Жиголо для блондинки - Маша Царева

Самое главное – тем душным летним вечером я почему-то оказалась в этом примечательном заведении в гордом одиночестве. За окном от жары асфальт плавился, а мое настроение опустилось ниже нуля. Причина? Да много было на то причин… Стремительно завершившиеся отношения с мужчиной, который в самом разгаре романа вдруг решил, что ему необходимо переехать на постоянное местожительство во Францию. Нет, влюблена в него я не была, но все-таки обидно, что столько времени потратила на того, о ком впоследствии, когда схлынет грусть, буду говорить презрительно: да так, ничего особенного… Отсутствие работы, из неприятной случайности давно перешедшее в стиль жизни. Соответственно, отсутствие денег – почти полгода перебивалась случайными заказами. В общем, болото, из которого, как я вдруг поняла, надо срочно выбираться! Найти новую замечательную работу и нового замечательного мужчину. Обо всем этом я размышляла тоскливо над остывающим чаем без сахара и без лимона – ни на что другое денег не хватило.

И вдруг…

– Девушка, а не угостить ли вас черной икрой?

Погруженная в вязкие глубины мрачных мыслей, я не сразу поняла, что заманчивое гастрономическое предложение адресовано мне. Досадливо вздохнула – нет, герои моего романа знакомятся не так.

Есть в модных московских местечках не слишком приятная деталь – изобилие стареющих похотливых донжуанов, обладателей толстых кошельков, толстых животов и толстых запуганных жен. Персонажи эти весьма живо реагируют на незнакомых стройных блондинок, относясь к девушкам как к красивым дорогим игрушкам.

Так что я обернулась, чтобы интеллигентно отшить любителя угощать незнакомок деликатесами. Обернулась – и осеклась. Над моим столиком навис гибрид Джорджа Клуни и Леонардо Ди Каприо. Честное слово, я не преувеличиваю! Он был хорош, как голливудский герой, как мачо с рекламного плаката нижнего белья. Вкрадчивая улыбка Клуни и холодноватый взгляд Ди Каприо, брови и загар Клуни, а ямочки на щеках, безусловно, от Лео… Одним словом, чудо природы.

Язвительная шутка, которой я приготовилась наградить зарвавшегося нахала, застряла в моем горле – я смотрела на него и ни слова произнести не могла. Безусловно, он прекрасно знал, как большинство женщин на него реагирует, поэтому моя томная заторможенность его не удивила. К тому же он решил, что затянувшееся молчание означает приглашение, и уселся за мой столик.

– Меня зовут Арсений. – Он протянул загорелую крупную ладонь, которую я мягко пожала.

«Еще бы. Такое чудо никак не может зваться просто Васей», – подумала я, производя на свет лучшую из своих улыбок, медленную и загадочную.

– Маша.

– Машенька, – повторил он медленно и полувопросительно, словно пробуя мое имя на вкус. – Вам это имя подходит.

Что-то бесшумно оборвалось в моей груди. Мое сердце замерло и, глухо ухнув, покатилось по наклонной плоскости вниз, постепенно набирая скорость. Слышали бы вы, как он это произнес – Машенька…

Машенька…

Я знала его меньше пяти минут, а мне уже отчаянно хотелось, чтобы он повторял мое имя снова и снова (вот дура, да?). Чтобы он смотрел на меня, улыбаясь, и говорил: «Машенька… Машенька…»

– Так что вам заказать?

– Вы, кажется, обещали черную икру…

– Нет проблем. – Он белозубо улыбнулся и подозвал смазливую официантку, которая едва не выпрыгивала из своей чересчур короткой юбки, чтобы ему угодить (так, еще один опасный симптом, все окружающие девушки стали казаться мне наглыми хищницами). – Нам, будьте добры, блинчики с черной икрой и… Маш, что будем пить?

– Коктейль «Сладкая жизнь», – разошлась я. Уж если есть черную икру в компании почти что Джорджа Клуни, так и запивать ее надо любимым коктейлем южных миллионеров – шампанское, разбавленное свежевыжатым клубничным соком.

– А почему вы одна? – полюбопытствовал Арсений, исподтишка меня разглядывая.

Я беззвучно похвалила себя за то, что в тот вечер не поленилась сменить излюбленные льняные штаны на обтягивающее «маленькое черное платье».

– Иногда я бываю самодостаточной. А вы? Вы почему один?

– Да потому что одинок, вероятно! – рассмеялся он.

А я недоверчиво улыбнулась: он? одинок? Значит, либо вокруг него ходят слепые женщины, либо в нем есть какой-то изъян, настолько серьезный, что бархатный взгляд и сексуальная улыбка меркнут рядом с ним, как электрическая лампочка в свете малой планеты. Есть, конечно, еще один вариант, наиболее вероятный, – Арсений этот, как и большинство красавчиков, убежденный Казанова и отъявленный лгун.

– Предлагаю выпить за вас, Машенька.

Черт, опять он это сказал – Машенька…

– Тогда и за вас, Арсений.

За розовато-пенным коктейлем мы перешли на «ты». Я немного освоилась, но все равно чувствовала себя несколько скованно. Перед тем как произнести что-нибудь, несколько раз прокручивала фразу в голове, боясь ляпнуть что-нибудь лишнее и тем самым разочаровать собеседника.

Поговорили о московской ночной жизни. Выяснилось, что ходим мы в одни и те же клубы, даже странно, что я не видела его раньше. Обнаружилось даже несколько общих знакомых. Он явно обрадовался, а я не очень, потому что среди знакомых этих оказалась моя приятельница, манекенщица Люська, девушка легкомысленная и цепкая, даже чересчур. Я тут же прикинула: явно Арсению и Люське довелось встретиться не на светском рауте, а в одной койке – на худой конец, на заднем сиденье Люськиного задрипанного «Фольксвагена». Ни за что не поверю, чтобы эта длинноногая стервоза упустила такой экземпляр.

– Людмила – девушка моего близкого друга, – вдруг сказал он. Может быть, заметил, как меня при упоминании ее имени перекосило? – Она манекенщица. Ты тоже?

– Была когда-то.

– Почему же бросила?

– Слишком грязный бизнес. Да и возраст не тот.

– Скажешь тоже! Тебе двадцать?

– Двадцать два. Если к таким годам я успеха на подиуме не добилась, значит, и не добьюсь уже. А ты? Ты что, тоже модель?

– Нет. – Он рассмеялся, еще раз продемонстрировав безупречность сахарных зубов. (Интересно, свои или фарфоровые?) – Не мужская это профессия. У меня свой бизнес… Но это не важно. Я мечтаю заниматься музыкой.

– Как интересно! – Я подалась вперед. – Ты играешь или поешь?

– Ни то ни другое. Хотя на гитаре бренчу, конечно. И музыкальную школу окончил по классу фортепьяно. Я мечтаю стать продюсером. Раскрутить какую-нибудь талантливую группу. Планирую заняться этим в ближайшем будущем… Ты, кстати, сама-то не поешь?

– Скорее вою. Если тебе понадобится сорвать караоке-вечеринку, пригласи меня.

– Жаль. Ты такая эффектная, хорошо бы на сцене смотрелась.

В общем, беседа наша была легкой, приятной и ни к чему не обязывающей. Такой слегка подкрашенный игристым вином разговор – коктейль из светского трепа и ненавязчивого флирта. Арсений признался, что любит белый чай, я ответила, что с ума схожу по горячему шоколаду. Он рассказал, что недавно вернулся из Парижа, я ответила, что в Париже никогда не была, хотя давно мечтаю, зато на днях собираюсь рвануть в Питер – покататься на виндсерфинге. Почему-то это его заинтересовало.