Агентство "Маленькая Леди" - Эстер Браун

– Сожалею, Мелисса, но у меня плохие новости. Это беда всей фирмы. Впрочем, есть и чему порадоваться…

Я в недоумении уставилась на него.

Квентин посмотрел на меня, кашлянул и сделал большой глоток кофе.

– Приятное в том, что «Дин и Дэниелс» присоединяется к «Керл и Поуп», одному из престижнейших нью-йоркских агентств.

– Вот здорово!

–Да, конечно. В правлении решили, что офисы «Дин и Дэниелс» в Найтсбридже и Челси разумнее объединить и снабдить современным оборудованием для архитектурного моделирования. Для переговоров с клиентами будут отведены специальные залы.– Квентин чуть ли не сиял.– «Керл и Поуп» работают с покупателями и продавцами недвижимости по всему миру, предлагая широчайший спектр услуг: от операций с закладными до проектировки цветочных ваз для прихожих.

– Звучит потрясающе! – воскликнула я в восторге.– Я давно подумываю, не завязать ли нам отношения с «Питер Джоунс»* – они могли бы помогать одиноким клиентам в оформлении новых домов, так сказать, вносить в обстановку частицу женского тепла.

Мне подумалось, что я бы прекрасно справилась с новой обязанностью, и я уже настроилась проявить инициативу и предложить свои услуги, когда на покрасневшую физиономию Квентина легла вдруг зловещая тень сострадания.

Мгновенно вспомнилось лицо отца в минуты, когда он пытался вызнать, по болезни ли я пропустила столько занятий. Даже если ему было достоверно известно, что на здоровье я отнюдь не жаловалась.

Я крепче ухватилась за блюдце.

– Теперь плохая новость,– вымолвил Квентин.– Поскольку грандиозные изменения в любой компании влекут за собой некие неудобства и сбои, а мы сливаемся с отделением в Найтсбридже и берем в штат несколько агентов-американцев, кое с кем из нынешних сотрудников придется расстаться.

– Надо же! – выдохнула я, подумав о бедных Хьюи и Чарльзе и скрещивая под блюдцем пальцы. Один планировал взять трехмесячный отпуск, второй платил немыслимые суммы по закладной. Я сама помогала ему писать заявление.

– Проститься мы вынуждены не только с тобой… но, поверь, тебя нам будет особенно не хватать, в том числе и мне.

– Спасибо, очень мило с твоей стороны,– сказала я, снова до ушей улыбаясь.

«А он, если захочет, может быть даже очаровашкой»,– пронеслось у меня в голове.

И только теперь до меня дошло, что я без пяти минут безработная. На сердце лег свинцовый груз. Неужели опять? Господи!..

Дверь снова приоткрылась, показался сначала стог блондинистых волос Кэролайн, потом и она сама.

– После, Кэролайн! – отрезал Квентин.

Секретарша поспешно исчезла. Я закусила губу и поставила блюдце на стол. Какая-то часть меня жаждала залиться слезами, забарабанить по столешнице кулаками и потребовать, чтобы мне сейчас же вернули работу. Вплоть до заявления, что я, в отличие от Кэролайн, предъявила не фальшивое свидетельство об окончании секретарских курсов…

Только я знала, что это не поможет. И что выглядеть подобное представление будет весьма недостойно. Потому взяла себя в руки и, несмотря на бушевавшую в душе бурю, изобразила на лице лучезарную улыбку.

– Вот это да!– прохрипела я.– Вот это да… Квентин выглядел по-настоящему расстроенным. За папой подобного не водилось.

– Все дело в том, что ты устроилась позднее всех,– произнес он извиняющимся тоном.– А работала действительно гораздо лучше многих безмозглых… э-э… молодых сотрудниц. Для нас это даже как-то непривычно. Поверь, благодаря тебе фирма буквально переродилась. Я с удовольствием напишу отличную рекомендацию. И, разумеется, ты получишь выходное пособие.

Проклятье! И на что я теперь буду жить? Даже того, что я зарабатывала, мне едва хватало на оплату счетов и аренду жилья.

Я заставила себя улыбнуться естественнее.

– Замечательно. С пособием, конечно, будет легче. Послушай, я понимаю, что сую нос не в свое дело, но…– Я постаралась спросить об этом как можно более осторожно.– Мм… А Чарльз и Хьюи?

– Чарльз и Хьюи? – Квентин удивился, но покачал головой.– Они остаются.

Прекрасно. Что ж, по крайней мере, хоть это утешало.

– Что-нибудь еще? – спросила я.

– Нет,– ответил Квентин.– Все.

Он опять немного погрустнел.

Габи новость потрясла. Если бы я не знала о ее хулиганских наклонностях, то поклялась бы, что она прослезилась по-настоящему.

– Не бросай меня здесь с Кэролайн! Я буду чувствовать себя так, будто работаю с Дракулой и сплошь в ночные смены. В отделении переливания крови…

– Я не бросаю тебя, дурочка! Вы ведь переезжаете в Найтсбридж.

– О боже! – простонала Габи, закрыв лицо ладонями.

– Только подумай, какие там магазины!

– Подумаю,– проворчала Габи.

Открылась дверь кабинета Квентина, и все мы замерли.

Он крикнул:

– Джереми! На минуту! Только побыстрее!

Дверь закрылась. Джереми встал и направился к боссу. Тишина стояла такая, что я слышала, как поскрипывают туфли Габи.

– Ну, так как? Юбка-то оказалась узковатой? – с идиотской улыбочкой осведомилась проходившая мимо Кэролайн.

Она сказала это с таким невозмутимым видом, что я даже подумала: вряд ли она подслушивала.

– Юбка тут ни при чем.– Я подняла голову и посмотрела ей прямо в глаза.– По мнению Квентина, я работаю серьезнее многих.

– Работала,– самодовольно поправила Кэролайн и тут же разозлилась на себя за болтливость.

– Не представляю, что мы будем делать без Мелиссы,– заныла Габи.– Она, можно сказать, спасла фирму от развала, а кофе умеет сварить так, что кофеварку потом не распирает гущей… Квентин, по-видимому, спятил. Какого черта он увольняет именно тебя?

Если доверяешь Габи какой-то секрет, имей в виду, что о нем тут же узнают все вокруг. Хьюи из-за этого изрядно настрадался, когда Габи отвечала вместо меня на телефонные звонки, спокойно выкладывая клиентам, что именно предлагают наши конкуренты. Я же, напротив, всегда была сама предусмотрительность.

– Меня увольняют по сокращению штатов,– напомнила я с беспечным видом.– Подобное ведь может случиться где угодно, так? Злиться тут не на что. У фирмы новые перспективы и все такое.

Голова Габи опустилась ниже, а я принялась отыскивать в своем положении три преимущества.

Буду посвящать больше времени шитью – сколько раз оно приносило мне побочный заработок и спасало от голода!

Это раз.

Забуду наконец про выходки Кэролайн.

Это два.

Я поймала себя на том, что легче мне не становится ни капли.

За то, что держишься достойно в такой ситуации, награды не жди, во всяком случае в реальной жизни. Меня вдруг охватило страстное желание закатить настоящую истерику, как распоследняя стерва,– дома на подобные шоу я насмотрелась, видит бог! Но я не смогла. Главным образом потому, что не придумала, что надо делать после истерики. Сбежать? Раствориться в воздухе?