Одинокий дракон - Минора Бонье

— Какой кошмар! — изумилась красотка.

— Вам какой лимонад? — спросил Альхарн.

— Манговый, — не задумываясь, ответила женщина.

Они секунду смотрели друг на друга, Альхарн с ужасом, а красотка насмешливо.

— Это так на местном жаргоне называется лимонад с кокосом и лаймом. А чего ты испугался?

— А вдруг вы из комиссии по контрабанде, — шёпотом сказал Альхарн.

— Слушай, — заговорщицки произнесла Эрис. — А ты пакетик-то с собой захватил?

— Конечно, — кивнул Альхарн. — Там же отпечатки змея. Это моё доказательство невиновности.

— А если мы его немного надорвём? Надо же снять пробу...

Ну, а что ещё оставалось Альхарну? Не отказывать же самой красивой женщине во вселенной!

Глава 4

Альхарн выудил из автомата две бутылочки с лимонадом, открутил крышечки, подмигнул Эрис и надорвал пакетик с сушёным манго. Он увидел, как заблестели глазки блондинки, как затрепетали её ноздри. «Эх, загадаю желание, — подумал Альхарн, добавляя щепотку манго в лимонад. — Будь моей истинной»! Он с улыбкой протянул бутылочку Эрис и промолвил:

— Оторвёмся, малышка?

— Давай! — обрадовалась блондинка, схватила лимонад и жадно припала к горлышку бутылочки, будто никогда в жизни не пила.

Альхарн сделал глоток и ощутил, как по крови разнёсся с молниеносной скоростью яд, он гордо расправил плечи, позабыв о своих невзгодах, приблизился к Эрис и... пригласил её на танец. Музыкой был стук их сердец, которые бились в унисон. Они как бабочки порхали по пустынному залу для пассажиров, глядя друг другу в глаза.

— Ты самая красивая леди во вселенной?

— Малыш, ты уверен? — хохотнула Эрис, а её рука вдруг сползла с его плеча ему на грудь.

— Ну, я же не слепой баран, — рыкнул Альхарн и удивился, впервые он издал звук альфа-самца.

— Хочу ещё лимонада, — щёчки Эрис разгорелись от быстрого танца.

— Сейчас, моя принцесса, — Альхарн отпустил женщину, и она шмякнулась на пол, он переступил через её ноги и направился к автомату.

Пакетик манго наполовину опустел, а безудержное веселье било ключом.

— Какие у вас тут есть развлечения? — Альхарн уселся на пол рядом с красоткой.

Эрис сделала несколько глотков и ответила:

— Когда-нибудь катался на драконах?

— Э?..

— Идём! — Эрис первой поднялась, наклонилась и схватила его за руку.

Альхарн от переизбытка чувств и увиденного в вырезе блузки красотки прикусил себе кончик языка, но это ни капельки не подействовало на него. Он тоже встал, и они направились к выходу. Малиновый свет окутал их с головы до ног, Альхарн зачарованно уставился на Эрис.

— Идём, —поторопила его красотка.

Они беспрепятственно добрались до ангара, Эрис огляделась и разочарованно спросила:

— А где Пончик?

— Ну, ему понадобилось лечение, — многозначительно ответил Альхарн. — Мы его отправили в другой мир. Ничего страшного, лапу ему там подтянут и вернут живёхонького назад.

— Ничего себе, — потрясённо вымолвила Эрис. — Эй, Пирожок!

Теперь пришла очередь Альхарна удивляться, точнее, с ужасом взирать на огромного дракона, которого сперва принял за дирижабль. Реликтовая тварь обернулась к ним мордой и раззявила пасть.

— Ты испугался? — захихикала Эрис.

— Да я с тобой хоть в жерло вулкана, — Альхарн полез на спину чудовищу, красотка похлопала его по спине и указала на неприметную верёвочную лесенку, свисающую с толстой шеи.

И чтобы исправить оплошность, он одной рукой обхватил Эрис за талию, а потом начал подниматься. Красотка заливисто хохотала, держась за его плечи. Они взобрались на загривок чудища, Альхарн властно рыкнул, и дракон расправил крылья.

— Вот же...

Он бы упал, но Эрис ловко за него вцепилась и утянула к себе, они устроились на загривке, где было некое подобие седла. Чудище с радостным воплем разбежалось, снесло правой передней лапой ворота ангара, подпрыгнуло и взмыло в ночное небо. Малиновый лунный свет струился по развевающимся волосам Эрис, она повизгивала, когда дракон резко устремлялся вниз. И Альхарн понял, что влюбился, вот так, совершенно не знаю женщину, с первого взгляда, и манго тут было ни при чём. Он наклонился и нежно прильнул к губам Эрис, красотка обвила руками его шею и страстно ответила на поцелуй.

Альхарн впервые с момента изгнания на Аргыз почувствовал себя по-настоящему счастливым. Он больше не жалел, что разменял свою сытую и успешную жизнь на один поцелуй Эрис. Дракон вспарывал серебристый лунный свет, малиновое светило осталось позади них, балансируя хвостом, чтобы ровно держать спину.

— Эрис! — проворковал Альхарн на ушко красотке.

— Что, малыш? — с улыбкой отозвалась она.

— Я влюбился в тебя!

— Знаешь... — Эрис выдержала паузу, а потом звонко рассмеялась. — Я тоже в тебя влюбилась!

Альхарн это воспринял, как знак согласия, наклонился и впился зубами в плечо красотки, ставя метку истинности. Эрис влепила ему такую оплеуху, что он вывалился из седла и полетел в черноту. Последнее, что увидел Альрис, это выпученные глаза Пирожка, который ещё и облизывался.

Глава 5

Темнота, в который плыл Альхарн, начала проявляться холодом и громкими голосами. Дракон потянулся и понял, что лежит на скамейке в зале для пассажиров. «Мне всё приснилось»? — затеплилась надежда в груди, но сухость во рту после сладкого манго заставила вернуться в суровую реальность. Аргыз!

— Вы вели себя легкомысленно! — укоризненно промолвил начальник охраны Сайжермус.

— Немного отошла от протокола, — фыркнул женский голос. — И я официально ещё находилась в отпуске.

— Вы сломали автомат по выдаче лимонада, — не унимался Сайжермус.

— Он давно был неисправен, — возразила женщина. — Я сколько раз просила его починить?

— А зачем взяли Пирожка из ангара?!

— Ему надо было размять крылья, не отпускать же его одного. Ещё не хватало штрафа за плохое содержание реликтовых животных от драконозащитников.

— Эрисджинн, вы вчера устроили дебош!

— Сайжермус, я проводила инспекцию, как вы тут справляетесь без меня! Почему новенького сразу поставили в ночную смену, а?

— Да он сам...

— Что сам? Ты ведь понимаешь, что он мог испугаться, если бы вне графика прилетел Кренделёк.

— Ой, только не вспоминайте гада, — попросил Сайжермус.

Альхарн понял, что больше притворяться бревном не получится, да пить жутко хотелось. Он поднялся с каменной скамьи, прокашлялся и уставился на начальника охраны. Наверное, надо было извиниться перед Сайжермусом,