Не отпускайте меня, ваша светлость! - Алисия Перл

«Бам!» — жалобно загудел котелок, встречаясь с головой мужчины.

— Тс-с-с! — зашипел он, разжимая объятия, чем я и воспользовалась.

Пытаясь унять усилившееся в разы сердцебиение, отпрянула от кровати на несколько шагов назад и угрожающе выставила перед собой своё «оружие», удерживая на вытянутой руке.

— Ты меня ударила! — возмутился нарушитель моего спокойствия, потирая лоб, на котором уже сейчас можно было заметить назревающую шишку.

— А ты… Вы меня поцеловали! — наконец нашлась я, в отличие от мужчины, исправившись, ведь поцелуй не давал нам право переходить на ты.

— И тебе понравилось! — нахально парировал тип.

Приподнявшись на локтях, он с удивлением уставился сначала на котелок в моих руках, а затем на меня. И от этого взгляда мне стало не по себе.

— Вовсе нет! — пробурчала я, чувствуя, как щёки опаляет жаром.

— Врёшь, — усмехнулся уголком рта, продолжая не сводить с меня глаз. — Убери своё ведёрко и я докажу тебе обратное.

— Даже не думай приближаться ко мне!

Рука дрогнула, устав держать тяжеленную утварь. Это заметила не только я. Нечитаемая эмоция проскочила на лице мужчины. Рывком он встал с кровати и покрывало свалилось на пол к его ногам. Взвизгнув, я отвернулась, совершив вторую ошибку за утро.

В следующий миг котелок выдернули и отшвырнули в сторону, а я оказалась зажата между стеной и разъярённым мужчиной. Что он был именно в гневе, выдавали чуть прищуренные глаза цвета грозовой тучи, разве что молнии не метавшие, и напряжённые желваки. Попытка оттолкнуть закончилась неудачей: обе мои руки перехватили и зафиксировали над головой.

— А теперь отвечай честно, что ты со мной сделала, ведьма? И быть может, я сохраню тебе жизнь! — произнёс он с угрозой в голосе.

— Что?! Я не ведьма! — задохнулась от возмущения, забывая о том, в какой компрометирующей позе мы продолжали стоять.

— Ну конечно, — не поверил мерзавец, сильнее сжимая своей лапищей оба моих запястья, причиняя боль. — Ещё скажи, что не хотела отнять мою жизненную силу?

— Я? Я наоборот… — сказала и осеклась, запнувшись об острый взгляд. — С чего вы взяли?

— Хорошо играешь, я почти поверил. Только я почувствовал твоё магическое воздействие.

— У вас был жар, а от жара бывают галлюцинации! — нашлась я, не соврав при этом ни словом. — Вам показалось!

— Я не чувствую сейчас никакого жара.

— Потому что я вас от него избавила.

— И от одежды заодно, — некстати напомнил он, прижимаясь плотнее и вновь вгоняя меня в краску.

— Она была мокрой.

— Не убедительно для той, кто живёт одна в хижине Тёмном лесу.

— Да почему вы мне не верите? — От обиды я готова была разрыдаться. — Я всю ночь около кровати просидела, лечила вас. Я травница! Травница! Можете в ближайших деревнях поспрашивать. Меня все там знают.

Мужчина нахмурился. На миг даже хватка на моих запястьях стала слабее.

— Тогда скажи, травница, — его голос звучал тихо, но жёстко. — Откуда у тебя вот здесь, — он коснулся кожи над моей левой ключицей, — ведьминская отметка.

— Быть не может. Нет у меня никаких меток.

— Не веришь? — я покачала головой. — Смотри.

Сделав шаг назад, он бесцеремонно дёрнул меня на себя как тряпичную куклу. Резкий разворот, почти как в танце, и обе мои руки теперь за спиной, как и этот невыносимый варвар.

— Не прижимайтесь ко мне! — пискнула я, на что мужчина издал странный звук, похожий на фырканье коня.

Он толкнул меня к большому ростовому зеркалу в тяжёлой резной раме, смотревшемуся в хижине нелепо и чужеродно. Когда-то оно принадлежало моей маме, а теперь мне. Через это зеркало Селена при помощи своего дара могла перемещаться ко мне, как сделала вчера. Порталы отнимали много сил, поэтому русалка использовала их не часто.

— Смотри.

Подведя меня к зеркалу почти вплотную, он перекинул мои волосы, обнажая шею с левой стороны. Я посмотрела туда, где до сих пор ощущала фантомное касание на своей коже и замерла. От ключицы вверх тянулся странный рисунок, состоящий из тонких чёрных завитков. Я хотела потрогать его, чтобы убедиться что мне не кажется, но мои руки по-прежнему удерживали.

— Что за чертовщина? — не сдержала ругательство.

Я посмотрела на отражение незнакомца, стоящего за моей спиной и ахнула. И нет, причиной моего изумления была не синеющая шишка на высоком аристократичном лбу. И даже не нагота, которую я закрывала собой. От правой ключицы мужчины к широкой шее тянулся такой же узор, как у меня.

— Знаешь, что это значит?

К сожалению, я знала, но надеялась никогда с подобным не сталкиваться. Кажется, по неосторожности я перетянула на себя часть чужого проклятия.

Глава 3. Уильям

Герцог Уильям Берхард. Герцогство Найтрок. Двумя днями ранее

— Да когда же они закончатся? — недовольно бурчал себе под нос, откладывая в сторону очередной подписанный документ.

Когда я вернулся из Алероны, в кабинете меня дожидалась гора из прошений и жалоб, накопленная за время моего отсутствия в замке. Казалось, им не будет конца, но уже спустя несколько часов моими усилиями гора значительно обмельчала.

Но глаза вдруг попался бледно-розовый конверт, мной не замеченный ранее. Мне не нужно было смотреть, кто отправитель, я и так знал. Только собрался вскрыть его, как меня отвлёк стук в дверь.

— Входи, Чарльз, — разрешил я, откладывая конверт в сторону и устало разминая шею.

— Ваша светлость, — поклонился управляющий. — Прибыл его высочество Адриан. Он ожидает…

— Буду я ещё ожидать в ваших пурпурных гостиных, — пробурчал неугомонный кузен, появляясь за его спиной. — Ты бы мне ещё мятный чай с пироженками предложил, как девице, — фыркнул младший принц королевства Эридан.

На морщинистом лице управляющего на долю секунды отразилось неудовольствие, но тут же разгладилось, сменившись привычной учтивой маской. Сделав шаг в сторону, он пропустил Адриана внутрь.

— Благодарю, Чарльз, — кивнул я. — Будешь нужен, я дам знак.

Кивнув, мужчина бесшумно покинул кабинет, плотно прикрыв за собой дверь.

— Какими судьбами тебя занесло в Найтрок? — обратился к кузену, удобно устроившемуся в гостевом кресле. — Надоело дышать морским воздухом?

Адриан поморщился. Последние полгода младший принц прятался от королевы-матери, решившей во что бы то не стало обзавестись внуками. И если Дэмиан — король Эридана — стойко держал оборону, будучи погружён в пучину государственных дел, то она нацелилась на младшего, подсовывая тому на всех балах незамужних аристократок из числа своих приближённых.

Слывший главным красавцем и ловеласом королевства Адриан, вскоре раскусил коварный план своей матушки, разговорив одну из её фрейлин. Заручившись поддержкой семейного лекаря, он придумал себе какой-то насморк, который требовал обязательной смены сухого столичного климата на влажный