Подарок - Джун Ньютон Редфилд

– Кого это вообще волнует? – ответил он легко риторическим вопросом. – Дайте, пожалуйста, две шавермы, два коронных яблочных пирога и горячий шоколад. Один с ванильным сиропом, а второй… – Карл вопросительно посмотрел на меня.

– Как хочешь, – я, правда, не знала, какой выбрать сироп, а Карл знал мой вкус. Мы не в первый раз ели вместе.

– Тогда два горячих шоколада с ванильным сиропом.

Карл расплатился, и мы пошли искать себе столик. Мы сели за стол за перегородкой, закрывающей нас от всех. Сначала я хотела его спросить про работу, о том, как идут те объекты, на которые я когда-то сделала плохие чертежи, но вспомнила, что Карл не любит говорить о работе во время отдыха, да и мне не хотелось думать об этом снова. Поэтому я пыталась сгенерировать в своей голове новые идеи тем разговора, но все безуспешно. Неожиданно телефонный звонок нарушил молчание. На экране телефона Карла была фотография глупенькой на вид блондинки с подписью «жена». Он нехотя взял трубку и замученным голосом сказал:

– Да, Крис. Что ты хотела?

– А я что не могу просто так позвонить любимому мужу? – ее голос был громким и резким, а телефон пропускал все звуки наружу довольно отчетливо.

– Крис, давай ты не будешь задавать глупые вопросы. Ближе к делу?

– Я готовила весь день еду, а уже девять часов, но тебя нет дома.

– Не вижу связь.

– Я готовила весь день, старалась для тебя. Твои любимые блюда приготовила. Котлеты морковные. Сижу, жду тебя. А уже поздно, но тебя нет. Ты где?

– Я заканчиваю работу со стажером.

– Опять с девчонками прохлаждаешься!

– Хватит, – перебил ее Карл. – Я никогда тебе не изменял. А сейчас я провожу электричество в макет дома мистера Баттера. Скоро буду дома. Может через час, но я сразу спать.

– Никакой благодарности за мой труд! Я не могу больше так жить! – она продолжала что-то говорить, но Карл не слышал ее больше. Он выключил телефон.

– Ты никогда не говорил, что у тебя есть жена. И даже кольцо не носишь, – я, правда, не догадывалась о существовании его жены до этого звонка.

– Просто она очень конфликтная и громкая женщина.

– И поэтому ты сказал, что все еще работаешь со своим стажером, мистером Баттером? – я акцентировала его внимание на слово «мистером».

– Я же говорю, она очень конфликтная. И ревность ее главный порок. Вся ее злость родом оттуда. Поэтому, если что, в телефоне и во всех контактах ты записана «Эван Баттер».

– Красивое имя ты мне подобрал.

– Старался. Не пойми меня неправильно, но я тысячи раз пожалел о том, что женился на ней. Ее глупость выводит меня из себя. Я перестал ее любить из-за особенностей ее характера.

– Так что не разведешься?

– Я боюсь сделать ей больно. За свою жизнь я многих ранил. Не хочу добавлять в этот список еще и свою жену. Понимаешь, когда мне было 15, я поссорился с родителями очень сильно. Они везли меня в школу, так как любили меня, а я разозлился на них за это. Это было постыдно, как я считал тогда. Но я не знал, что мои родители делали это, так как мы жили в опасном районе, в котором каждый день грабили, насиловали и убивали взрослых и детей любого пола. Я накричал на них и хлопнул дверью, сказав, что больше никогда с ними не поеду. Мой отец разозлился и врезался в грузовик еще на первом перекрестке. Я убежал в школу и не слышал удара. Возвращаясь, я уже увидел только лужу крови и осколки машины. Мой отец умер на месте, а мать живет от аппаратов с того самого момента.

– Мне жаль.

История Карла шокировала меня. Для меня он был близким другом. Его боль передалась и мне. Его глаза были мокрыми, но слеза не пролилась, лишь голос слегка дрожал. Он чувствовал свою вину, как ношу, вес которой был больше, чем он мог удержать. Он был ей подавлен.

– Поэтому, как бы сильно я не любил тебя, я не могу завести с тобой роман, заставив страдать мою жену, – я не поняла его слов. Карл был близким другом мне. Единственным другом. Я никогда не рассматривала его помощь, как симпатию, а его самого – как будущего мужа. Можно было догадаться. Ничто не бывает просто так.

– Ничего страшного. Это лишь доказывает твою силу духа. Я только еще больше буду тебя уважать, – ответа не было. Я чувствовала, как ему тяжело дается это решение. Возможно, спустя несколько лет он тысячи раз пожалел и об этом решении, как о женитьбе на Крис.

После такого немного неловкого вечера Карл отвез меня домой, и было бы разумно учить свою дипломную работу, что я и сделала. Однако каждое слово устройства системы умного дома напоминало мне о нем, о его словах и его судьбе, созданной его руками. Вообще, судьба, как понятие предначертанного пути, – вымысел лентяев, которые во всем винят других. В моем понимании судьба – это механизм событий, запущенный действиями и выбором человека, система последствий.

В течение еще полугода мы с Карлом прекрасно общались. Его жена не давала о себе знать так же, как и его чувства ко мне. Мы так и остались хорошими друзьями. Иногда я ловила на себе его влюбленный взгляд, что смущало и меня, и его. Может когда-нибудь я бы рассмотрела его, как парня, но у него была жена. А это самый сильный аргумент против отношений такого рода с ним.

Однажды утром одного октябрьского дня, который был на редкость солнечным и теплым, Карл позвал меня к себе в кабинет. В тот день я ждала работу уже неделю, и я обрадовалась этому вызову.

Я жила в съемочной квартире недалеко от офиса, поэтому имела возможность быстро придти на работу. В это время около офиса пробки, поэтому я пошла пешком, захватив зонт, так как на горизонте чернела огромная туча.

Скоро я добралась до офиса. По привычке я постучалась и тут же открыла дверь. Карл стоял у окна, всматриваясь в уже туманно-дождливую даль Лондона. Он был печален и серьезен. Я подошла к нему и с лицом сочувствия спросила:

– Что вызывал? Работу мне нашел?

– Нет. Я больше не буду давать тебе