаемые, эмоций не прочитать. Однако им было тесно и в дорогих костюмах, сшитых по моде Родолесса, и в стенах родолесского дворца, возведенного еще в те времена, когда драконов описывали в книгах о двуликих хищниках.

Ни на кого не глядя, они двинулись к королю, поджидающему гостей на другом конце бальной залы. Ни один не поскользнулся на вощеном паркете. Когда я расслабилась и передумала пятиться к розовой занавеске, светловолосый Илайс вдруг повернул голову, насмешливо посмотрел прямиком на меня и подмигнул.

Стоящая рядышком дебютантка тихо пихнула и в нервном возбуждении полезла в бальную сумочку. Видимо, занюхать драконово подмигивание прибирающей до мозга солью. На пол со звоном посыпалась всевозможная дребедень, непонятно как в маленький мешочек поместившаяся. Карандашик