Бессердечный наследник - Мишель Хёрд

— Привет, дедуль.

Мы некоторое время сидим в тишине, прежде чем я задаю вопрос, который тяготит меня больше всего: — Почему он это сделал?

— Должно быть, он оказался в таком темном месте, где не смог найти свет.

Мне нужно выговориться, поделиться тем хаосом, что царит в моем сердце, а дедушка — самый мудрый человек из всех, кого я знаю. Он морской котик в отставке, и я уверена, что он не раз видел темную сторону жизни.

— Мы были счастливы вместе. На вечеринке у Джейса произошел инцидент, и Хантер опозорил Брейди. Я не знаю, что случилось, когда Хантер повез его домой. Колтон, старший брат Брейди, сказал, что все закончилось плохо, и именно поэтому Брейди покончил с собой.

Дедушка тяжело вздыхает и спрашивает: — Хантер и Брейди подрались?

— У меня не хватает духа спросить Колтона о деталях, а с Хантером я говорить не хочу.

— Значит, ты на самом деле не знаешь, что произошло?

Я выпрямляюсь и сердито смотрю на воду.

— Я могу только догадываться, дедуль. Это было достаточно серьезно, чтобы Брейди почувствовал, что у него нет другого выбора.

Дедушка потирает рукой волевой подбородок, нахмурив брови.

— Думаю, тебе стоит позвонить Хантеру и выслушать его версию. По моему опыту, должно произойти очень многое, прежде чем человек дойдет до точки, когда смерть кажется единственным выходом.

Я слегка киваю, погруженная в мысли о его словах.

— Ужин почти готов. Хочешь, я поставлю твою тарелку в микроволновку, пока ты не созреешь поесть?

Иногда мне кажется, что дедушка и папа знают меня лучше, чем я сама. Я благодарно улыбаюсь и киваю: — Пожалуйста. Я хочу побыть здесь еще немного.

Дедушка хлопает меня по колену и уходит к дому. Какое-то время я наблюдаю за последними отблесками заката, а затем достаю телефон. Экран загорается, и я тут же вижу улыбающееся лицо Брейди. Этот удар настолько силен, что я в считанные секунды превращаюсь в рыдающий комок нервов.

Прижимая телефон к груди, я вздрагиваю от звонка. Увидев имя Фэллон, я хриплю: — Привет.

— Ты как? — секундная пауза, и она тараторит дальше: — Не отвечай на этот глупый вопрос. Я просто хочу, чтобы ты знала я рядом. Как бы я хотела тебя сейчас обнять.

Голос подруги снова вызывает слезы.

— Это просто… тяжело. Я не могу все это осознать. В одну секунду мы счастливы, а в следующую меня будто забросили в фильм ужасов.

— Мы любим тебя, Джейд! — доносится в трубку крик Милы, а затем и Ханы: — И мы скучаем!

Подругам удается вызвать у меня слабую улыбку.

— Я тоже по вам скучаю. Мне просто нужно все переварить.

— Ты ведь вернешься после лета, да? — спрашивает Фэллон.

— Да, родители не разрешат мне остаться здесь.

Фэллон прочищает горло, и ее тон становится неловким: — Ты говорила с Хантером? Он пытается до тебя дозвониться. Когда он спросил, все ли с тобой в порядке, потому что ты не берешь трубку, я не знала, что ответить.

Мой гнев отступил на второй план под гнетом горя, но сейчас он вновь зашевелился.

— Я просто пытаюсь разобраться в бардаке у себя в голове, прежде чем отвечать ему.

— Ты говоришь с Джейд? — слышу я голос Ноа. Значит, друзья собрались у Милы. Отцы Ноа и Милы — близнецы, и их семьи всегда проводят много времени вместе.

Прежде чем Фэллон успевает ответить, Ноа забирает телефон.

— Крошка, ты в порядке? Девчонки сказали, ты в Вирджинии.

— Привет, Ноа.

В следующие пару секунд все происходит слишком быстро. Я слышу на заднем плане голоса Као, Джейса и Хантера, а затем звонок переключается на видео, и я вижу обеспокоенные карие глаза Ноа.

— Встань там, где есть свет, чтобы мы тебя видели, — командует он, и я, как робот, подчиняюсь. Я подхожу к первому фонарю на дорожке к дому, и Ноа ухмыляется: — Вот так лучше. Как ты держишься?

Лицо Као появляется в кадре из-за плеча Ноа, он ободряюще улыбается. Я уже собираюсь что-то ответить, как Ноа поднимает телефон повыше, чтобы все могли втиснуться в экран. Как только я вижу Хантера, гнев и душевная боль скручиваются в моей груди в кровавое месиво.

Вне себя от горя, я качаю головой и сбрасываю вызов. Я не могу. Я не готова видеть Хантера. Все еще слишком свежо.

Телефон звонит снова. Видя имя Хантера, я больше не могу сдерживать обиду и предательство. Мой голос сочится яростью, когда я отвечаю: — Никогда больше мне не звони. Ты потерял это право в тот момент, когда Брейди убил себя из-за тебя. Я ненавижу тебя, Хантер Чарджилл! — Всхлип прерывает мой голос, но я заставляю себя продолжить: — Ненавижу тебя и хочу, чтобы на месте Брейди был ты. Что ты с ним сделал? — Эмоции выходят из-под контроля, я перехожу на истерический крик: — Что, черт возьми, ты сделал с Брейди?!

— Джейд, я ничего не делал. — Замешательство в его голосе бесит меня еще сильнее.

Не могу поверить, что он сейчас строит из себя невиновного!

— Я тебе не верю! — Я хватаю ртом воздух и прижимаю свободную руку к влажному лбу. — Я никогда тебя не прощу, Хантер. Когда-нибудь я заставлю тебя заплатить. Не знаю как и когда, но обещаю: ты ответишь за то, что сделал с Брейди.

Я отключаю вызов и с криком швыряю телефон в темноту. Дыхание становится слишком частым, мне кажется, что воздух не доходит до легких. Я снова вскрикиваю и начинаю оседать на колени, но прежде чем ударяюсь о каменную дорожку, из темноты появляется дедушка и подхватывает меня.

Взяв мою дрожащую руку, он прижимает ее к своей груди и ловит мой взгляд.

— Просто дыши вместе со мной, Джейд. — Первые вдохи даются с трудом, словно я выныриваю после того, как тонула. — Глубокий вдох. Выдох, — повторяет дедушка, пока мое дыхание не выравнивается.

Убедившись, что я в порядке, он крепко обнимает меня.

— Впусти эту боль, Джейд. Я буду здесь, чтобы собрать тебя заново.

— Мне слишком больно, — глухо шепчу я, уткнувшись в его грудь.

— Я знаю, Джейд. Знаю. — В его голосе слышится эхо старой потери, и мне кажется, что в этот момент мы сближаемся на каком-то ином, глубинном