Так задумано свыше - Джулия Тиммон

— Что?

— Где было кольцо? — спрашивает Мэгги, наклоняя вперед голову и говоря всем своим видом: ты не дорассказала о самом главном. — Он достал его из кармана, когда ты прочитала слова из камушков? Или вырыл из песка?

— Нет. Прямо за словами лежала целая гора красных роз, а на самом верху стояла коробочка. В ней и было кольцо.

— Ух ты! — Мэгги прижимает к груди кулаки и от обилия эмоций вся содрогается. — Прямо как в кино! Ты, конечно, сразу примерила кольцо, повисла у Дугласа на шее и завопила, что было мочи: «да»! Так?

Усмехаясь, качаю головой. Окажись вчера Мэгги на моем месте, наверняка так бы и поступила, даже если бы не слишком рвалась замуж. Она натура чересчур восторженная и импульсивная. Впрочем, когда требуется, умеет, что называется, держать саму себя в ежовых рукавицах, поэтому-то и преуспела в любимом деле.

— Нет. То есть кольцо я, разумеется, примерила, но на шее не висла и не вопила.

Мэгги разочарованно вздыхает.

— Эх! На такой милый жест стоило ответить поэмоциональней.

Снова смотрю на бриллиант, силясь понять, почему он не вызвал во мне бурю восторга.

— Я бы и ответила… если бы это шло от сердца. А ломать комедию не было желания.

Мэгги смотрит на меня, поднимая брови.

— Может, это оттого, что я не ожидала от Дугласа такой сентиментальности, — торопливо оправдываюсь я. — Или настроение было не то… В общем, я отреагировала весьма сдержанно.

Мэгги хмыкает, с любованием смотрит на мое кольцо, проводит по гладкой грани камня кончиком пальца и вдруг морщит лоб.

— Послушай, а если бы кто-нибудь приплыл на этот остров раньше вас? Тогда бы колечко как пить дать свистнули. Дуглас об этом не подумал?

— Еще как подумал, — успокаиваю я подругу. — Когда мы появились, на острове был его приятель, Чип Лейн. Помнишь такого? Однажды мы были вместе в компании, кажется в день памяти павших.

— Гм… — Мэгги чешет стриженый затылок. — А, да, такой длинный, с носом? — Она подносит к лицу полусжатый кулак, изображая Чипов рубильник. — Весь вечер всех донимал рассказами про гражданскую и какие-то другие войны?

Киваю.

— Он. Мы не успели причалить, когда Чип махнул нам рукой, сел в свою лодку и уплыл.

Мэгги задумывается.

— Значит, Дуглас все предусмотрел…

— Ну да.

— Наверное, заранее готовился.

Пожимаю плечами.

— Конечно. Надо было и торт заказать, и нарисовать плакат и раздобыть одинаковых камушков, и договориться с Чипом.

— А самое главное, выбрать кольцо, — добавляет Мэгги. — И так распланировать рабочий день, чтобы безболезненно уйти пораньше.

— М-да. — Гадаю, к чему она клонит, и всматриваюсь в бриллиант, пытаясь вновь увидеть те печальные, почти живые огни, и понять, не знак ли это.

— Ты любишь его? — внезапно спрашивает Мэгги, резко поворачивая голову.

Слегка вздрагиваю от неожиданности.

— Кого?

— Своего Дугласа, конечно. — Мэгги ухмыляется. — Не Чипа же!

— Гм… естественно… — не вполне уверенным голосом и почему-то смущаясь, бормочу я. — Естественно, люблю, — добавляю с большим убеждением, стараясь выглядеть счастливой. — Не любила бы — не приняла бы кольцо.

Мэгги всматривается в меня с прищуром.

— Когда свадьба? — любопытствует она странно настороженным голосом.

— Через три месяца, — отвечаю я, не глядя на нее.

— Я, конечно, буду подружкой невесты, — чуть более оживленно, с утвердительной интонацией произносит Мэгги. — Самой близкой из близких.

— Само собой, — подтверждаю я.

— И могу, если как следует попросишь, сшить тебе умопомрачительное платье.

— Правда? — на сей раз искренне радуясь и поднимая голову, спрашиваю я.

Мэгги с шутливой важностью кивает.

— Три месяца… — бормочет она, что-то прикидывая в уме. — Конечно, придется поднапрячься и перекроить все свои планы, но что поделать? Лучшая подруга надумала выти замуж — такое случается единственный раз в жизни!

Обнимаю ее.

— Спасибо. Признаться, я тайно надеялась, что платье сошьешь мне именно ты, но еще не придумала, как тебя об этом попросить.

Мэгги пошлепывает меня по плечу, отстраняется, упирает руку в бок и важно заявляет:

— Скажи спасибо, что я такая догадливая и великодушная. Взяла и предложила свои услуги сама, избавила тебя от лишних мучений.

— Спасибо тебе! Сотню раз спасибо.

Мэгги живо поднимается с дивана, легкими быстрыми шагами, почти бегом, пересекает студию, останавливается у манекена в длинном шелковом платье, сосредоточенно на него смотрит и прикусывает губу.

— Верх можно сделать наподобие этого. А низ… — Она резко поворачивается ко мне и хмурясь внезапно спрашивает: — А почему ты такая унылая, а? Я бы на твоем месте плясала от счастья.

Краснею, будто тайком стянула с чужого стола конфету и вдруг обнаружила, что за мной наблюдают.

— Унылая? По-моему, нет. Может, растерянная или немного испуганная? Думаешь, это так просто: выскочила замуж и зажила как у Христа за пазухой? — Я говорю все более и более громко, не понимая, кого пытаюсь переубедить — Мэгги или саму себя. И в чем. — Нет, дорогая моя! Все гораздо серьезнее! Ведь ты соглашаешься создать семью, берешь на себя массу обязательств, взваливаешь на плечи целую гору ответственности. Мне предстоит стать хозяйкой дома, а в скором будущем, не исключено, и матерью. Что надо учитывать, чтобы быть хорошей женой? Как воспитать достойного человека? Ответов я пока не знаю. Представляешь себе, сколько в моей голове сомнений и вопросов?

Мэгги вскидывает руки, прося меня умолкнуть.

— Представляю, представляю. Раскричалась, аж в ушах звенит. — Она с преувеличенным усердием потирает свои аккуратные не прикрытые короткими волосами уши.

Я вздыхаю с облегчением: по-моему, провести Мэг удалось.

— Но знаешь, что меня смущает? — говорит она, отходя от платья и останавливаясь в нескольких шагах от меня с хитроватым прищуром.

Мою грудь сдавливает странное предчувствие, но я стараюсь казаться спокойной.

— Что?

— То, что, когда ты носилась в поисках своего Эдвина, хоть и тоже терзалась тысячей вопросов, была совсем-совсем другой, — нараспев произносит Мэгги, немного наклоняясь вперед. — Разве не так?

Эдвин! Она тоже про него вспомнила, именно сейчас, спустя столько времени! Как раз в тот момент, когда я сама, казалось бы без особых на то причин, повторно воспылала к нему странно пламенными чувствами.

Мне явственно кажется, что где-то у меня над головой смеется раскатистым хохотом сама судьба. Я широко распахиваю глаза и мгновение-другое боюсь пошевелиться, будто сижу на жердочке над пропастью и от малейшего движения могу сорваться и ухнуть в бездну.