Лихач. Мой сосед - Лия Седая

Яркое желтое пятно на краю парковки выделялось.

Притягивало взгляд.

Я поморщилась.

Тачка Лихача. Он вчера на ней и в клуб приезжал. Новые классные тачки там обсуждают шумно и увлеченно.

Я шла по тротуару и приглядывалась.

На капоте ярко блестел значок: мощный котик в прыжке. Значит, Лихач катается сейчас на Ягуаре. Хорошая машинка, мощная.

И дорогая.

Особенно вот такая, спортивная модель.

В общем-то, на этом мои познания в автомобилях заканчивались. Марки и цены. И все. Сложно их не запомнить, когда девчонки-официантки только о них и болтают. Ну, еще о тех, кто ими владеет.

Я подошла к машине ближе.

Знаю, что пожалею об этом. Но отомстить хотелось до дрожи в коленках. Лихач вчера выбил из меня согласие на свидание под угрозой поцелуя.

И я горела местью.

Он, конечно, потом слово сдержал. Вел себя тихо, как мышка. Так что, я вполне прилично выспалась.

Но это ведь не отменяет моих маленьких добрососедских шалостей, правда?

Око за око.

Пусть тоже поорет, как я вчера.

Я просто прошла мимо машины. И звук от заколки, скребущей по борту машины, слышала тоже только я.

Ну, вот.

Я не ангелочек, хоть и блондинка. Крылышек и нимба не имеется, пардон.

Где там мой автобус?

Вечер начинался. Покрышка мигала огнями. И я вошла туда с не самым плохим настроением.

Лишь бы этот гад не заявился.

Хотя я задницей чувствовала, что желание мое не сбудется. Появится. Точно. И все будут ему сочувствовать из-за испорченной тачки.

— Малиновая Лада, малиновый закат, — издевательски пропел шеф, шагая мне навстречу.

Я поморщилась.

Вот кто мне сегодня первым мне настроение испоганит, точно. Его приколы над моим именем всегда бесили.

— Ладусь, ты сегодня даже не опоздала. И выглядишь как конфетка!

Валентин Сергеевич, он же для своих Голландец, тоже был пилотом когда-то. Серьезным. Настоящим гонщиком, а не уличным. Но его бесконечные вылеты на поворотах не прошли даром. Несколько сложных переломов и он попрощался со спортом.

Теперь вот, владеет клубом и мне кровь пьет.

— Спасибо, Валентин Сергеевич, — я даже не посмотрела на него.

Хотела прошмыгнуть мимо в рабочую раздевалку, но он перехватил меня за локоть.

— Ладусь, ну чего ты? — он понизил голос до проникновенного шепота. — Хватит из себя недотрогу строить уже. Если хочешь тут работать долго и успешно, нужно быть со мной поласковей.

Я с трудом подавила рвотный позыв.

Поласковей?

Может, тут прямо на коленки встать и отсосать ему?

Меня передернуло от отвращения.

— Мне работать пора. Извините.

— Ну, иди, — он отпустил меня. Поджал недовольно губы. — Но про слова мои не забывай. Тут я хозяин.

Я нырнула в служебную дверь и оскалилась.

Хозяин, блин. Меня только от одного его вида воротило. Но я знала, что некоторых девчонок он все же в свою постель укладывал. Или на рабочий стол в своем кабинете. Тех, кто посимпатичней и посговорчивей.

Мне пока везло отбиваться от его домогательств.

Но морально я готовилась к тому, что он меня уволит.

— Лада, давай ты сегодня за меня на вип-столики встанешь, а? — одна из официанток в раздевалке состроила скорбную мордашку.

— Чего это ты? Привет, — я удивилась. Вип-столы это хорошие чаевые. За них обычно девчонки грызлись.

— Месячные. Живот болит ужасно. Я убьюсь по этим лестницам бегать. Пожалуйста, а?

Н-да.

Лестницы на балкон над танцполом в Покрышке и правда были кошмарные. Узкие и крутые. Мотаться туда с полными подносами было то еще удовольствие.

Но…

Деньги решали.

Мне они всегда нужны.

— Ладно. Только Голландца сама будешь предупреждать.

— Спасибо! Ты чудо! — коллега чмокнула меняв щеку жирными от дешевой помады губами.

Она выскочила, а я стерла след с кожи.

Суббота. Вип-столы. Кажется, сегодня кто-то имеет все шансы заработать половину аренды за квартиру.

И это чудесно.

Испорченное настроение снова стало подниматься.

Я стянула волосы в высокий хвост. Посмотрела на себя в зеркало. Тоже губы накрасить, что ли?

Ай, к черту.

И без всякой косметики пристают, только успевай отбиваться.

Работа закружила. Народ планомерно набивался и напивался. Мальчишки на баре только успевали наливать, смешивать. А мы все разносить и подсовывать гостям терминалы для оплаты напитков.

И у меня в кармашке форменного передника уже хрустели купюры.

Даже музыка сегодня была какой-то воодушевляющей. Я приплясывала в нетерпении перед стойкой. Барабанила по ней пальцами и ждала свой заказ.

Пока чей-то липкий взгляд не пополз по шее.

Как жирная навозная муха.

Кольнул между лопаток, спустился ниже.

Я нахмурилась. Так смотреть может только он один. Мерзкий старый жук.

— Лада, принеси мне коньяк на балкон. Сейчас, — с нажимом приказал Голландец из-за спины.

Кожа на шее покрылась противными мурашками от его дыхания.

— Конечно, — мне показалось, что у меня даже губы онемели.

Он отошел, и я выдохнула.

Сгрузила все на поднос и пошла наверх.

И чуть не запнулась, когда увидела, с кем сидит за столом Голландец. Нарисовался, мать вашу. На своей испорченной машинке приехал? И как только я этого громилу проглядела?

— Мои девочки должны работать, Лихач. У них есть график, обязательства, — голос у Валентина Сергеевича был довольно жестким.

— Да срать я хотел на их обязательства. Я ее все равно сегодня заберу. Так что не вякай.

Лихач сидел ко мне спиной.

Но я уже точно знала, о ком он говорит. И я не согласна!

Но подойти, чтобы отдать напиток начальнику все равно пришлось.

— Ладно, — он сцепил пальцы. — И на кого из моих девочек у тебя такой стояк?

Мой гадский сосед перевел взгляд на меня.

Улыбнулся сладко-сладко:

— А вот на эту Лапулю. Сегодня ночью она у меня поработает, она обещала. Да, моя сладкая?

Глава 4

— Еще орать будешь? — моток скотча в пять сантиметров шириной в его ладони казался игрушечным.

— Классные у тебя методы девушек на свидания приглашать. А ты всем обещаешь рот заклеить?

— Если орут как резаные, — спокойно кивнул он. — Для того и вожу с собой.

— Так не надо было меня лапать!

— Да что у тебя там лапать-то? — глаза под растрепавшейся челкой откровенно смеялись. — Губки бантиком и жопка с кулачок!

— Я тоже думала, что у тебя в штанах побольше будет. Чтоб в кулачок не помещалось!

Я что несу, дура?!

Ааа! Он же меня сейчас сожрет!

Лихач сузил глаза. Явно оценил ответ.

Большое тело напряглось, как будто он сдерживал эмоции. И я инстинктивно вжала голову в