Кукла для монстров - Елизавета Владимировна Соболянская

Вика слушала мужчин и не понимала, о чем идет речь, ей было так плохо, что она не удержалась – наклонилась вперед, и ее вырвало прямо в молоко.

– Отлично, – обрадовался Бирн, – время не упустили! Вылезай, сейчас молоко поменяют!

Он выдернул девушку из ванночки и сунул в чан побольше. Холодная медь вызвала у девушки дрожь до стука зубов, и парень стукнул себя по лбу:

– Ой-ой! Надо греть!

К счастью, водопровод тут был, так что Вику быстро облили теплой водой и даже покрыли какой-то розовой пеной.

Ей было страшно неловко быть голой среди одетых мужчин – младший снял запонки и закатал рукава белой рубашки, оставаясь в жилете, брюках и галстуке, старший вообще сидел на маленьком табурете при полном параде. Даже служанки, которые вылили молоко, вымыли ванночку и снова ее наполнили, ходили в плотных серых платьях, передниках и чепцах, а на Викторию смотрели, как на предмет мебели.

В итоге девушку еще раз вымыли теплым молоком, особенно тщательно промывая им рану, потом ополоснули теплой водой, завернули в простыню и унесли в лабораторию.

– Посиди тут, – младший усадил Викторию в кресло и принялся что-то смешивать на металлической пластинке, закрепленной над горелкой. – И все-таки удивительно! Кукла – говорит! И смотрит, как человек!

– Я и есть человек, – хрипло и устало сказала девушка, – расскажите лучше, что такое эти ваши куклы?

– А ты не знаешь?

– Я, кажется, вообще не из вашего мира, – вздохнула Вика, понимая, что таиться бессмысленно.

– Интересно-интересно! – Бирн высыпал смешанный нагретый порошок в чашку, добавил чего-то и намазал этим рану на лице девушки. – Вот так. Высохнет и отвалится корочкой. Думаю, яд уже вышел, но ранку надо затянуть…

– Так кто такие куклы? – напомнила Вика.

– Куклы и есть, – вздохнул Бирн, усаживаясь рядом и рассматривая ее глаза. – магически созданные големы. Они идеальны, прекрасны и бесподобны. Послушны, но не имеют души.

– А зачем их берут на приемы? – сглотнула Виктория.

– Красивый аксессуар. Сделать куклу довольно дорого. К тому же ее нужно правильно хранить, подпитывать магией и кормить… Вот, кстати, а как тебя кормить? – озадачился мужчина.

– Не знаю, – девушка в растерянности положила ладонь туда, где должен быть желудок. – А чем кормят големов?

Бирн смутился и почесал затылок:

– Вообще, им готовят специальную слизистую смесь… У них очень упрощенные внутренние органы, как у червяков примерно…

Вика содрогнулась.

– Может, бульон какой-нибудь попробуем? – осторожно сказала она. Есть уже хотелось.

– Ладно, угрозы жизни вроде нет, иди за мной! – скомандовал Бирн, вставая, потом нахмурился, хотел что-то сказать и передумал – все же покинул комнату, а Вика неловко зашагала за ним, кутаясь в простыню.

Глава 3

Пока младший спасал куклу, старшие братья Лимьер пытались выяснить, что же произошло.

– Теренс так хотел заполучить Сандру, что раздобыл новую куклу. Возможно, даже сделал, ее кожа еще немного светится, – сказал Брендон.

– Мы, в свою очередь, хотели ему подсунуть Сандру, так что поменялись легко. Но… как теперь узнать, что он сделал? Почему глаза куклы стали вдруг живыми? Она разговаривает! – взъерошил волосы Брэйд.

– Давай посмотрим, как дела у Сандры, – предложил Брендон, направляясь в кабинет.

Включив защиту, мужчины вынули из стола большую шкатулку, подняли крышку и уставились на хрустальную пластину. Брендон быстро, как музыкант, пробежался по рукояткам, шарикам и точечкам, спрятанным в шкатулке, и на пластине проступило изображение.

– Спальня, – негромко сказал Брэйд, заметив странные фестоны по краю пластины. Изображение дергалось, доносилось какое-то бульканье и рычание.

Брендон покрутил ручки настройки, переключая на режим “полумрак”, и стало понятно, что над куклой нависает магистр Теренс.

– Фу, – Брейд оценил красное лицо старика с выпученными от усилий глазами. – Так и думал, что магистр куклу сразу в спальню поволочет, но он еще и “Септим” [1] принял! Фу!

– Не фукай, можно подумать, сам бы от красивой игрушки отказался. Давай-ка посмотрим, что вокруг есть. Если это личная спальня Теренса, есть шанс обнаружить улики…

Мужчины всячески крутили шкатулку, морщась, когда в поле зрения попадало красное от усилий лицо магистра, но ничего не нашли.

– Ладно, пошли узнаем, как там Бирн справился!

Они столкнулись в холле на первом этаже. Брэйд сразу недовольно зыркнул на Викторию – она шла босиком по мраморным плиткам холла и явно мерзла.

– Бирн! – недовольно рыкнул старший, подхватывая куклу на руки.

Младшенький дернулся, взъерошил волосы:

– Ой, я не подумал… Тебе холодно?

– Очень, – поежилась Вика.

– Ну да, последствия отравления… А еще ты совсем не похожа на куклу, у них снижена температурная реакция…

– Куда вы шли? – недовольным тоном уточнил Брэйд.

– Вообще на кухню. Ку… А как тебя зовут, кстати?

– Виктория…

– Виктория захотела есть, кажется, ее организм подвергся изменениям, – с вдохновением ученого начал объяснять младший. – Куклы же просто бледнеют и слабеют, когда приходит пора заливать гель!

– Заливать гель? – содрогнулась Вика. – Можно меня просто покормить? Бульоном хотя бы, если есть подозрения, что желудок не справится!

Вид у мужчин был немного странный.

– Не просто говорит, а делает выводы и перебирает варианты, – сказал Брендон. – Давайте попробуем покормить, а потом в лабораторию, надо понять, что изменилось.

Кухня оказалась небольшой Особенно Вике понравился стол с тремя удобными мягкими стульями вокруг. Брэйд сел, не выпуская ее из рук, Брендон полез в красивый деревянный шкаф, из которого пахнуло холодом, и начал доставать продукты, Бирн щелчком пальцев зажег огонек на непривычного вида плите.

– Это вы бульон только варить будете, – скуксилась Вика, – я очень сильно есть хочу!

– Не волнуйся… Виктория, – с заминкой сказал Брендон, – это наша личная кухня, тут есть запас бульона. Нам часто приходится быстро восстанавливать силы, да и всякие зелья лучше усваиваются в животном белке.

Пока Вика соображала, что же ей сказали, Бирн взял кастрюльку с ручкой, открыл холодный ящик и бухнул в кастрюльку что-то типа холодца. Девушка не сразу поняла, что это просто замороженный бульон.