Временный интерес - Люда Вэйд

— Что?

— Ему сколько, двадцать семь?

— А, ты об этом. Да, двадцать семь, а Глебу тридцать восемь.

— И сын есть взрослый… — произносит задумчиво. — Может, он больше ничего и не хочет?

Мне стало грустно.

— Может…

— Да погоди, я просто рассуждаю. Возможно, наоборот, он осознал, что одиночество его не устраивает и решил заняться отношениями.

— Ага, и его вопрос кричит об этом.

Я понимаю, что Эми хочет поддержать меня, но трудно отрицать очевидное.

— В любом случае он не должен тебя обижать!

— Кто?

— Не «кто», а «что»! Вопрос! Он ничего не значил, пойми! Не ставь крест на Холодове. В чёрный список, надеюсь, не отправила?

Ой! Отправила… Вообще-то я редко бываю такой вспыльчивой…

— Если он позвонит, отвечай, как ни в чём не бывало, — продолжает подруга, не заметив, как я потупила взгляд. — Может, к лучшему, что ты убежала. Два раза даже! Неожиданное для него обстоятельство!

Смеёмся.

— Не знаю. Думаю, он не скучает от отсутствия женского внимания.

Вспоминаю о бестии на «ауди» — совсем не скучает. Странно, не замечала ранее за собой собственнических эмоций.

— Это же хорошо! Нам и не нужен скучающий. Нам нужен востребованный. Но верный! — Эми подняла вверх указательный палец.

Я посмеиваюсь над репликами подруги, ем вкуснейшие бутерброды и чувствую, что моё настроение неумолимо поднимается.

— Это точно! Хорошо с тобой, Эми, и бутеры просто супер!

— Мне не жалко, но в следующий раз не стесняйся на свиданиях, ладно? Порадуй мужчину аппетитом и желанием тратить его денежки!

— Да я обычно и не стесняюсь. С тем же Олегом, например, мы ели шашлыки на первом свидании! Я уплетала их как не в себя, и было плевать, что он подумает! Это нормально вообще?

— Ещё как! Ты его зацепила. Мужчинам нравятся естественные эмоции. И конкуренция не повредит — проявится спортивный интерес, азарт. Это старая истина. Так что реанимируй Олега и вперёд!

— Не хочу Олега…

Не могу произнести этого вслух, но с ним моё сердце так не замирало…

— Другого найди.

Я машинально кривлюсь, передёргивая плечами.

— Никого не хочу!

— Оооо, — тянет подруга. — Ты реально пропадаешь, милая… Именно потому сейчас стоит отстраниться от этого Глеба. Хотя бы на время! Никакой инициативы!

Вот я и отстранилась. Не позвонит, не напишет.

Грустно.

— Если у тебя от мужчины крышу сносит, беги от него, — продолжает она. — Это я тебе как специалист по отношениям говорю!

Эми действительно изучала психологию, я знаю об этом.

Подняв глаза на подругу, ловлю её подозрительный взгляд.

— Не сносит, не сносит! — смеясь, хватаюсь за голову, демонстрируя, что она на месте. — Договоримся сейчас с тобой!

— Моя ты дорогая, иди обниму!

Тянет ко мне руки, и я тону в её нежных объятиях, чувствую себя рядом с ней, будто я дома.

Мы ещё немного поболтали, а затем я заснула в прекрасной гостевой комнате в стиле прованс.

Среди цветочных подушечек и занавесок я видела сон, где была принцессой. И не важно, кто был принцем, главное — он не задавал мне неудобных вопросов, а каким-то чудесным образом сам знал наперёд всё, что мне нужно.

Глава 4

Глеб

— На прошлой неделе я чётко дал понять, что это последняя возможность. Не отгрузите товар вовремя — мы с вами больше не сотрудничаем.

Честно, я бы и без того не работал с ними. Слушаю в трубке невнятное бормотание и не могу понять, как меня угораздило связаться с компанией этих недоумков? Непростительное упущение, столько времени впустую, но я сдеру с них всё, до последней копейки!

— Нет, мои юристы подключатся. — Отбиваю звонок и смотрю на сидящего рядом ещё одного смертника. — Ну и?

— Новый сотрудник, говорю, занимался этим…

И это ответ моего менеджера, не рядового сотрудника, а руководителя отдела! Что за оправдания? Детский сад, ей-богу, гнать всех в шею!

Резко встаю из-за стола, ослабляю галстук и, сунув руки в карманы брюк, смотрю в панорамное окно своего офиса на девятнадцатом этаже. Да что за напасть! Они сговорились косячить все разом? И так настроения давно нет. С пятницы.

Возвращаюсь обратно, надо быстрее заканчивать с этим.

— Мне твоего сотрудника вызывать и спрашивать, почему так произошло? Тогда зачем ты мне нужен, как начальник отдела?

— Я всё понял, Глеб Николаевич.

Понял он. Когда с таможни позвонили — понял.

— Хорошо, что понял. Теперь скажи: как мы будем возмещать убыток компании?

— Да, штрафы есть. Но некритичные. Всё в пределах бюджета, мы не выйдем за рамки по итогу года.

Как ты стелить научился, гадёныш!

— То есть вы свои косяки в бюджет заложили, а не непредвиденные обстоятельства, как, например, повышение тарифа на прошлой неделе?

— И это тоже, — уже обречённо лепечет он, но на жалость давить не следует.

— Нет, не «тоже». Всегда кто-то должен заплатить, ты же знаешь, как это работает?

Когда наступает вечер, я всё ещё нахожусь в офисе и тихо радуюсь от осознания того, что этот день наконец-то подходит к концу. Подписывая бумаги, я пытаюсь выловить из глубин сознания то, что больше всего огорчило меня из сегодняшних событий.

Среди документов «на подпись» — заявление на увольнение «по собственному», которое я, не сомневаясь, подписываю. Всё будет хорошо у моего теперь уже бывшего начальника отдела по работе с таможней, он неплохой менеджер, но мне такие не нужны. Рано расслабился, спускать подобное нельзя, другие смотрят.

Звонит мобильный.

Проблемы разрешились, но я устал зверски. Андрей Разитов всегда умел отвлечь, пускай и сейчас попытается.

— Привет, трудяга, — слышу в трубке насмешливый голос друга.

— И тебе не хворать…

— Твои сегодня звёзды таможни?

Чёрт, сглазил. Он всегда был в курсе всех моих дел. Порой складывается впечатление, что он работает у меня штатным сотрудником.

— Ты поглумиться позвонил?

— Я серьёзно! Может, помощь нужна?

Ухмыляюсь про себя — дожил, Андрюха помощь предлагает!

— Спасибо, конечно, но утрясли уже всё.

— Это хорошо… Ты поэтому от начальника таможни такой серый уезжал?

Напрягаюсь — мы с Андреем часто пересекаемся по делам: он тоже гонит груз за границу. Но я рассчитывал, что мой визит на таможню не привлечёт лишнего внимания, а лучше и вовсе останется незамеченным.