Прежде чем мы разобьёмся - Мила Любимая

Потому сделала последнюю попытку пробраться к выходу, а когда этого снова не получилось, нажала на клапан и направила струю газа прямо в лицо наглому и невыносимому мажору.

Получи, гад!!!

Мой план сразу пошёл по одному месту. Хотела как лучше, а получилось как всегда. Если в нескольких словах.

Вместо того, чтобы зареветь на весь дом разъярённым медведем и начать протирать свои не самые красивые на свете глаза (как я задумала вообще-то!), он схватил меня в охапку, пытаясь удержать.

В итоге из чулана мы вывалились далеко не сразу. Успели надышаться перцем. Да только Яну хоть бы хны. Бросил на меня уничтожительный взгляд и дальше отправился хаос творить, а я осталась стоять в коридоре, болезненно щуря глаза. Они всё равно жутко слезились и болели, словно их заволокло облаком песка и пепла.

Мда, вот вам и дочка мента. Расскажу папе, он будет долго ржать.

Но не это оказалось самое страшное.

Люди, которые проходили мимо меня, почему-то смотрели с раздражающей жалостью, а большинство девчонок улыбались с каким-то непонятным сочувствием.

Да что за фигня?!

Всё встало на свои места, когда я вышла из дома и села на один из шезлонгов у бассейна, ища взглядом Марьяну. Сестру я так и не обнаружила. Зато ко мне подошли Милана с Викой и зачем-то разместились рядом.

Очень интересно.

Нет, мы, конечно, в университете с ними здоровались и иногда даже обедали вместе, но подругами никогда не были.

Так что странно. Да.

— Тебе не нужна помощь? — в лоб спросила меня Милана.

— Э-э, нет, — я отрицательно покачала головой. — Я в порядке.

— Бедняжка! — театрально вздохнули однокурсницы.

Ну ла-аа-дно.

— Хочешь, мы можем подбросить, — предложила Милана. — За мной брат приедет.

— Спасибо, я как-нибудь сама.

— Твоё право, — Милана протянула ладонь и погладила меня по плечу. — Не бери на свой счёт, Жарова. Такое могло произойти с каждой.

А вот теперь я официально ни хрена не понимаю.

Что случилось-то?!

— Мил, кажется, она немного не догоняет. Покажи ей.

— Правда? — Милана вытянула губы трубочкой.

— О чём вы?

— О тебе, — она достала из блестящего клатча свой смартфон популярной модели в чехле оттенка пыльной розы с несметным количеством страз, разблокировала его и повернула экраном ко мне. — И о Сотникове.

Один взгляд, чтобы научиться проклинать людей на расстоянии.

Какого фига, Ян?!

Глава 2. То ли еще будет

Ты превращаешь солнце

в пыль

И затмеваешь собой

луну,

««Стоп»», — сказала.

Остынь!

Я сердце не отдам

в эту тюрьму…

/Аврора/

Конечно, будь я нежной и впечатлительной кисейной барышней, то тотчас зарыдала бы от вопиющей несправедливости. Возможно, убежала бы домой и начала записывать весь свой ужасный день в личный дневник любимых оттенков куклы Барби, который непременно закрывается на какой-нибудь бессмысленный код или посредственный замок.

А что? Марьяна до сих пор ведёт похожий.

Но я не Она. К счастью.

Первое, что мне захотелось сделать — это откусить Яну Сотникову голову, а после сделать вид, словно так и было задумано свыше. Мягко говоря.

Потому что какого единорога он вытворил?!

— Она в шоке, — прошептала Вика Милане, словно меня вообще здесь нет. Ну, или у Авроры Жаровой резко начались проблемы со слухом.

Конечно, в шоке!

Я знала, что Сотников дебил, но, чтобы клинический? Нет-нет, это всё какой-то сюр, честное слово.

Но смотрю на нашу с Яном фотку в полутьме коридора и не могу осознать до конца полного масштаба трагедии. Кажется, кое-кому ещё в детстве забыли сделать прививку от мудачества.

Же-еее-сть.

Грёбаный конец света со всеми вытекающими.

Будь проклят тот человек, который придумал суперкрутые камеры на современных смартфонах, что дают чёткую картинку даже в кромешном мраке.

Зачем он это сделал? Для чего?!

Самое паршивое, ясно складывается ощущение, словно у нас там был горячий эротический забег. У меня смазана помада, спущена бретелька топа с правого плеча, юбка крайне неприлично задралась и как вишенка на тортик — физиономия вся в слезах. Виной тому перцовый баллончик, но кому какое дело.

Типа я такая «Постой, не уходи!» и ква-ква-ква… по классике жанра. Ага, вон бегу за ненавистным мажором, волосы назад.

Но, наверное, ему этого было мало, чтобы потешить свое нездоровое эго. Трахнул дочку прокурора — лайк. Теперь наша общая фотка с хештегом #полный_пипец везде. И если я говорю ВЕЗДЕ, то это значит, что новость заполнила эфир. Разошлась по вселенной, как эхо.

Пара его слов… мы звёзды интернета и сегодняшнего вечера в целом.

Сплошные пошлые фразочки и не самые лестные прилагательные заполняли наш общий чат. Конечно же, и мою комплекцию, далёкую от фитоняшки, обсуждали все, кому только не лень.

Вот же Срань Господня.

Давно выросла из возраста, когда обижалась и комплексовала из-за «высокоинтеллектуальных» высказываний людей, которые решили, какой вес является нормой, а какой нет. Но лёгкий осадочек всё-таки есть. Потому что этот парень поступил по-настоящему мерзко и подло.

Я сверну ему шею без анестезии.

— Жарова, ты точно в порядке? — с беспокойством спросила Милана, убирая телефон обратно в сумочку. — Знаешь, в таких случаях рекомендуется сходить на приём к особенному врачу.

Дьявол, он труп.

— У нас ничего не было, — сухо возразила.

Ага, кто бы в это поверил ещё!

— Конечно, — ободряюще улыбнулась мне однокурсница. — Я тоже на твоём месте говорила бы именно так.

— Милана, я серьёзно.

— Ну да.

— Ладно, спасибо. Пока.

Я встала и уверенно направилась к бассейну, твёрдо намереваясь найти Сотникова или хотя бы кого-нибудь из его ближайшего окружения.

— Ян пополнил свою коллекцию размером плюс сайз! — с насмешкой бросил кто-то мне в спину.

Так, спокойно. Это ещё не самое худшее в жизни.

Я буду представлять, как топлю его в этом милом и глубоком (я очень надеюсь!) озере на опушке леса.

Вдох — выдох…

О, отлично!

Вот и так называемый лучший друг Яна, Руслан Башаров. Ещё один самовлюбленный мажор с минимальным набором моральных качеств.

— Где Сотников? — остановилась перед ним, скрестив руки на груди.

— Уже повторить захотелось? — усмехнулся тот в ответ. — А мы с Янчиком поспорили, через сколько ты за ним прибежишь. Эх, Жарова-Жарова, ты меня разочаровала.

Со всех сторон раздался смех. А буквально в нескольких шагах я, наконец, заметила Марьяну.

Нашлась, блин.

— Я спросила, где Ян, Башаров.

— Падай, — он похлопал ладонью по соседнему лежаку. — Не боись, я люблю только худышек.

— Где