Запретная для авторитета. Ты будешь моей - Мила Младова

Пауза.

— Мне никогда не нравилась эта семья, особенно Артур. И его бывшая, Лена, тоже никогда не нравилась.

О, кажется, я подружусь с Элеонорой.

— Я бы хотела познакомиться с Агатой, Герман. Нам нужно что-нибудь придумать. Когда вы в следующий раз встречаетесь?

Долгая пауза.

— Она здесь.

— Ты привел сюда женщину? О, это становится все интереснее и интереснее. Тогда знакомь нас живо.

— Она спит.

— Так разбуди ее. Я хочу задать ей несколько вопросов о Теряеве и Литвинове. Она знает о них больше, чем ты.

Он тяжело вздохнул.

— Хорошо. Но давай поаккуратнее. Она не знает о Лизе.

Я навострила уши. Лиза? Какая еще Лиза?

— Ты не думаешь, что она это переживет? — спросила Элеонора.

— Я думаю, она сможет пережить что угодно. Просто я еще не готов к тому, чтобы она узнала.

— Ты бы предпочел, чтобы она никогда не узнала, — догадалась Элеонора.

— Разве ты можешь винить меня? Посмотри, какую жизнь она прожила. Посмотри, как ей тяжело. Ей не нужно еще и моего пиздеца.

— Ты хочешь выглядеть хорошим в ее глазах. Я понимаю. И я полностью одобряю это, потому что это значит, что она тебе небезразлична. Но если ты хочешь, чтобы все зашло дальше секса, тебе придется рассказать ей когда-нибудь.

— Я расскажу, но она достаточно умна, чтобы разобраться во всем самостоятельно, — проворчал он. — Вот поэтому я хочу, чтобы ты была осторожна в своих распросах.

— Это же не какая-то страшная тайна. Ты единственный, кто считает случившееся чем-то стыдным. Думаешь, ей было бы стыдно за тебя? Очень сомневаюсь.

Последовала долгая пауза, прежде чем Герман заговорил.

— Один урод подлил в стакан девушке в клубе какую-то дрянь, а потом попытался вытащить ее оттуда. У него был нож в куртке.

— Полная жесть… — пробормотала Элеонора.

— Я попросил Олега и ребят показать, как плохо будет, если он повторит подобное. Агата видела это. Видела, как я стоял на парковке, смотрел и держал в руках гребаный нож. Ее однажды уже держали с ножом у горла.

— Черт.

— Она не убежала. Не бросилась на меня. Она сильная. У нее есть мужество. Думаю ли я, что она осудит меня? Нет. Но я хочу подождать еще немного, прежде чем рискнуть. Я бы многое ей доверил.

— Это правда. Хотя это очень необычно — видеть, что ты так серьезно относишься к кому-то. Я с нетерпением жду встречи с ней — и это жирный такой намек, между прочим.

Герман испустил долгий, тяжелый вздох.

— Пойду разбужу ее.

Мои глаза расширились. О, черт, мне нужно срочно убираться отсюда, пока Герман не спалил, что я подслушивала их разговор.

— Только не забудь...

Я тихонько пробралась обратно в спальню, когда услышала звонок его мобильного. Отлично, это даст мне несколько минут. Я как раз чистила зубы, когда он вошел в ванную.

Он прижался ко мне и обхватил руками, положив подбородок мне на плечо.

— Тебе идет моя рубашка.

Я выплюнула зубную пасту и прополоскала рот.

— Пришлось воспользоваться твоей зубной щеткой, — сказала я ему. — Не смогла найти запасную.

— Я не держу запасные, поскольку никого не привожу сюда.

Мне понравился такой ответ.

Он поцеловал меня в шею.

— Элеонора здесь. Она хочет с тобой познакомиться.

Я попыталась выглядеть удивленной. Наверное, мне это удалось, потому что он не выглядел как человек, который что-то заподозрил.

— Я сейчас не в самом презентабельном виде, — его рубашка доходила мне только до середины бедра.

Он фыркнул и взял мою руку в свою.

— Поверь мне, Элеонора не нежная роза, ты ее не удивишь.

И все же я настояла на том, чтобы надеть платье перед встречей с ней. Когда мы спускались по лестнице, она поднялась из-за барной стойки с сияющей улыбкой. Вживую она выглядела еще красивее, чем на фотографиях. Она напоминала мачеху Германа Яну своими широко расставленными глазами, ямочкой на подбородке и слегка оттопыренными ушами, но на этом физическое сходство заканчивалось.

— Ты, должно быть, Агата, — сказала она. — Много о тебе слышала. Я Элеонора, сводная сестра Германа.

— Привет, — я чуть натянуто улыбнулась. — Я немного стесняюсь, так что прошу меня простить.

— Да уж, вообще-то она умеет говорить, и очень много, — Герман усмехнулся.

Я ткнула его локтем в ребра, но он только хихикнул.

Когда мы все расселись за кухонным островом, Элеонора снова обратилась ко мне:

— Лика сказала, что у тебя красивые глаза; она права. Поразительный взгляд. О, Герман, тебе следует быть осторожнее, — она сделала нарочито серьезное лицо.

— Осторожнее? — я наморщила лоб.

— Когда девчонки, с которыми у Германа что-то складывается, начинают общаться с Ликой, у Германа с ними… ту же все заканчивается. Вот такое вот необычное совпадение.

Или Лика просто ревнует, не желая видеть Германа с другими женщинами, подумала я.

— Но есть у меня сомнения, что вы можете с ней подружиться, Агата, — продолжила Элеонора. — Просто ты явно не мимолетное увлечение, и нужно следить, чтобы она не играла в свои игры в этот раз.

Если бы она играла со мной в какие-то игры, я бы ударила ее прямо в нос.

— Герман рассказал мне немного о твоих нынешних проблемах. Я возглавляю детективное агентство, и мы лучшие в своем деле. Будет полезно, если ты расскажешь мне все, что уже знаешь — или думаешь, что знаешь, — о Теряеве и Литвинове. Дальше я разберусь сама.

— Хорошо, — и тогда я выложила ей всю имеющуюся у меня информацию о них — почти всю, которой я уже поделилась с Германом. Все это время я задавалась вопросом, чего же он опасался, почему не хотел рассказывать мне. Элеонора сказала, что это не страшный секрет или что-то, чего ему нужно стыдиться, но он, похоже, думал иначе.

К сожалению, Элеонора сдержала свое слово и была осторожна в высказываниях. Это означало, что у меня не было никаких подсказок, кроме «Лизы», что, в сущности, означало, что я не знаю примерно ничего.

Глава 4

После того, как Элеонора ушла, мы с Германом быстро позавтракали, а затем приняли душ. Удерживая мои руки над головой, он жестко трахал меня, прижимая к кафельной стене душевой кабины. Таким образом, я была восхитительно сыта и расслаблена, пока он вез меня в мою квартиру.

На полпути Герман сказал:

— Ты понравилась Элеоноре.

Отвернувшись от окна, я несколько раз растерянно моргнула.

— Хм?

— Элеоноре ты понравилась.

— Она мне тоже понравилась.

— Хорошо, — он сделал паузу, переключаясь на другую тему. — Раз уж мы заговорили о семьях, ты должна познакомить