Помешанная на нём - Кристина Жиглата

Хочу выпустит боль. Мой крик разносится эхом по лесу, спугивая птиц и других животных. Мне кажется в этот момент даже ветер усилился… Подхватывая мой болезненный вопль и разнося вокруг. Что бы его услышали все. — Ааааа!!! — продолжаю я, и реву… Реву так, как никогда не ревела.

Настя испуганно затихает рядом, но вскоре быстро приходит в себя. Она понимает что сейчас, когда я сломлена, её поддержка и помощь мне очень необходимы. И она поддерживала меня как могла. Обнимала, говорила успокаивающие слова… Напоминала о себе и о том, что я не имела права сдаваться. Не смотря ни на что.

— Поплачь… Покричи… Выпусти всё, станет легче, милая, — говорила она, прижимая меня рыдающую к себе и поглаживая мои растрепанные волосы.

А я кричу… Кричу и дышу… Дышу и плачу… Пока полностью не выматываюсь, а слёзы не иссякают.

— Неужели ты так сильно влюбилась в него? — спустя некоторое время спрашивает Настя.

— О-очень, — отвечаю всхлипывая.

— Ты прости меня… Не хочу сыпать тебе соль на рану… Но я слышала всё то, что он тебе говорил в той комнате… Он специально же это сделал… Использовал тебя, влюбил, украл твою девственность… Чтобы врагу отомстить…

Да, я тоже должна была в это поверить… Но почему-то не верю.

Возможно, это потому что в последние наши секунды он так отчаянно прижимал меня к себе и жадно вдыхал мой запах… Будто хотел запомнить, ощутить в последний раз. Будто прощался…

Или же, это потому что я очень сильно его люблю… А всем известно, что любовь обычно делает человека слепым.

Не знаю… Что именно поспособствовало такому вот моему отношению к его жестоким и грубым словам, но я продолжала его оправдывать в своих мыслях.

Искала объяснение его поступку. Искала… Но так и не находила…

Потому что если бы он знал что это наш последний момент и что вскоре его могут убить, он бы наоборот сказал мне слова любви и то, как я для него ценна. Но он сказал другое… Чтобы ранить напоследок… Открыв жестокую правду.

— Я… Я не знаю, — шепчу. — Не верю…

Настя устало вздыхает.

— Любовь… Она бывает такой сукой… Я зла на твоего Карателя, что он с тобой так поступил, но… Мне очень жаль что всё так произошло, Мириам… Тебя жаль… Но я хочу чтобы ты не губила себя из-за одного такого вот болезненного случая… Мы выбрались, вырвались из рук психопата и должны жить дальше! Ты слышишь меня! Мы должны жить дальше! — говорит она сильные слова.

Я киваю. Поспешно и часто киваю.

Я буду жить… Не знаю пока как… Но буду жить…

— Отлично, умница, — хвалит меня сестра, помогая мне подняться на ноги. — Нам нужно двигаться дальше и искать выход. Ночью в лесу очень опасно… Ты готова? Можешь идти? — уточняет, заглянув в мои глаза.

Ещё раз согласно киваю, хотя была не уверена в том, что смогу двигаться дальше. Но мы не для того убежали от одного ублюдка и прошли такой тяжелый путь, чтобы так глупо умереть в лесу.

Глава 4

Настя шла впереди, я за ней. Сестра направлялась на запад, руководясь солнцем, в надежде, что так мы выйдем хоть на какую-то дорогу.

Я не вникала в происходящее, полностью доверившись сестре… Шла за ней, поникнув в себе.

Спустя два часа нашего пути мы так и не достигаем никакой цели. На улице становится темнее и холоднее. Начинает капать дождь.

Прячемся под деревом, смастерив из его широких листьев импровизированную посуду. Нам удается набрать воды и вдоволь напиться. Жажда была утолена, но мы хорошенечко промокли и начали замерзать.

— Предлагаю провести ночь в лесу, а завтра утром, снова двинуться в нужном направлении, — говорит Настя. — Не хочу сбиться с курса… Да и страшно идти ночью лесом. Здесь и дикие вепри, и бешеные лисы, и волки могут быть…

Сомневаюсь, что в этой местности есть волки, но всё равно страшно ночью в лесу без оружия и огня.

Выбираем с сестрой самое огромное дерево с множеством широких веток, взбираемся на него и, выбрав удобное место (чтобы если уснем не свалиться на землю), прижимаемся друг к другу. Так теплее и удобнее.

— Мириам, и что будем делать дальше, когда выберемся отсюда? — спрашивает Настя. — Как будем жить? Думаешь, Александр оставит нас в покое?

— Нет… Конечно, нет. Но, уверена, что мы что-то придумаем. Мы же ведь сильные… Отца вытерпели и выжили под его тираническим гнетом….

— Домой же мы не вернемся?

— Не вернемся. Это опасно. Начнем жить с ноля. Вдвоем. Устроимся где-то на неофициальную работу… Будем потихонечку жить… А там дальше видно будет.

— Вообще нет никаких перспектив к хорошему, счастливому будущему…, - с огорчением говорит сестра.

— У нас этого и раньше не было… Живем ведь. Не волнуйся, что-то придумаем. Прорвемся, — пытаюсь поддержать её. А что ещё оставалось? — Главное сейчас выжить…

— Да… Но мы ведь сильные, справимся?

— Справимся, — подтверждаю, чувствуя, как сестра зевает.

Вскоре Настя засыпает, а я не сплю… Думаю о Ратмире.

Вспоминаю нашу первую встречу, наш первый поцелуй, секс… Его пробивающие насквозь взгляды.

Не плачу, а горько улыбаюсь…

Пускай Ратмир остается в моей памяти таким хорошим, каким я запомнила его в первые наши дни вместе… А о плохом даже не буду думать. Не хочу.

Лес быстро погружается в темноту. На небе появляются яркие звезды. Вижу их через маленькие «островки» среди крон деревьев… Зависаю на них, думая что где-то там сейчас мой любимый. Мама всегда говорила мне, что все люди, которые умирают, отправляются на небо… Может это не так, по-детски, но я верю в то, что это правда. Так легче.

Думаю об этом… и вскоре и сама засыпаю.

* * *

— Мириам! Проснись! — слышу взволнованный голос сестры, а затем она легонько трясет меня за плечо.

Открываю глаза и морщусь от боли в теле… Спать на твердом дереве, было очень не сладко.

В лесу уже было светлее, а значит время близилось к рассвету… К раннему рассвету.

— Ой… Блииин, как всё болит и ноет… Нога затекла и руки онемели…

— Тише! — обрывает меня Настя, и я замираю, слыша вдали лай собаки. — Ты слышишь?

Согласно киваю, осторожно выпрямляясь на своем твердом ложе. Сердце тут же заходится биться в бешеном ритме, от страха и волнения.

— Давай позовем на помощь, может кто-то в лесу есть, — предлагает сестра.

— Не вздумай! — обрываю ей. — А что если это люди Александра ищут нас с собаками? — высказываю